Звездолет "союз" (СИ)

— И нас разорвет? — деловито спросила Тина.
— Да, — честно признался Антуан, — но не обязательно. Если мы окажемся за горизонтом событий, внутри сферы Шварцшильда, то есть упадем в черную дыру, не испытывая на себе бесконечного роста массы — ситуация может сложиться самым причудливым образом. Мы можем быть отброшены в прошлое, в будущее. Можем погибнуть. Подобные экспедиции совершались, но данные, полученные от них крайне скудны. И все эти данные получены только от автоматики.
  
— Ну и дела, — вздохнула Тина.
— Да, не просто, — кивнул Антуан, — но я думаю, все обойдется. Корабли Совета не раз совершали трансцентровые прыжки. Однажды его совершал и я. Думаю, что мы справимся.
— Внимание! — произнес Кэс, — через минуту мы начнем транссветовой переход! Разгон начат! Начинаю обратный отсчет! Сорок… тридцать девять…
На экранах медленно сменяли друг друга цифры. Кэс и Лотта посмотрели друг на друга.
— Скоро увидим Саванту! — бодро прошептал Кэс, — тебе там наверняка понравится!
— Уж скорее бы! — вздохнул Ю на своем кресле.
Два… один… ноль…
— Старт! — воскликнул Кэс. Вокруг корабля заклубилась серая пена. Ничто. Не было ни корабля, ни этой пены, ни их самих. Само их существование казалось иллюзией. Странное, очень странное чувство.
Ю прикрыл глаза. Это ли его предки — дзен-буддисты — считали Нирваной, полным небытием? Ты существуешь. Но это иллюзия, и ты знаешь об этом. И больше вокруг нет ничего — вот что значит, когда реально ничего нет…
О какой ерунде он думает?
Он открыл глаза. И вздрогнул.
Вокруг больше не было ни рубки, ни Лотты и капитана.
Ю лежал на чем-то мягком. Положение его тела изменилось — то было не кресло, а ровная приятная поверхность. Белая. И белый чистый свет отовсюду. Он не слепил, не раздражал, он просто лился со всех сторон.
Галлюцинация…
Ю слегка приподнялся. Он ощущал себя как никогда ясно и четко. Весело бежала по сосудам кровь. Кожа ощущала легкое тепло и прикосновения. Это не сон. Не бред. Все это — невозможное — наяву.
Из сияния выделились фигуры — без формы, без лица и конечностей. Сгустки чистого света. Одна из фигур приблизилась к Ю. Он услышал — не ушами, слова отдавались прямо в мозгу, и в то же время были реальными, четко отделяясь от потока его мысли. Говорили почему-то по-русски.
— Человек. Беспокойство не нужно. Мы окажем помощь.
— Кто вы? — прошептал Ю, зная, что будет услышан.
— Подумай немного, — предложил сгусток света. Ю зажмурился.
— Вы — Саванта?
Ему показалось, что сгусток засмеялся.
— Ты хорошо мыслишь. Вы прибыли. Мы вынули вас из транссвета, так проще. Планета уже не существует. Точнее, она перестроена, вам нечего там делать. Но я помогу вам. Не надо беспокоиться. Все будет хорошо.
 Глава 12. В плену. 
  
