Именем закона
— Это Рейлан вам сказал?
— Все, что я знаю о вас, — ответила Дон, — я сказала ему. — Она перевернула три верхние карты. — Туз треф, туз пик и Судная карта. Вы сеете семена, собираетесь начать новую жизнь. Тут не обойтись без стресса, поскольку вы не знаете, что возникнет из этой ситуации и станет вашей кармой.
Джойс откинулась на спинку стула.
— Не имею понятия, о чем вы говорите. Вам нужны эти карты?
— Посмотрим, — ответила Дон и перевернула еще три карты. — Магический валет, магическая семерка и, — она подняла брови, — пиковый валет. Вы должны понять, что я читаю еще и по вибрациям. Когда я получаю доступ к самому возвышенному в вас, я не нуждаюсь больше в том, чтобы читать по картам. Если вы хотите, чтобы я все упростила, не говорила вам, что значат эти карты… Похоже, вам предстоит выбирать между магическим валетом и валетом пик. Вы понимаете, о чем я говорю?
— Продолжайте, — сказала Джойс.
— Все дело в Судной карте. Вы не должны будете отступать от принятого решения, так что будьте осторожны. Валет пик бесстрашен, готов на борьбу. Может быть очень агрессивен. Вскакивает на своего коня и мчится, не всегда зная куда. Магический валет более уравновешенный, хорошо справляется с бизнесом, с финансовыми вопросами. Он — Телец.
Джойс сказала:
— Вы все это выдумываете.
— Да, в каком-то смысле, — ответила Дон, поднимая глаза. — Я интерпретирую то, что вижу и чувствую, но дело за вами. Карты пока что не позитивны и не негативны. Другими словами, вы занимаете нейтральную позицию. Словно размышляете: боже, что же мне делать? Но вы сами поставили себя в такое положение. Я не даю других советов, кроме совета следовать истинным чувствам.
— Я не уверена, — сказала Джойс, — в том, каковы мои истинные чувства.
— Вы сосредоточены на самой себе, — заметила Дон. — Посмотрите, вы тоже в какой-то степени духовный по своей природе человек.
— Что это значит?
— Вы много размышляете. Но иногда кажущееся вам логичным решение идет вразрез с вашими чувствами. Душа управляет вами. Тот, кого символизирует валет пик, убил человека…
— Он вам сказал это, — произнесла Джойс.
Дон покачала головой, все еще глядя на карты.
— Я коснулась его руки, той, в которой он держал пистолет, и узнала. Теперь я вижу, что у вас с этим проблема. Как можете вы испытывать чувства к человеку, который кого-то убил? И может поступить так снова.
— Он наверняка вам это сказал, — настаивала Джойс.
Дон вновь подняла глаза:
— Давайте кое-что сразу проясним. Рейлан ничего не рассказывал мне о вас, ничего. Если вы этому не верите, нет никакого смысла продолжать.
— Извините, — сказала Джойс, — продолжайте.
— У вас есть вопросы?
— Кто скрывается за магическим валетом?
— А как по-вашему?
— Гарри?
— Больше никто не приходит вам на ум?
— Нет.
— Тогда вы сами ответили на свой вопрос. Дайте мне руку, — сказала Дон и отодвинула карты в сторону, освобождая пространство.
Джойс положила ладони на стол, и Дон накрыла их своими руками.
— У вас есть еще какой-нибудь вопрос?
— Я не уверена в своих истинных чувствах.
— Какую первую фразу вы сказали мне, когда мы только начали?
— Не помню.
— Я сказала, что вы — близкий друг Рейлана и Гарри, а вы сказали…
— Я спросила насчет Гарри.
— Вы спросили: «Вы знаете, где находится Гарри?» Он был вашей первой заботой.
— Я волнуюсь за него. Не знаю даже, жив ли он.
— Жив, — сказала Дон.
— Откуда вы знаете?
— Поверьте моему слову, он в полном порядке.
— Вы знаете, где он?
— Я не в состоянии видеть то, что его окружает, — ответила Дон, — потому что Гарри не может видеть.
— Что это значит?
— Это как если бы я попыталась оказаться внутри вашей головы и посмотреть вашими глазами. Все расплывается. Вы носите очки?
— Контактные линзы.
