Эгоистка

– Она на пробежке, – отвечает мама. – Что ты будешь кушать?
– Валя, Инесса не маленькая девочка. Сама решит! – жестко произносит папа, пристально глядя на меня.
Настроение резко ухает вниз. Видимо, разговор не получится.
– Значит так. В девять утра тебя ждут по вчерашнему адресу «Рулесенки». Рабочий день до шести вечера. Испытательный срок два месяца.
– Ты же шутишь? – тут же наворачиваются слезы на глазах. – Какие два месяца, па? Это же до самой осени. Каникулы закончатся.
  
– Никаких шуток, Инесса. Это все пойдет тебе на пользу. Уверяю. Еще спасибо скажешь, – ледяным тоном обрубает отец, намазывая джем на хрустящий тостик. – И для моей карьеры прекрасный пунктик. Сама знаешь, как к мажорам относятся. И да, выкладывай побольше сториз в соцсети.
– А на чем мне туда добираться? – задаю резонный вопрос, делая глоток кофе. Аппетит напрочь отсутствует. – Сергей отвезет?
– Сергей – мой водитель, малышка. И мы с ним едем в Правительство области. А до «Рулесенки» ходит шестнадцатый автобус. Валюша, у тебя есть расписание? Мне кажется, в газете печатали не так давно.
– Роберт, – начинает мама, откладывая от себя вилку. – Ты очень жесток к нашей девочке. Работа, автобус. Это слишком! Пусть возьмет мою машину. Я все равно никуда не собираюсь.
– Еще ни один человек не умер от поездки на общественном транспорте, Валя. Не преувеличивай. Спасибо за завтрак, милая. Омлет офигенный! – с этими словами папа поднимается с места, целует маму в щеку и движется в направлении прихожей.
Я просто в шоке. Настолько сильном, что мне кажется, что все происходящее страшный сон.
– Мне кажется, ты поздно спохватился воспитывать Ину! – доносится до меня обеспокоенный мамин голос. – Ей уже двадцать один, она полностью сформировавшаяся личность.
– Значит перетрансформируется! – смеется отец, а затем хлопает входной дверью, выходя на улицу.
Тишина отдает звоном в ушах, и я остаюсь совершенно одна. Искренне не могу понять, что я такого натворила? Подумаешь, проехала на красный. Ну, сессию купила. С кем не бывает? Готовить не умею? И что дальше? Деньги есть – в ресторане можно поесть. Еще и на работу идти. Папа явно не шутит. Что же делать?
– Инуся, – зовет меня мама, входя в столовую. Стройная и подтянутая, просто сгусток энергии. Не то, что я – унылая какуля. – Поторопись, пожалуйста. Автобус будет через десять минут.
– Мам, ты серьезно? – нахожу в себе силы и запихиваю в рот бутерброд с красной икрой. – Какой автобус. Ну ты-то куда? Дай мне свой Порш и все.
– Я не могу, зайка, – отрицательно качает головой в ответ. – Папа узнает.
– Тогда отвези меня, – предлагаю логичный вариант.
– Тоже не могу. У меня онлайн тренировка через пять минут.
Тренировки для мамы – святое. Она даже с температурой их не пропускает.
– Я не могу понять, на чьей ты стороне вообще? – шиплю я и расправляюсь со следующим бутербродом.
– Ты знаешь, я тут подумала. А папа – прав. Ты совершенно не приспособлена к реальной жизни, живешь в своем мире и не видишь ничего вокруг.
– Капец ты! – вскакиваю с места и залпом выпиваю апельсиновый сок. – Еще мама называется! Никакого сочувствия. Такси тогда вызову!
Судорожно хватаю айфон и захожу в приложение.
– Тоже не выйдет, солнышко. Папа заблокировал твои карты. Вот, – протягивает мне купюру в пятьсот рублей. – Этого хватит на обед и проезд до работы и обратно.
– Ты прикалываешься? Я такие копейки даже на чай не оставляю. Что за слезы?
– Больше у меня нет, – пожав плечами, сообщает мама. – Хорошего дня!
 
