Моя безупречная жизнь

– И вот мы здесь, – заключила я.
– И вот мы здесь, – повторил Джеймс и посмотрел на меня. – Значит, над этим ты сейчас работаешь. И что же, по-твоему, происходит?
Обычно люди спрашивали моего совета только потому, что я была единственным человеком, готовым им помочь. Но сейчас разговор шел на равных, Джеймс искренне интересовался моим мнением, и это было приятно.
– У Логана есть какой-то секрет. Крис и Люс узнали о нем или вот-вот узнают. И нам с тобой тоже удалось приоткрыть завесу над всей этой историей.
Джеймс перевел взгляд на особняк.
– Звезда команды встречается со своим двойником поздно вечером в таинственном доме. Зачем?
Впервые за долгое время у меня не нашлось готового ответа. Но я ни капли не сомневалась, что Три нанял меня раскрыть именно эту тайну. И над ней же билась Люс.
– А твой анонимный клиент, – спросил Джеймс, который думал о том же, о чем я, – он тут с какого боку?
Я вспомнила сообщения от Три. Похоже, был только один способ выяснить его роль в этой истории. Но для этого требовалось узнать, что известно Люс, а значит – раскрыть секрет Логана.
Повернувшись к Джеймсу, я повторила последнее сообщение Три:
– Узнаю, когда закончу дело.
  
Глава 5
 
Самое лучшее средство от бессонницы, не считая диазепама, которым злоупотребляла моя мама, – это включить самый скучный и усыпляющий документальный фильм про природу и смотреть его на диване в темной гостиной, запивая крекеры теплым молоком.
Я вообще плохо спала последние два года, а конкретно этой ночью мне не давали уснуть мысли о Логане и его двойнике. Каждый раз, закрывая глаза, я видела странный взгляд этого «клона» и его лицо, так похожее на оригинал. Если бы у меня не было фотографий, я, возможно, убедила бы себя в том, что это просто обман зрения, что игра света и расстояние сыграли со мной злую шутку. Что же такое обнаружила Люс? Что видела я?
– И где мы сегодня ночью? – поинтересовался папа, внезапно заглянув в комнату из коридора и напугав меня. – А, Африка к югу от Сахары.
Я шумно выдохнула.
– Ты только что сократил мою жизнь на год.
– Если бы не я, тебя вообще бы не было, – ответил папа. – Так что на самом деле я подарил тебе жизнь.
Я закатила глаза.
Папа внимательно смотрел на меня, не переставая улыбаться, и я поняла, что за его шутками скрывается беспокойство.
– Так почему ты не спишь? – спросил он.
– Совсем не обязательно так за меня волноваться. Зак все время сидит по ночам, и ты не стоишь у него над душой.
– Еще как стою, – сказал папа. – В этом доме я донимаю каждого одинаково, всем достается поровну. Но Зак более предсказуем. Если он не спит, значит, взрывает киборгов у себя в компьютере. Тебя же расшифровать сложнее.
Невозможно было не поддаться папиному очарованию, очень трудно – не довериться ему. В глубине души мне ужасно хотелось все ему рассказать, но я лишь пожала плечами:
– Меня мучит убийственное давление стремительной жизни тинейджера в современном мире растущего перфекционизма и бессрочной цифровой реальности.
– Понятно. – Папа нахмурился.
– А ты почему не спишь?
– По той же самой причине.
Я рассмеялась. Он бросил взгляд на экран.
– Ну ладно, смотри дальше.
Он было повернулся, чтобы уйти, но я окликнула его:
– Пап? А ты скучаешь по нашей прежней жизни?
Не знаю, зачем я спросила, ответ мне и так был известен.
– Каждый день.
В следующие два дня в школе не происходило ничего особенного. Пока я переваривала увиденное, мои одноклассники болтали с друзьями и метали фрисби во дворе, даже не подозревая, что у Логана О’Хары есть двойник, с которым он встречался в чьем-то странном доме.
Я незаметно наблюдала за ним. В столовой Логан, как обычно, обедал в окружении друзей. В холле второго этажа, проходя мимо своего друга Кита, шепнул ему пару слов и коротко пожал руку. На уроке английского тихонько бормотал что-то Люс, поглаживая кончиками пальцев ее запястье. Со стороны они выглядели счастливой парочкой.
 
