Сердце Артара (СИ)

Оба они стояли у края площадки, глядя поверх зубцов стены на столпотворение внизу. Оба уже промокли до нитки — дождь усиливался, ветер тоже крепчал. Но они не обращали на это никакого внимания. Солдаты Львиной стражи, поначалу опасливо-заинтересованно поглядывающие на них, оставили их в покое, занявшись своими делами.
— Что же теперь делать? — наконец, спросил Вульф после долгого молчания. — Если пройдет время, а экстренный выход так и не сработает?
Стелла пожала плечами.
— Просто… жить. Потому что теперь это наш мир.
  
Осколки: Ника
 
— Сюда нельзя!
Мужчина, преградивший дорогу Эрику, появился будто бы из ниоткуда. Коридор от лифта до дверей квартиры Ники отлично просматривался, и пока Эрик шел по нему, на этаж точно никто не поднимался. Выходит, скрывался где-то за углом и выскочил, как черт из табакерки.
Одет в штатское — безупречный деловой костюм, немного старомодный. Но поведение и внешность безошибочно указывают на принадлежность к силовым структурам. И оружие точно имеется — слева под мышкой пиджак оттопыривается от кобуры, справа у пояса — еще одна.
Да, Макс рассказывал, что у их квартиры постоянно дежурят какие-то типы в штатском. Ему так и не удалось выяснить, кто именно. Точно не обычные полицейские, рангом повыше.
— Я знаю, — с трудом справившись со вспышкой гнева, процедил Эрик. — Но мне нужно…
Не выдержав, он ринулся было к двери, надеясь проскочить докучливого охранника, но тот был неумолим. И не привык, чтобы его запретов ослушивались.
Тип в штатском отреагировал мгновенно — под дорогим костюмом скрывались крепкие мускулы, ведомые отточенными рефлексами. Вот только он не ожидал столь сильного противодействия.
Эрик одним рывком протащил его вперед, впечатал в стену рядом с дверью квартиры. Вывернул левую руку за запястье, перехватил правую, потянувшуюся к шокеру на поясе. Охранник дернулся, пытаясь освободиться, напрягся так, что на лбу вздулись вены. Затрещал костюм, расходящийся по шву где-то под мышкой.
Они встретились взглядом, и в глазах мужчины в штатском промелькнуло искреннее изумление и испуг. Парень, противостоящий ему, был совсем молодой, явно меньше двадцати пяти. Крепкий с виду. Но от него точно не ожидаешь такой нечеловеческой силы. Он легко удерживал взрослого тренированного агента, причем казалось, что если надавит в полную силу — затрещит уже кости, а не ткань костюма.
При этом по лицу странного визитера даже не было заметно, что он прикладывает физические усилия. Похоже, самое сложное для него сейчас — это сохранять спокойствие.
— Пожалуйста… — прошипел Эрик, стиснув зубы. — Я просто хочу увидеть её.
— У меня приказ… — все еще пытаясь перебороть его, прорычал охранник.
Из-за угла выскочили еще двое, выхватывая пистолеты. Почти одновременно с этим открылись двери квартиры, и на пороге возник еще один. Все похожи друг на друга, как братья — не только костюмами и прическами, но даже чертами лица.
— Стойте! Да прекратите вы!
С трудом отпихнув в сторону охранника, в коридор выскочил Макс, взъерошенный и возбужденный еще сильнее, чем обычно.
— Она очнулась! Эрик, она очнулась! Да пропустите вы его, черт бы вас побрал!
Тот тип, что вышел из квартиры — очевидно, старший в отряде — после долгой паузы все же кивнул своим подчиненным и пропустил Эрика в квартиру. Тот ринулся внутрь, но почти сразу же будто наткнулся на невидимую преграду. Шаги его стали медленными и неуверенными. А в комнату девушки он и вовсе вошел тихо, будто крался.
Макс суетился рядом с ним, что-то сбивчиво рассказывая. В комнате Ники было полно народу. Часть из них — медики, судя по белым халатам. Но все эти детали смазывались для Эрика в сплошную мутную полосу. Он шагал вперед, сфокусировавшись на одном.
На хрупкой темноволосой девушке, лежащей в постели. Над головой ее, будто нимб, светилось кольцо Эйдос-модема.
Он не видел ее уже несколько дней, и за это время Ника еще больше похудела и осунулась. Под глазами залегли темные круги, больше похожие на синяки, губы были бледными и потрескавшимися, волосы, кажется, тоже потускнели. Лишь сами глаза оставались прежними — большие, ясные, будто бы светятся изнутри.
 
