Любовь и Миры (СИ)
— Почему они так поступили? — спросила Мэла.
— Их, как и вас, впечатлило наше сходство с протейцами, — ответил Натэн. — Нас охватило чувство — обратите внимание на это слово — чувство — солидарности с родственным Видом. Ох уж эта внешность! Опять шалости ИСВ? — покачал головой профессор. — Действительно во Вселенной очень мало цивилизаций, основанных разумными головоногими. И иттяне хотели обрести… друзей. Вопрос — зачем? В Сообществе все друзья — и моллюски, и рептилии, и членистоногие, и чешуекрылые, и паукообразные. В общем, на нашу беду, Совет КС уступил нам и незрелая протейская цивилизация вошла в состав Сообщества. Ей был открыт доступ к СЗ. Далее вы знаете.
— И вскоре Протея погибла?
— Нет, какое-то время мы, иттяне, совместно с протейцами проводили реформы. Правительства Панины и Танины преобразовали в ЕПП — Единое Правительство Паниты, так теперь называлось государство протейцев. Куда отбирали согласно конкурсу и строгому тестированию. Пограничные и военные ведомства Панины и Танины перепрофилировали в КосСлПан — Космические Службы Паниты. В школах и вузах Паниты ввели дисциплины, способствующие скорейшему усвоению Сверх Знаний и равное обучение обеим языкам, — рассказывал Натэн, демонстрируя аудитории эти преобразования. — С нашей помощью был создан КоФлПан — современный космический флот Паниты, способный совершать сверхдальние перелёты, возведены станции, сублимирующие сверх-энергии. Ну и так далее. Конечно, всё это было непросто. Общество перестраивалось, стереотипы рушились, рамки раздвигались. И на этом фоне, очевидно, проявился дефицит БВЛ, спровоцировав некий конфликт. Возможно — из-за расовых трений, недовольства высших чинов, получивших отставку. Причиной могло стать что угодно.
В общем, в результате применения сверх энергий, мантия планеты сдвинулась, повсеместно проснулись вулканы, океан взлетел в стратосферу, возникли гигантские цунами. Почти всё живое на Протее погибло. Когда всё стихло, там наступила планетарная зима.
И аудитория увидела то, что осталось от некогда прекрасной планеты и супер-развитой цивилизации — тьма, холод, бескрайние ледники и безжизненная снежная пустыня…
— Для Сообщества, а особенно для иттян, это стало полной неожиданностью и трагедией. Совет Итты обратился к Иерархам КСЦ с просьбой — назначить их кураторами, ответственными за дальнейшую судьбу Протеи. Однако, во избежание негативного воздействия на дух нашей цивилизации и учитывая впечатлительную и мнительную натуру моллюсков, информацию о происшедшем решили оставить в тайне. И уже несколько сотен тысяч витков эту миссию несут только те, кто непосредственно участвует в проекте «Итта-Протея-Земля». И с тех пор нет более строгих членов Приёмной Комиссии и Исследователей Космоса, открывающих новых миров, чем мы, иттяне.
Слушая этот рассказ, Лана всё ниже опускала голову. Если б она знала о Протее раньше… Но ей и вправду казалось, что отстающих можно подтянуть и всему ускоренно научить. Может и можно, но не всех. Да и незачем. Пусть всё идёт, как идёт, и пусть будет, что будет. ИСВ, который помогает выжить Виду на ранних этапах Эволюции, иногда проникает и далее, в почти совершенное сознание, заставляя совершать аморальные поступки. Нельзя давать ему играть в смертельные игры со Сверх Знаниями.
— Что это значит — быть ответственными за судьбу Протеи? — спросила Танита. — А как же ЗоН?
После Протеи
— ЗоН соблюдается нами неукоснительно, — ответил Натэн. — Мы лишь Наблюдатели, хотя это дело СНС — Специальных Наблюдательных Служб. Они контролируют открытые цивилизации, периодически тестируя их, и кое в чём подправляя. Но ЗоН касается лишь судеб цивилизаций. А мы очень долгое время посещали почти мёртвую планету, лишь помогая ей выжить. Например — восстановили стабильность мантии и полюсов, очистили на Протее атмосферу, создав условия для восстановления благоприятного для биологической жизни климата. Но это процесс не быстрый. Однако через сотню тысяч витков мы с радостью обнаружили, что на планете активно начала возрождаться жизнь. Практически там произошёл полный абиогенез — зарождение её заново.
