Сапфир

– Ты рассуждаешь как всезнайка. Но наш мир отличается от мира богов. И есть области знаний, которые открыли повелители силы. Почему такие открытия интересовали наших создателей? И что еще, кроме маны, они хотели здесь найти?
– Давно в тебе пытливый ум проснулся? – прошептал Гронидел.
Сапфир проигнорировала его вопрос.
– Одинелла так и не рассказала, зачем боги создали наш мир и какие именно эксперименты в нем проводили. Да, они исследовали ману. Но разве у них самих не было материи, которую можно было изучать? Миров, подобных нашему, больше сотни. Зачем они создали их так много? Для чего?
Гронидел задумчиво смотрел в глаза Сапфир и молчал.
– Я как будто сама с собой говорю, – пожаловалась принцесса. – Ты вообще меня не слушаешь.
– Слушаю, – сказал он.
– Что-то непохоже.
Сапфир вдохнула и поморщила нос. Да, от него несло лошадиным потом еще больше, чем от нее. Но принцесса не обращала на это внимания, продолжая лежать слишком близко к нему. Не будь они женаты, это сочли бы за неподобающее поведение. Но ведь они женаты…
– Причин, по которым мог образоваться разрыв пространства и времени, гораздо больше, чем три, – спустя минуту безмолвия произнес Гронидел. – Взять хотя бы тебя и твое странное поведение в лесу. Ты сказала, что тебе приснился кошмар, и была уверена, что на нас нападет когтекрыл. Тем не менее, когда он появился, ты не смогла его сжечь. Растерялась? Возможно, – принц пожал плечами. – Или причина в другом.
– В чем же? – насупилась Сапфир.
– Во сне твое тело потратило слишком много сил на создание разрыва пространства и времени, чтобы заглянуть в будущее и предугадать события.
Сапфир возмущенно вскинула брови, а затем и вовсе фыркнула.
– Намекаешь, что это я перебросила нас на два месяца вперед?
– Я не намекаю, а говорю как есть. – Гронидел снова уставился в потемневшее небо. – Я никогда не встречал провидцев, но в трактате «О мирах и времени» сказано, что они способны создавать окна в будущее и подглядывать за событиями. Если ты и впрямь видишь во сне будущее, то что мешает тебе создавать пространственно-временные порталы, когда ты бодрствуешь?
Принцесса отвернулась и села.
– Я едва огонь подчинять научилась. Неужели теперь меня поджидают еще и другие проблемы?
Она произнесла это спокойно, по крайней мере, ему в этот момент ее голос показался сдержанным. Но он все равно создал вокруг себя щит, на случай если женушка утратит самообладание и подпалит стог сена под ними.
– Давно тебе снятся сны про будущее? – спросил он, в уме подсчитывая, сколько провокационных вопросов с его стороны сможет выдержать Сапфир.
– Про когтекрыла сон сбылся. А остальные нет. – Она прижала ладонь ко лбу. – Иногда я вижу кошмары из воспоминаний. Но чаще мне снится несвязный бред.
– Приведи пример, – попросил Гронидел.
Сапфир задумалась и замолчала.
– Не можешь вспомнить?
– Это трудно. – Она обняла колени и прижалась к ним подбородком. – Все как будто в тумане.
– А видения у тебя бывают? – Гронидел подложил под голову вторую руку, мысленно проводя линии между звезд и собирая их в созвездия.
Сапфир отвечать не спешила, что означало лишь одно: у нее появились видения, о которых она никому не рассказывала. Иначе ответ на его вопрос был бы быстрым и отрицательным.
– И давно у тебя видения? – Гронидел скрестил ноги, поудобнее устраиваясь на стоге, на котором мог бы и вздремнуть.
Молчание Сапфир начало раздражать.
– Ответить трудно? – буркнул он.
– Вчера, когда ты выбросил меня из кареты и я больно ударилась головой.
– И что ты видела?
– Изумруд.
Гронидел сел и устало посмотрел на осунувшуюся женушку.
– Я так и буду по слову в час из тебя вытягивать или ты расскажешь мне, что за видения тебе стали приходить?
– Да нечего рассказывать, – ощетинилась Ведьма. – Я видела сестру в черном костюме богов. Она стояла передо мной на дороге и о чем-то спрашивала.
– О чем?
– О том, что я сама должна ее спросить. Но откуда мне знать, о чем я должна ее спросить?
Гронидел озадаченно потер подбородок.
  
– То есть она просила тебя задать ей вопрос?