Макс подбежал к кровати, поглаживал сестру по волосам, что-то спрашивал её, попутно отбиваясь от врачей. Эрику же каждый новый шаг давался с все большим трудом. Он будто брел по грудь в воде, преодолевая сильное течение.
И, наконец, поймал ее взгляд. Сердце его сжалось и, кажется, на какое-то время вообще перестало биться. Потому что во взгляде в этом он не увидел ничего. Ни радости, ни удивления. Ни даже узнавания.
— Ника, ты слышишь меня? — не унимался Макс. — Как ты себя чувствуешь?
Девушка облизнула пересохшие губы, обвела комнату затуманившимся взглядом. И, наконец, произнесла первое слово — тихо, почти шепотом:
— Макс…
— Да, да, сестренка, это я! Господи, ты бы знала, как ты нас всех перепугала! А это Эрик. Помнишь Эрика?
Ника медленно повернула голову и прищурилась, будто пытаясь разглядеть гостя получше, хотя он стоял буквально в шаге от кровати.
Эрик, едва справившись с комом в горле, протянул руку, чтобы коснуться ее тонкой невесомой ладошки. Девушка вздрогнула, инстинктивно убирая руку и подтягивая одеяло повыше. В глазах ее сквозило непонимание.
Ладонь же Эрика сжалась в кулак — крепко, до побелевших костяшек. Он шагнул назад, пропуская к кровати врача. Тот настойчиво выгонял из комнаты всех посторонних. Человек в штатском с кем-то разговаривал по НКИ, отчитываясь о происходящем. По другую сторону кровати к Нике склонились мужчина и женщина средних лет — похоже, родители.
Эрик был здесь лишним, так что не стал задерживаться. Медленно, покачиваясь, как в бреду, вышел из квартиры. До лифта не дошел — остановился, опираясь спиной о стену, потом сполз по ней, усевшись прямо на пол.
Макс появился через пару минут, растормошил его, вцепившись в плечи.
— Эй, ну ты чего раскис? Ты сам-то как? Как у вас там все прошло в Артаре?
— Я сделал так, как она просила, — сдавленным голосом проговорил Эрик, глядя в пол. — Разбил это гребаное сердце. И освободил ее.
Макс, глухо зарычав, сгреб его в охапку и стукнулся лбом ему в висок, будто пытался забодать.
— Спасибо, дружище! — затараторил он, отстраняясь и торопливо вытирая предательски заблестевшие глаза. — Я знал, что ты ее спасешь! С самого начала верил!
— Она… меня не помнит, — перебил его Эрик.
— Да забей! Она просто немного не в себе. Шутка ли — столько дней проваляться подключенной к Эйдосу! Врач пока ничего конкретного не говорит. Ее сейчас в клинику повезут на обследование. Будут приглядывать за ней некоторое время…
Он встряхнул Эрика еще раз, вцепившись ему в плечи.
— Давай не кисни, слышишь? Самое главное — она жива! Все остальное можно исправить. Или начать сначала.
Из квартиры как раз показалась команда медиков, везущих на каталке Нику, следом потянулись сопровождающие. Эрик встрепенулся, поднялся на ноги, нопробиваться ближе к каталке не стал, лишь проводил ее взглядом, пока она не скрылась в кабине лифта.
— Ты прав, Макс. Она жива. И это главное.
  
Осколки: Стас
 
— Так и знала, что найду тебя здесь…
Кристина прижалась к нему сзади, крепко обхватив руками.
Он продолжал стоять неподвижно, опираясь на металлический поручень, ограждающий смотровую площадку на семидесятом этаже. Взгляд его был устремлен вниз, на текущую по венам улиц светящуюся кровь, на яркие прямоугольники уличной рекламы, на совсем уж крошечных людей. Снаружи шел дождь, поэтому большинство прохожих прятались под зонтами, так что сверху были похожи на разноцветных насекомых.
 
Звуков сюда почти не доносилось — слишком высоко. Только ветер и шорох дождя по стеклу.
— Как ты?
— Да все никак успокоиться не могу, — неохотно отозвался он. — Эти уроды нас просто вышвырнули из кампуса, как котят! Маретти, конечно, предупреждал, что рано или поздно туда заявятся серьезные дяди. Но…