— Я вижу, что многие мужчины смотрят на вас, но они не в фокусе, словно я смотрю на них сквозь ваши очки, а они мне совершенно не помогают. Вы делаете какие-то движения, ваши волосы развеваются…
Джойс нахмурилась, потом закрыла глаза.
Дон сказала удивленно:
— Вы были танцовщицей.
— Когда была моложе.
— Все мужчины смотрят на вас…
Джойс ждала.
— Вы танцевали обнаженной?
— Топлес.
— За деньги?
— А вы как думаете?
— Должно быть. — Дон кивнула. — Тем не менее вы волнуетесь за Гарри, потому что вы — добрый, сердечный человек. Вы не хотите, чтобы с ним что-то случилось, и ничего плохого не случится. Сейчас вы чувствуете себя виноватой в том, что были с ним не слишком добры. Вам не хватает его… Хотя на самом деле вам не хватает заботы о нем.
— Вы хотите сказать, что это и есть мои истинные чувства?
— Вы сами должны это понять. Сами скажите.
— Гарри может быть невероятно тяжелым.
— Возможно, и так, но он никогда не удивляет вас, вы знаете, что он всегда есть. Он символизирует стабильность, — сказала Дон, — а в вашем возрасте это не так уж и мало.
— А я считала, что выгляжу довольно неплохо для своего возраста.
— А я и не говорила, что вы старая, — возразила Дон, — я только имела в виду, что в этот период жизни вам необходима защита, если говорить с точки зрения кармы. Понимаете, у вас низкий энергетический уровень. Возможно, вы чувствуете, что полны страсти, но на самом деле это беспокойство. Вы устали думать о том, куда идет ваша жизнь. Вам бы хотелось на самом деле успокоиться.
Ясновидящая, которая была похожа на хиппи, сочувственно покачала головой и сказала:
— Господи, а кому бы этого не хотелось.
Рейлан ждал в вестибюле. Он подошел к Джойс, когда она вышла из лифта.
— Ну как?
— Мне надо отвечать ударом на удар, — ответила Джойс, — с точки зрения кармы. В каком-то смысле не сопротивляться этому.
— Чему?
— Моей жизни.
— Разве это не всем надо?
— Почему бы тебе не пойти поиграть со своим пистолетом? — сказала Джойс.
28
Какая-то девчонка в комбинезоне сказала Рейлану, что любит его, и протянула в окно машины печатный листок. Он прочитал:
«ЛЮБИТЕЛИ ОБЪЯТИЙ
Крепкие объятия очень полезны: они поддерживают иммунную систему, улучшают здоровье, избавляют от депрессии, снижают стресс, улучшают сон, воодушевляют…»
Он зашел так далеко, что положил этот листок вместе с «Майами геральд» и биноклем на соседнее сиденье. Если кому-то было интересно узнать, что он делает, сидя в «ягуаре» на парковке в северной части Дрейер-парка, то его это не волновало. Когда рядом остановилась патрульная машина, Рейлан показал свой жетон, сказал помощнику шерифа, что ведет наблюдение и любезно просит полицейских уехать. Когда какой-то бородатый парень с татуировкой в виде змеи на руке ткнул грязной палкой в Рейлана и сказал «Возьми», предлагая нечто, похожее на сигарету с марихуаной размером с батон, Рейлан поблагодарил и отказался. Он уловил запах тлеющей марихуаны и шалфея, новомодного благовония. Бородатый парень сказал:
— Давай, скареда, затянись, хуже не будет.
Рейлан в надвинутой на глаза шляпе повернулся к бородачу и спросил:
— А ты не хочешь это съесть?
Парень со змеиной татуировкой ретировался. Рейлан проследил, как он пересек заросшую травой поляну и направился к столам для пикника около огромного фикуса, где собралась большая часть «Ласковых» — может, пара дюжин. В основном это были очень молодые люди. До Рейлана то и дело доносились их голоса и звуки барабана. Он увидел пару девчонок в трусиках, которые танцевали под звуки барабана. «Ласковые» были слева от него, возле общественных туалетов и старомодной стеклянной телефонной будки. Впереди — тропинка в зарослях баньяна и пальметто.
Рейлан направил Мелинду по этой тропинке, чтобы она нашла то место, где собирались наркоманы, и поискала там Уоррена Ганза, человека средних лет, который называет себя Кол. Когда они ехали сюда, Мелинда спросила: