Пробуждение (СИ)

Аналогичную процедуру Конрад повторил ещё два раза: сначала быстрый осмотр очередного блока памяти, а затем активация детонатора заряда. Второй и третий цилиндр капитан забросил на трибуны по противоположные стороны от центра Арены. Зная, что после приведения в действие, взрывчатое вещество заряда реагирует уже через четыре секунды, андроид проделал эти манипуляции максимально быстро.
Я с замиранием сердца наблюдал за его действиями, понимая, что с каждым активированным детонатором он жертвует одним из своих товарищей. Спустя пару секунд последовал второй взрыв, а за ним и третий. Затем воцарился хаос… Последствия были ещё ужаснее, чем при детонации первого заряда, так как теперь взрывы прогремели среди большого скопления зрителей, соответственно и количество жертв увеличилось. Окровавленные и истерзанные чудовищной взрывной силой идентификаторов тела вместе с расщеплёнными частями скамей взлетели в воздух. Оставшихся в живых людей охватила паника: они метались, кричали и любым способом пытались выбраться из рядов сидений, ругаясь и толкаясь, и тем самым только ещё больше мешая друг другу. Повалил густой дым, когда вспыхнувший огонь перекинулся на деревянное ограждение и на уцелевшие от взрывов ряды скамей. Паника среди ангелов достигла предела. Сейчас каждый пытался спасти только свою собственную жизнь. Я видел, как обезумевшие от страха мужчины прокладывали себе оружием и кулаками путь к выходу, нанося увечья тем, кто стоял у них на пути. Пытаясь в спешке выбраться с Арены, люди бежали по головам упавших или поваленных на землю бывших соседей по трибунам, не разбираясь, кто перед ними — мужчина или женщина.
Внезапно картина кровавого безумия в сполохах всёпожирающего пламени сменилась раскрасневшимся лицом Конрада.
— Кай, мы с Леонидом будем продвигаться по туннелям в сторону Недоступной Зоны, — пытаясь перекричать отчаянные, истеричные вопли бегущих в страхе людей, сообщил капитан. — Вам с Изориусом нельзя медлить. Сейчас же уходите! Мы встретимся у Силового Барьера. Если вдруг возникнут непредвиденные обстоятельства, то я попытаюсь сообщить вам об этом, а сейчас я отключаю трансляцию!
Связь между контроллерами тут же прекратилась, и полумрак вновь воцарился в хижине главного лекаря. Я и Изориус в безмолвном ступоре сидели и смотрели на маленькое кольцо, лежащее в центре стола. Мы были поражены тем разрушительным эффектом, какой произвели взрывы всего лишь трёх небольших цилиндров — блоков памяти троих погибших андроидов, теперь уже окончательно и безвозвратно потерянных и для нас с Линдой, и для своих товарищей на Марсе. Лицо лекаря выражало одновременно ужас и благоговение, и я легко мог представить, что за мысли возникали сейчас у него в голове. Если только три маленьких предмета смогли вызвать такие массивные разрушения на Арене и панический страх у ангелов, то какие ещё секреты и оружие какой небывалой мощности он сможет заполучить в свои руки, оказавшись по ту сторону Силового Барьера? Когда его народ получит столь грозное оружие, то ни кровожадные ангелы со своими берсерками и хищниками, ни многочисленные племена кочевников будут им уже не страшны…
Вдруг дверь в хижину распахнулась от сильного удара, и внутрь с дико выпученными глазами ввалился один из двоих охранников, остовавшихся всё это время на страже снаружи. Он мигом пересёк комнату и оказался перед нами.
Ухватившись за край стола руками, воин прокричал:
— Изориус, Арена в огне! Там творится что-то невообразимое!
Ангел перевёл тревожный взгляд с лекаря на меня и затем на меч на столе. Возбуждение на его татуированном лице сменилось сначала крайним удивлением, а потом неприкрытой ненавистью.
— Что здесь происходит, лекарь? Почему этот клинок лежит перед отщепенцем?
Я напряг мускулы, лихорадочно думая, как же поступить. Но Изориус опередил меня. С неожиданной для его грузного тела прытью, он протянул руку к одному из стоявших рядом со столом светильников, схватил его и швырнул в лицо ангелу. Мужчина не успел среагировать, и сосуд разбился об его лоб, горячее масло потекло вниз, и стражник взревел от невыносимой боли, прикрыв лицо руками. Нам нельзя было терять ни секунды. Я действовал чисто машинально. Мой разум ещё даже не успел подумать, а тело уже само сделало первое движение. Схватив меч с поверхности стола, я с силой вонзил его ангелу в живот. Остро отточенная сталь легко пробила тонкую кожаную куртку и вошла наполовину своей длины в тело жертвы. Воин издал булькающий звук и опустил руки, пытаясь ухватиться за торчащее из своего тела лезвие. Я двумя руками резко провернул клинок в ране, а затем быстрым движением повёл его в сторону, распоров таким образом живот. Стражник захрипел, когда я выдернул меч из него. Кишки отвратительным месивом вывались из брюшной полости прямо на стол, и кровь хлынула из раны и раскрытого рта на обожжённом, покрытом волдырями лице. Глаза ангела остекленели, и он с грохотом рухнул на пол, потянув за собой вниз свои внутренние органы с поверхности стола.
 
