Имперский детектив КРАЙОНОВ. ТОМ II (СИ)

Я просто ушёл в ванную минут на тридцать, чтобы она успокоилась и вырубилась без меня.
Первые две-три минуты она ещё пыталась залезть ко мне даже туда. Причём с таким упорством, будто я — последний мужчина на планете. Она стучала, тянула ручку, бормотала что-то про то, что я «вредный», и что она «будет ждать в кроватке».
Она крикнула уже из комнаты:
— Я жду тебя, мой тигр!
  
И сразу настала тишина. Алкоголь и усталость наконец сделали своё дело.
Подождав ещё пару минут, я вышел из ванны. В комнате уже было тихо: она засопела, и я наконец смог лечь и закрыть глаза.
Я встал раньше. Голова была чистая — вчера пил, но не настолько, чтобы утро превратилось в наказание. Быстро сходил в душ, постоял под горячей водой, прямо под струями воды сделал короткую зарядку, просто чтобы тело включилось.
Когда я вышел из ванной, Ксюша как раз появилась в коридоре.
На неё было смотреть весело и даже забавно.
Ей было стыдно за вчера. Она могла бы сказать, что ничего не помнит и что перебрала. Но по лицу было видно — помнит. Отлично помнит.
На ней была моя футболка — одна из старых, растянутых, которые я давно не ношу. Видимо, она без всяких сомнений залезла в мой шкаф и забрала всё, что показалось удобным. Футболка была коротковата: и при движении открывалась нижняя часть ягодиц, без всякого умысла, просто так вышло.
Ноги — гладкие, длинные, босые. Она остановилась на секунду, посмотрела на меня, как будто проверяя реакцию, и спокойно пошла на кухню.
Я проводил её взглядом и поймал себя на том, что смотрю дольше, чем следовало. И что формы просто огонь.
И сразу же мелькнула мысль: надо будет подумать о квартире для неё.
Деньги сейчас есть, работать она уже начала по-настоящему — можно считать авансом.
Но мысль эта была короткой и тут же утонула в другом. Я точно свихнусь от её форм…
Я пошёл одеваться.
Пока натягивал штаны и свежую футболку, из кухни донёсся писк чайника, потом звук наливаемой воды. Всё привычно, почти обыденно.
Когда я зашёл на кухню, Ксюша уже сидела за столом.
Забралась на стул с ногами, подтянула колени к груди. Футболка задралась ещё выше — если смотреть под стол, было видно бельё. Ей так было удобно. Она держала чашку с чаем обеими руками и смотрела на меня спокойно, без утренней расфокусировки.
Ещё раз посмотрев на неё, я понял, что попытка скрыться за беспамятством всё ещё в её планах.
И, скорее всего, именно вчерашний вечер — еда, смех, алкоголь — помог ей прожечь ту ситуацию, которая держала её внутри мёртвой тяжестью.
Она ещё секунду молчала, потом, вместо обычного «доброе утро», сказала:
— Ну и козёл ты, Крайонов.
— Это почему же? — спросил я, открывая шкафчик и вытаскивая банку растворимого кофе.
— Мог же вчера воспользоваться беззащитной дамой. А не воспользовался.
— С каких пор, когда мужчина ведёт себя как мужчина, его называют козлом?
— Дама же была не против, — спокойно ответила она и сделала глоток. — А вот сейчас я даже не знаю, захочу ли ещё раз или нет.
Я вздохнул.
— Я только проснулся, Ксюш. Не начинай. Ну и вообще. Давай договоримся. Пусть всё идёт своим чередом. Не торопи событий. Ты сейчас больше на эмоциях принимаешь такие решения.
— Да знаю я, — сказала она. — Всё сама прекрасно понимаю. Но всё равно ты козёл.
Она уткнулась в чашку, как будто там можно было спрятать лицо.
— Ну, козёл так козёл.
Себе я сделал растворимый кофе. Кофемашину я так и не купил, и каждое утро это выглядело одинаково уныло: кружка, ложка, банка, кипяток. Размешивая, я поймал себя на мысли:
— Ксюш, может сегодня купим кофемашину? Нам нужно две. Одну в офис, одну домой.
— А почему бы и нет, — пожала она плечами. — Я кофе не пью, но иногда была бы не против чего-нибудь молочного. Капучино. Латте.
— Отлично. Значит, сегодня, может, во время обеда сходим в торговый центр напротив и возьмём что-нибудь недорогое. Деньги-то у меня вроде есть.
