Ржевский 7 (СИ)
В принципе, если владеть обстановкой (а жандармы ею владели), то ничего удивительного.
Веретенников брал всегда, ото всех. Брал благодарностями, обязательствами, ценностями, деньгами. К его рукам прилипло столько, что последнее время в кулуарах начали спорить: останется на должности? Или куда-нибудь свалит, упреждая месть любой из обиженных сторон? Среди задетых им семейств хватало и могущественных лиц.
К примеру, ходили слухи, судья даже в конфликтах между наследниками престола отметился: вынес в чью-то пользу решение по поводу аффилированных компаний (разумеется, те были записаны на подставные лица, но бенефициар же от этого не меняется).
Веретенников недоброжелателей на всех уровнях накопил, может однажды и до дома с работы не дойти, поговаривали коллеги и завсегдатаи высшего света.
— Требую соблюдения дворянского уложения, — хмуро набычился подполковник.
Он исподлобья глядел на приближающихся судебных магов и явно не собирался уступать, когда те подойдут вплотную.
— Ваша Честь, секундный перерыв. — Ржевский, подчиняясь знаку судьи, сложил руки в просительном жесте нехотя вернулся на трибуну. — Эй, полуполковник! Я принимаю ваш вызов, только не на тех консервных ножах! — он в очередной раз глумливо хохотнул и ткнул пальцем в направлении жандармских портупей. — Дистанция триста пятьдесят, оружие — кавалерийские карабины! Три патрона в магазине!
— «Дуэль Ржевского»? — раздался заинтересованный голос из зала. — Дуэлянты расходятся на три с половиной сотни шагов, затем по команде начинают сближаться, стреляя друг в друга из длинноствола на бегу? Маневрируя и уклоняясь при этом?
Седой полковник в форме пограничной стражи выглядел так, будто очнулся от полудрёмы.
— Угу, — потомок гусара лаконично кивнул.
— Давно о ней не слышали, давно. Что делать, если по три выстрела израсходовали? — интерес старика разгорелся, несмотря на неодобрительные взгляды со стороны представителей жандармского корпуса.
— Триста пятьдесят — дистанция солидная, почти запредельная, — подтверждающе кивнул его спутник примерно тех же лет, носивший знаки различия майора.
— Это если руки из жопы, то она запредельная, — возразил блондин. — Лично я с трёх с половиной сотен тремя выстрелами этих двух петухов из секунды исполню. Наглухо. Ну или рукопашная потом: прикладом его голову как арбуз расколю. Череп, в смысле; с одного удара.
В зале снова застыла почти материальная тишина.
— На бегу попадёшь в двоих тремя выстрелами? — не поверил майор, скептически вздёргивая вверх правую бровь.
— Угу.
— Когда будете двигаться друг другу навстречу зигзагами?
— Угу. Слушайте, давайте уже проверим! — Ржевский в полном соответствии с репутацией фамилии очень быстро потерял терпение. — Эй, мохнатые уши! — он обратился к жандармам. — В целях экономии времени предлагаю совместить обе дуэли!
— Каким образом? — пограничный подполковник производил впечатление излечившегося пациента, вышедшего от врача-менталиста.
Он как будто ожил после потери памяти, вспомнил всё и вернул большую часть личности, до последнего момента казавшейся безвозвратно потерянной.
— Двое вызывающих. Становятся рядом, огонь по мне открывают парой, — пожал плечами маргинал. — Остальное по схеме, без изменений.
— А три патрона на двоих или каждому?
— Каждому. — Ржевский великодушно махнул ручкой. — Им по три и мне три.
— Не страшно? — майор-пограничник поддел наглого выходца из армейского сословия.
Теперь жандармы смотрели на коллег заинтересованно: по факту, два старика весьма технично разводили юного выскочку на гандикап, удачно камуфлируя это под безобидную беседу.
Ну да, молодой высказался. Да, старые не поверили и уточнили. А то, что некий блондин с периферии останется с тройкой патронов против шести жандармских, это уже лирика и нюансы.
— Пуза запредельные, — потомок гусара нахально и неуважительно ткнул пальцем в сторону старших офицеров третьего отделения. — Поверх ремней фартуками свисают. Сраки ещё толще. Не думаю я, что они норматив по выстрелу после финта выполняют, не говорю уже о зигзагах, перекатах и уклонах. Так что нет, не страшно.