Изориус вскочил со стула и с изумлением взирал на меня. Я же в оцепенении смотрел на труп врага, недоумевая, откуда вдруг взялась во мне эта внезапная жестокость, а вместе с ней и смертоносная отточенность движений. Но долго размышлять мне над этим не пришлось.
Неожиданно мы услышали встревоженный возглас из-за открытой двери:
— Дариан, ты внутри? Я уже вернулся. Объявлен срочный сбор всех боеспособных воинов у дворца.
По всей видимости, один из охранников после неординарных событий на Арене отправился разузнать обстановку и сейчас возвратился обратно, чтобы поделиться информацией со своим напарником. Говоривший появился в проёме двери и, увидев бездыханное тело своего товарища, распростёртое на полу хижины, а также окровавленный меч в моей руке, моментально оценил положение и выхватил свой клинок из ножен.
— Предатель! — презрительно бросил он в сторону Изориуса. — Убирайся с дороги, жирная мразь. И не мешай мне убивать этого отщепенца.
Он обхватил рукоять меча двумя руками и медленными шагами начал приближаться ко мне. Ещё во время нашего следования от тюремного барака до жилища лекаря я по сетке морщин вокруг его глаз определил, что ему было уже далеко за сорок. Передо мной находился закалённый в боях ветеран. И он был твёрдо намерен уничтожить меня. Периферийным зрением я заметил, как Изориус испуганно попятился к стене, и мне стало ясно, что в этот раз на его помощь рассчитывать не придётся. Я попытался вспомнить те уроки фехтования, которые получил в молодости, а также свои многочисленные сражения в виртуальных мирах Игры, но потом отбросил все мысли в сторону, решив полагаться только на инстинкты. Поразительно, но я совсем не чувствовал страха. В тот момент я желал только одного: как можно скорее покинуть и этот дом, и Цитадель ангелов.
Тем временем стражник уже приблизился ко мне почти на расстояние удара, и я принял защитную позицию. Он с удивлением посмотрел на меня и сразу же замедлил своё движение. Видимо, он совсем не ожидал, что мне знакома техника владения мечом, и рассчитывал на лёгкую победу. Наконец, поборов сомнения, ангел с криком бросился на меня. Он стал наносить тяжёлые рубящие удары под разными углами, и мне пришлось напрячь все свои силы, чтобы блокировать их своим мечом. Мне было бы намного легче отражать его атаки, если бы в моём распоряжении был щит, но за неимением такового, приходилось рассчитывать только на скорость своей реакции. Мой оппонент был значительно крупнее меня, и, вероятно, поэтому он решил положиться не на ловкость, а на грубую физическую силу. Эта нехитрая тактика в конце концов обернулась для него роковой ошибкой. Скорее всего, он решил для начала истощить мои силы мощными ударами и затем, когда я уже буду окончательно ослаблен его натиском, быстро покончить со мной. Я разгадал его простой план и решил подыграть ему.
 
Парируя его яростные атаки, я осторожно отступал к дальней стене хижины и выжидал момент, чтобы использовать его же силу против него самого. В какой-то момент стражник потерял бдительность и, чувствуя своё мнимое превосходство, широко размахнулся, чтобы нанести мне сильный удар сверху. Но на этот раз вместо жёсткого блока я подставил меч под нисходящим углом, и клинок ангела соскользнул с лезвия моего меча, потянув по инерции вниз за собой своего хозяина. Уловив этот момент, я развернулся и, прокрутив стальное оружие в воздухе, рубанул им по диагонали прямо в шею наклонившегося вперёд противника, вложив в удар всю свою силу. Лезвие моего клинка без труда рассекло его плоть, и кровь густым потоком хлынула из перерубленной шеи. Голова упала на пол, а потом прямо на неё грохнулось и тело.