На столе завибрировал телефон.
Пришло сообщение. Я разблокировал экран и увидел, что это от Женька.
«Я, если что, у подъезда. Жду вас».
Он вчера ещё много раз извинялся за слова про деньги и про то, что ему показалось, будто мне нужно финансирование его рода.
Я, конечно, от финансирования не отказался бы, но я мальчик, как уже говорил, взрослый и самостоятельный. Сам себе всё заработаю. Да и у меня деньги пока есть. И это, если честно, впервые в жизни в этом мире столько денег в кармане — без малого триста пятьдесят тысяч.
Ещё сегодня должны привезти деньги от князя Змеевского. Интересно, как он поступит со своей первой женой. Изгонит с позором? Закроет где-нибудь в башне и поставит охрану? Убьёт?
Почему-то, вспоминая, как он спокойно отрубил голову своему первому помощнику, своей правой руке Дмитрию, я не удивлюсь, если завтра-послезавтра увижу новость о том, что при каких-то «случайных обстоятельствах» умерла первая жена князя.
Это, честно, не моё дело.
Я понимаю границы своих ресурсов и своих возможностей. И спасать всех дам в этом мире у меня точно не получится, как бы мне этого ни хотелось.
— Ксюша, иди одевайся. Женёк уже на месте.
— Подождёт. Не обосрётся, — ответила она, даже не оборачиваясь.
Я вздохнул.
— Ксюш, ты это… немножко поубавь пыл. Ты всё-таки девушка, некрасиво так выражаться.
Она повернулась ко мне, склонив голову набок, и прищурилась.
— А что? Я была милой. Я была доброй. Я подкалывала, я подкатывала. Может, тебе грубиянки нравятся?
Я на секунду прикрыл глаза.
— Ксюша, ну давай и правду закроем в тему. Ты же прекрасно понимаешь, что… — я замялся, подбирая слова, — тебе сейчас говорят не те чувства.
— Нет, — перебила она сразу. — Знаешь Ром. Мы с тобой всё-таки, может быть, определимся. Ты мне нравишься. И… я хочу быть с тобой. А ты на всяких баб смотришь. А я хочу знать, что ты мой, а не чей-то.
Я посмотрел на неё внимательно.
— А я, Ксюша, хочу тебе сказать другое: нас ждёт Женёк, и некрасиво заставлять других людей ждать.
— Не уходи от ответа.
Вот тут меня, по ходу, и выбесила вся эта ситуация. Не резко, не вспышкой, а ровно настолько, чтобы внутри щёлкнуло. Я даже голос поднял.
— Ксюша, давай я тебе объясню, как по факту это может быть. Мы с тобой знакомы… примерно неделю. Я не скажу, что ты мне не нравишься или что ты не симпатичная девушка. Это было бы враньё.
Она хотела что-то сказать, но я поднял ладонь.
— Помолчи. Дай договорить.
Я выдохнул и продолжил уже спокойнее.
— Я понимаю твоё психическое состояние. Понимаю общее моральное состояние. И я не хочу сейчас использовать тебя, пользоваться этим состоянием, так сказать, в корыстных целях.
— А я хочу, чтобы ты ими воспользовался, — снова перебила она.
— Я не говорю, что ты должна меня добиваться или быть такой, какой я хочу. Это должно прийти само. А ты пытаешься форсировать события, которые не нужно форсировать. Сейчас за тебя говорит то, что ты увидела во мне единственного близкого человека. И ты думаешь, что если ты не будешь со мной, то останешься в одиночестве. Это не так.
Она отвела взгляд.
— Я не собираюсь тебя бросать, как щенка. Как я вчера Жене объяснял — вы стали моими друзьями.
— То есть френд-зона?
Просто нужно время, и оно всё само встанет на свои места. Понимаешь?
— Понимаю, — уже тише сказала она.
Мне не хотелось её обижать, но я видел, что дальше тянуть нельзя. Сейчас это её не сломает и не выбьет из колеи. Да, сегодня ей будет не очень хорошо. Зато потом станет проще — и ей, и мне, и работе.
А работы у нас сегодня много.
Как минимум нужно заканчивать с княжной. Я вообще удивлялся, как за это время ко мне ещё не приехал кто-нибудь из их представительства и не пнул меня под задницу.
  
Хм, наверно я слишком большого мнения о себе, если думаю, что люди княжны будут подгонять меня. Но мне самому важно закрыть это дело сейчас.