Планета сияла в экранах, огромная, сверкающе-голубая. Красивее любой из планет, которые когда-либо видел Кэс. Прекраснее Коста-Нуэвы. Если увеличить изображение, была видна тонкая сверкающая сеть вокруг планетного шара — орбитальные спутники, искусственные кольца, галактика знает что еще.
— Все же я не понимаю, — пробормотал Кэс, — почему мы вышли так близко? Ведь по расчетам…
— Я подозреваю, — перебил Ю, — что они изменили пространство-время вокруг себя. Чтобы удобнее было совершать трансцентровые прыжки.
Кэс поглядел на инженера и кивнул.
Уже через час они подошли к планете, и орбитальная сеть ответила на зов радушным приглашением садиться.
Саванта очень нравилась Тине. Вот только странно, что она как заснула во время прыжка, так и проспала приближение к планете и даже посадку. Но Антуан объяснил это тем, что здешние обитатели — ученые — так перестроили пространство и время вокруг себя, что выход из прыжка и посадка на планету стали исключительно легким, почти автоматическим действием.
Их сразу же посетила делегация савантян — все это были симпатичные люди, все как один смуглые, поджарые и с гладко выбритыми головами, даже женщины. Носили они белые одежды, похожие на тоги. Тина, хотя и пользовалась переносным транслятором, не очень их понимала — в линкос вплетались слишком многие термины, а некоторые из савантян время от времени начинали прямо говорить формулами. Из которых Тина тоже понимала лишь отдельные куски.
Один из савантян, уже немолодой ученый со сверкающими как угли глазами, подошел к Тине и заговорил с ней.
— Мое имя Лиолис. А как зовут тебя?
Саванта была похожа на Московский университет, где Тина была на олимпиаде. Здания — гигантские разноцветные кубы, шары и пирамиды, вокруг них — дорожки, клумбы, лужайки с цветами — явными плодами генной инженерии; Тина видела похожее в одном фантастическом сериале: целый букет на одном стебле, гладиолусы величиной с тыкву, куст, усыпанный разноцветными розами, причудливые формы, которых не бывает в природе.
Тине очень хотелось задать Лиолису какой-нибудь математический вопрос, но как она ни перебирала вопросы в уме, все они казались глупыми и детскими. Будет савантянин говорить о науке со школьницей? Тина вздохнула.
— Это наша столица, Лантия, — пояснил Лиолис, — мы не только занимаемся наукой, но и любим спорт и движение. Хочешь, полетаем?
Тина подняла голову и увидела, что в небе над ними парили на гигантских крыльях несколько савантян в белых одеждах. Чем-то они напоминали ангелов из церковного предания. Тина фыркнула. И с готовностью кивнула.
— Да, конечно! Очень хочу!
Поднимаясь вместе с Лиолисом в лифте к куполу высоченного сиреневого здания, она вдруг подумала, что внизу им почему-то не встретился ни один человек. Неясная тревога закралась в сердце. Тина подняла браслет и набрала номер мамы.
Чин откликнулась тут же.
— Привет, малыш!
— Привет, мам! Ну как ты?
— У меня все хорошо, — радостно сообщила Чин, — только сейчас тут будет официальный прием, все дела. Ты отдыхай, раз уж есть возможность! Очень интересная планета, правда?
— Да, — согласилась Тина. Из предосторожности она не стала говорить маме ни о полетах, ни о своих опасениях. В конце концов, раз мама так довольна и беспечна — значит, все в порядке.
К тому же Тине очень хотелось полетать на настоящих крыльях.
За прошедшие столетия столицу из Сорбонны перенесли в Ньютон — Кэс еще помнил, что на Саванте города назывались именами известных университетов, а Ньютон был прославленный научный городок на Луне.
Многое здесь показалось ему незнакомым и совершенно чужим. Силовые поля с напылениями заменили все привычные стройматериалы, здания щеголяли самыми причудливыми формами и цветами. Но некоторые вещи Кэс совершенно не мог объяснить и понять их предназначение — к чему, например, нужна лента из тонких вороненых планок, круто уходящая в облака? Да и сами облака поражали — все они были геометрической строгой формы, и некоторые — разноцветными; похоже, они выполняли какую-то особую функцию.
Люди на улицах летали так же свободно, как и ходили — парили в воздухе, засунув руки в карманы. Они не разговаривали, лишь обменивались взглядами — на Саванте давно овладели телепатией.
Кэс на всякий случай снимал все увиденное на микрокамеру — позже будет возможность разобраться.
Да уж, подумал он, стоя перед прозрачной голубоватой стеной, за которой лениво плыло рыжее облако-овоид, в правительственном зале Ньютона на невообразимой высоте. Ничего удивительного, что ксалийцы здесь оказались бессильны. Жаль только, что савантяне не оказали помощи другим планетам СТК. Как-то они оторвались от общей жизни. Или на это у них все-таки не хватает ресурсов?
  
— Капитан, — приятный голос координатора Научного Совета Саванты, Кати Гэла, оторвал его от размышлений. Кэс обернулся. Невольная улыбка тронула его губы.
Кати, одна из ведущих кибернетиков Саванты, обладала приятной внешностью; стройная, высокая, голубоглазая, она живо напомнила Кэсу молодость, девушек из пилотской школы…