Мне хотелось взяться за это дело – и в то же время было страшно. Пугало не увиденное возле незнакомого дома, а внезапное осознание того, как отчаянно мне хочется помириться с Люс. Я понимала, что былую дружбу не вернуть, но была согласна даже на то, чтобы просто находиться неподалеку, тайно наблюдать за ней. И было страшно, что Три об этом знал. Меня словно заманивали в ловушку, тыкали носом в новенькую двадцатидолларовую купюру, лежащую посреди тротуара, заполненного прохожими. Но я чувствовала: стоит мне наклониться и схватить ее – сразу начнутся проблемы.
И я тянула время, надеясь, что найдется повод отказаться. Но чем дольше я наблюдала за Логаном и Люс, тем сильнее меня мучили их неразгаданные секреты. Джеймс чувствовал то же самое – я видела в классе, как он то и дело отвлекается от рассказа учителя и кидает взгляды то на Логана и Люс, то на меня.
После ночного разговора в машине, когда мы так ни о чем и не договорились, наше общение снова сошло на нет. Я не была членом школьной редколлегии, а он не разгребал чужие неприятности; случай свел нас вместе, но каждый преследовал свою цель. Моя задача заключалась в том, чтобы понять, в чем проблема, решить ее и сохранить в тайне. Джеймс, наоборот, должен был поведать о результатах расследования как можно большему количеству людей. Я не собиралась помогать ему, он не собирался помогать мне. Наши пути разошлись, дальше каждый сам по себе. Успехов. Всего хорошего.
Так почему же я поглядывала на него во время уроков? Следила за тем, как он сжимает челюсти, записывая за учителем, как склоняет голову набок? Почему все время вспоминала о том, что чувствовала, сидя рядом с ним, слыша, как он произносит мое имя? В ту ночь моя машина превратилась в капсулу вне времени: пока ты находишься внутри нее, проблем прошлого и настоящего не существует. И теперь, убеждая себя, что мне нравится работать в одиночку, я все равно мысленно возвращалась туда.
Наверное, я слишком явно пялилась, потому что Джеймс поднял голову – и наши глаза встретились. Я тут же перевела взгляд на большие настенные часы, изображая, будто слежу за временем, а когда он отвернулся к доске, тоже уставилась на учителя и до конца урока больше никуда не смотрела.
После уроков я собрала вещи и торопливо вышла из класса. По вечерам школьная библиотека, как правило, пустовала, поскольку все ходили в спортивные кружки или на дополнительные занятия. Я уселась за свой любимый стол, откуда был виден двор, и включила компьютер.
Мне следовало бы начать делать работу по истории, но я никак не могла сосредоточиться, в голове крутилась мысль, что такого Люс могла узнать про Логана. В конце концов я набрала в поисковой строке браузера слово «двойник», как вдруг завибрировал телефон.
 
«Так ты приняла решение?»
 
Это был Три. Я сжала в руках мобильный, не зная, что ответить. Он хотел узнать, возьмусь ли я за дело. А я при виде его вопроса впала в ступор.
«Меня удивляет твоя нерешительность, – написал Три. – Я думал, ты обрадуешься».
Я соображала, что ответить, когда рядом раздался голос. Я вздрогнула от неожиданности.
– «Двойник – символ двуличия», – прочитал Джеймс с экрана моего компьютера.
– Ты меня напугал, – сказала я.
– Ну извини.
– Не стоит так подкрадываться к людям, – заметила я. – Не обязательно настолько старательно соблюдать правила поведения в библиотеке.
– Учту на будущее, – ответил Джеймс. – Так ты берешься за дело?
– Что? Нет. То есть не знаю. А почему ты спрашиваешь?
Джеймс кивнул на мой компьютер:
– Исследование проводишь? Есть успехи? – Он словно проверял меня. Как будто сам искал информацию и теперь пытался выяснить, кто из нас насколько продвинулся.
– Есть, и еще какие. Спасибо, – ответила я.
Он прищурился, вглядываясь в экран.