Обладатели формы озадаченно переглянулись. В Столице помнили, конечно: некогда стрелковые упражнения в одной интересной части удивляли всех остальных военных страны.
Но это было давно, не в этом поколении. Носителей ТОЙ стрелковой культуры, думалось, уже нет: ну кто по своей воле будет так себя истязать часами и годами?
— Им шесть патронов, мне три, — безмятежно продублировал блондин. — Я согласен, если дуэль сдвоенная. Скажем, сразу после этого суда. Есть же в столице подходящая площадка?
Пограничный полковник задумчиво переглянулся со своим жандармским коллегой.
— Ваша честь, вы не согласитесь принять мой залог⁈ — с наивным видом Ржевский ласково посмотрел на судью.
И ещё два раза расчётливо звякнул золотом в малом и большом мешке по очереди.
— Продолжайте, господин свидетель защиты! — а Веретенников даже ладони непроизвольно потёр.
— Я вызван на дуэль, — с притворной грустью вздохнул потомок гусара. — В Столице никого не знаю, секундантов нет. Боевые маги Барсуковы — единственные, на кого могу положиться. Я бы ещё очень поспорил на тему законности, но…
Бах! Судья гневно грохнул молотком по подставке.
—… но в любом случае никто не пострадал! Да, были недоразумения между военными, — блондин по очереди кивнул на магесс и жандармов, — но ведь каждая из сторон защищала закон? По крайней мере, думала так?
— Г-хм. Вам бы в адвокаты, господин Ржевский, — поощряюще кивнул единственный обладатель мантии в зале. — Вы меня впечатляете всё больше и больше.
— Главная функция юстиции — это же безмерное насаждение справедливости, не так ли? Ваша Честь? — выходец из армейских простодушно наклонил голову к плечу.
— Он только притворяется идиотом, мне кажется, — пробормотал подполковник третьего отделения.
— Если армия и охранка радеют за эту самую справедливость, — продолжил тем временем потомок гусара, — пусть даже кого-то занесло, не лучше ли мирно разойтись? Порукой будет скромный финансовый вклад, — Ржевский, видимо, запутался от страха из-за предстоящей дуэли.
Потому что сейчас он похлопал не по тому мешку, в котором находились двадцать пять тысяч залога, а по-другому. По тому, в котором лежало в шесть раз больше.
— Бабло побеждает зло, — повторил он идиотскую поговорку ещё раз не пойми к чему.
— Как вы планируете внести залог? — Веретенников, похоже, чуял в банковской маркировке что-то живое, потому что старательно гипнотизировал последнюю взглядом.
— Сумма будет оплачена туда, куда скажете, — Ржевский жизнерадостно щёлкнул каблуками. — Хоть на личный счёт любого банка в Эмирате! А-га-га, шутка. Тогда не будет налогом тут у нас облагаться! А-га-га, шутка. А хороший двухэтажный домик на двести квадратов на берегу Залива в три раза меньше стоит, — на первый взгляд беззаботно пожал плечами представитель Изначального рода Соты, одного из.
Сотрудники третьего отделения встревоженно переглянулись. Происходящее не могло быть правдой, однако оно было.
— Беспредел, — тихо прошептал подполковник, закусывая губу и сжимая подлокотники до белых ногтей.
Обеспечивающие порядок маги дошли до их ряда и сейчас возвышались в проходе, предусмотрительно блокируя любую неожиданность.
Всем носящим погоны было понятно: на своей территории каждый обстановку контролирует лучше пришлых. Суд — такая же спецструктура, со своей спецификой.
Эти архаровцы, видимо, не за просто так стараются: ясен хрен, у них с судейским корпусом свои отношения (часто вообще родственные. Клановость Столицы, чёрт её дери).
— Я бы попросил вас воздержаться от таких неуместных двусмысленных шуток, — дробно захихикал Веретенников, глядя на Ржевского тепло и ласково, словно разговаривал с собственной престарелой мамой. — Но каламбур занятный, и-хи-хи.
— И разрешение от тамошнего монарха на поселение и на неприкосновенность собственности, говорят, сущая формальность, — продолжил разглагольствовать белобрысый негодяй с трибуны, опираясь о полочку и устраиваясь поудобнее в положении стоя. — Если по специальной процедуре!