Глава 5. Инесса
 
Чуть не плача, выхожу на крыльцо. Ярко светит солнце и щебечут птички, но меня это все совершенно не радует. Бред какой-то. Судорожно соображаю, что можно предпринять, как едва не сталкиваюсь с тетей Ритой.
– Доброе утро, – произношу по-испански.
– Доброе, моя девочка! – широко улыбается кубинка. – Ты куда так рано?
– На работу, – буркаю я, еле шевеля языком. Ну не произносит он у меня это «гадкое слово».
– О, – в карих глазах светится неподдельная радость. – Первый день?
– Ага.
– Удачи тебе, красавица!
– Тетя Рита, у меня с картой что-то. Не могли бы Вы мне свою одолжить на сегодня? Вы ведь все равно никуда не выбираетесь. Или, может, налички подкинете? – ох, какая же я лиса. Стелю сладко, еще и улыбаюсь своей самой лучшей улыбкой, скрестив за спиной пальчики. Ну же!
– Я прекрасно знаю, что Роберто отсадил тебя от кормушки! – неожиданно жестко произносит тетушка. – Не опоздай на автобус!
С этими словами она берется за ручку входной двери и скрывается в доме.
– Капец! – не сдерживаюсь я, всплескивая руками. – А тебя чего не отсадил? Сидит дома целыми днями, и манго лопает тоннами. Хоть бы тарелку за собой вымыла! Нахлебница!
Сердито стуча каблуками, спускаюсь по широким ступеням и выхожу с территории дома, напоследок хлопнув калиткой со всей дури. Мне кажется, даже в Правительстве слышали, как я зла.
По пыльной дорожке двигаюсь в направлении остановки. Я сто раз мимо проезжала, с неудовольствием посматривая на людей, ожидающих общественного транспорта. Кто бы мог подумать, что я примкну к их печальным рядам?
От нашего дома до места посадки ехать две минуты, а сколько это пешком даже не представляю. Не смотря на абсурдность ситуации, неожиданно затягиваюсь свежим хвойным запахом сосен и удивленно посматриваю по сторонам. Надо же, как в лесу красиво, оказывается. Вдоль дороги пышно разросся папоротник, а высокие деревья скрывают от палящего солнца, отбрасывая тень. Слышится стук дятла вдалеке и стрекотание кузнечиков. Буду надеяться, что папа решил мне устроить показательную порку и дольше, чем день этот абсурд не продлится. Он же меня любит!
Не успеваю выйти на широкую дорогу, как навстречу мне пролетает шестнадцатый маршрут, битком набитый дачниками.
– Эй! – кричу я, размахивая руками усатому водителю. – Стой!
Но усач даже не думает останавливать автобус, обдавая меня столпом пыли, скрывается за поворотом. Это просто немыслимо! Смотрю на часы и понимаю, что опоздала. Это просто катастрофа! Забиваю в навигатор адрес «Рулесенки», пешком до нее шлепать добрых тридцать минут, а следующий автобус будет только через полтора часа.
Сжимаю от злости зубы и решаю идти пешком. Папа велел не опаздывать, но по-другому никак. Летать по воздуху я не умею, к сожалению. Хоть еще и раннее утро, солнце жарит нещадно. Эппл вотч показывают уже плюс тридцать два градуса, а днем будет еще жарче. Разумеется, ни о каком тротуаре загородом и речи идти не может, и я двигаюсь по пыльной обочине, периодически обгоняемая тяжелыми фурами. Мне безумно скучно, поэтому я решаю позвонить Бетти. Даже если она и спит, ничего страшного, проснется. У подруги – трагедия!
Набираю ее номер, отмахиваясь от оводов, которые облепили меня со всех сторон, словно я медом намазана. Блин, когда ездишь на машине, вообще о существовании таких насекомых не догадываешься.
– Инка, – после пятого гудка раздается недовольный подружкин голос. – Ты с ума сошла в такую рань звонить?
– Доброе утро, Елизавета! Хорош подушку давить, солнце уже высоко!
– Что-то случилось?
– Разумеется, случилось! – недовольно отвечаю я и в красках рассказываю о своих злоключениях.
– Да ладно? – ахает Лиза в ответ. – Дядя Роберт так с тобой поступил?
– Ты думаешь, я шутки шучу? Кстати, – осеняет меня. – Одолжи мне денег. Хотя бы на такси. Мне кажется, я уже ногу правую намозолила ремешком. Сроду столько не ходила пешком!
  
– Сорян, подруга. Я вообще на мели! Предки лютуют, мама в Турцию путевку купила. Мы на подсосе. А я последние вчера на заказ из «Серебряной груши» потратила.
– Лиза, хотя бы пятак!
– Нет, говорю же. Кстати, почему бы тебе не попросить у любимого дяди Мигеля? Уверена, он тебя не обидит.