– Да. А потом произнесла: «Когда все это началось?»
– Что именно началось? – Он наклонился, чтобы в полумраке горящих фонарей рассмотреть лицо Сапфир.
– Изумруд не сказала. Только задала этот вопрос и исчезла.
– Что еще ты увидела за вчерашний день?
– Бескрайние воды, – принцесса мечтательно улыбнулась, произнеся это.
– Ты прежде видела их?
– Да. Мы с сестрами ездили к ним. Но на юге Турема на пляже белый песок, а там, где стояла я, песок был желто-золотым.
– Горы рядом заметила? – допытывался Гронидел.
– Нет.
– Значит, ты видела южные золотые пески Ошони. Без гор поблизости мест с таким песком больше нет.
– Уверен? – хмыкнула Сапфир.
– Я объехал Великий континент верхом вдоль всего побережья. Я знаю, где и какие существуют пляжи. Кто-нибудь с тобой там был?
– Нет. – Принцесса тяжело вздохнула. – Я стояла одна и смотрела на воду.
– А про волосы мои когда видение было? – Гронидел подпер рукой подбородок, озадаченно глядя на Сапфир.
– Пристал ты к этим волосам, как комар к зад… – она не договорила, прикрыв рот ладонью.
– К заду, – хмыкнул Гронидел.
– Да, к нему, – слишком быстро согласилась она.
– Расскажи мужу правду, и он от тебя отстанет. – Принц ласково улыбнулся.
Принцесса поджала губы и пригладила грязную ткань платья на коленях.
– Когда ты перерезал паутину мохнонога и я упала, от боли будто в голове помутилось. Я увидела тебя в черном костюме богов и с их оружием за плечами. Твоя прическа, – она покрутила пальцами у лба, – была другой. Без жгутов. Просто остриженные гладкие волосы. – Сапфир тяжело вздохнула и замолчала.
– И что я делал в твоем видении? – уточнил Гронидел.
– Кажется, ты рисовал юни передачи жизненных сил на моей груди, – невесело произнесла Сапфир.
– Кажется? – он наклонился к самому ее лицу.
– Я точно не помню! – вспылила принцесса. – Мне было больно! И страшно! А видение даже минуты не длилось. Ты с гладкими волосами исчез и тут же появился вновь, в своем привычном облике. И… – она не договорила.
– Нарисовал юни передачи жизненных сил на твоей груди, – закончил мысль Гронидел.
– Спасибо, – невпопад произнесла Сапфир. – Ты дважды меня спас, а я даже толком тебя не поблагодарила.
– Трижды, – отметил Гронидел, припоминая, как вытолкнул ее из кареты. – Но кто считает, – он пожал плечами.
Сапфир закатила глаза, демонстрируя манеры простолюдинки, чем рассмешила принца.
Он заметил слугу, который вышел из-за хлева и направился к стогу.
– Надеюсь, он скажет нам, что комнаты готовы. – Гронидел снял с себя щит из маны и мысленно похвалил Сапфир за то, что не вышла из себя. – Хочу помыться и лечь спать.
Ведьма согласно закивала в ответ.
Слуга остановился напротив стога и учтиво поклонился.
– Меня просили передать, что покои готовы.
– Для меня или его высочества Гронидела? – уточнила Сапфир.
Слуга стушевался и зашаркал ногами, отходя назад.
– Так это… Мне сказали, что для молодоженов.
* * *
Теперь от Гронидела несло еще и дымом. Он устроился в ванне, из последних сил пытаясь не уснуть.
После того как слуга произнес слово «молодожены», Ведьма заискрила. Сухая солома от этих искр моментально взялась пламенем, и Гронидел сильно пожалел, что убрал щит.
К счастью, никто не пострадал. Слуга вовремя унес ноги. Стог быстро потушили. А Ведьма почти не жаловалась на боль в боках, после того как Гронидел столкнул ее и приземлился сверху.
Клубы пара заволокли комнату, где стояла ванна, и принц замер с мылом в руке. Он внезапно вспомнил об одной странности. За время приключений с Сапфир он ни разу не видел ни тумана, ни молний. При цепной реакции расслоения пространства температура воздуха вокруг резко понижается, что приводит к формированию тумана. При создании пространственного портала с помощью камней-юни появляется электромагнитное поле, воздух ионизируется и возникают молнии. Выходит, что Сапфир создает окна в будущее каким-то особенным способом, о котором он – хранитель знаний – ничего не знает.