Далее было ещё несколько цивилизаций, но, по разным причинам они тоже погибли. Но сейчас не о них речь. Сегодня на планете, после протейской, существует уже пятая цивилизация. И она пока стабильна, хотя и далека от совершенства.
— Пятая? Но как же случилось, что и им мы не помогли? — Натэн выразительно и молча посмотрел на неё. — Впрочем, извините, я всё понимаю. ЗоН. И пусть всё идёт, как идёт?
— Именно так.
— У нас есть на этой планете наблюдательные базы? — спросила Мэла.
— Есть. Но с некоторых пор, по причине секретности нашей миссии, базы на Земле законсервированы. Теперь мы посещаем их лишь иногда, по особой необходимости, доверив надзор автоматике. А основные наблюдательные пункты перенесены на спутник — Луну. Там построен и подземный город — Луноон, в котором наши экспедиции бывают через каждые восемь витков или четыреста земных лет. В промежутках наблюдение за Землёй ведёт автоматика, периодически отсылающая на Итту отчёты. С их помощью составляются прогнозы и разрабатываются проекты — помощи, координации и прочие.
— Для чего всё это? — удивился кто-то. — Ведь вмешиваться в дела цивилизаций на Земле мы не можем.
— Зато, в рамках программы: «Итта-Протея-Земля» и по согласованию с Советом КСЦ, мы периодически корректируем природные процессы на планете и корректируем экологические сбои.
— А что там теперь за цивилизация? — поинтересовалась Мэла.
— Гоминиды! — заявил Сэмэл. — Помнишь, доктор Донэл показывал нам Сфинкса и рассказывал об обитателях земли — двуногих позвоночных гоминидов, устроивших вокруг него мемориал?
— А, точно! — хлопнула себя по макушке Мэла. — Я пока ещё не связываю воедино Протею и Землю! Надо же — сухопутные и примитивные позвоночные там, где некогда были восхитительные подводные города великолепных протейцев!
А Лана вздохнула — какое-то время она всё ещё надеялась, что Серый Гигант живёт на Земле. И он не привидение, явившееся с канувшей в огненный вихрь Протеи.
— И там теперь нет головоногих моллюсков? — спросила она.
— Почему? Сколько угодно! Моллюски встречаются на Земле почти повсеместно — в морских и пресных водах, на суше, в океанах — до максимальных глубин, в горах — до линии вечных снегов. Нет моллюсков только в песчаных пустынях. Сейчас на земном шаре обитает не менее 130 тысяч видов моллюсков. Они делятся на семь классов: брюхоногие, моноплакофоры, панцирные, желобобрюхие, двустворчатые, лопатоногие и головоногие. Но моллюски уже не создают цивилизаций.
Последняя, пятая цивилизация основана на Земле гоминидами — позвоночными прямоходящими двуногими существами, — показал он им эту особь. — Знакомьтесь: человек разумный — Homo sapiens, Вид рода — Люди — Homo из семейства гоминид в отряде приматов. Ныне главенствующий представитель наземно-воздушных обитателей этой планеты. Именно человек и дал планете последнее наименование — Земля. И выглядит она уже совсем иначе, — сказал Натэн, демонстрируя современные кадры. — Протея, на языке протейцев, означала: планета-океан. А Земля, значит — твердь, почва, основание. И это справедливо. Как видите, теперь в безбрежном океане на планете появились обширные участки суши — пять больших материков. На них и возникла эта цивилизация. Хотя надо отметить, что жизнь на планете сегодня распространена повсеместно во всех четырёх природных стихиях: в воздухе, воде, почве и в наземно-воздушной среде, — напомнил профессор. И теперь уже всем было понятно, почему он так гордится многообразием Видов на этой планете. Ведь иттяне в немалой мере способствовали восстановлению жизни на ней. — И особую роль в создании благоприятных условий на планете теперь играет атмосфера, а не вода. Привожу сводки, таблицы и сравнительные графики, подтверждающие это, — заметил профессор, демонстрируя их. — Насытившись азотом, кислородом, озоном и другими газами, атмосфера этой планеты достигла высоты семисот и даже тысячи километров от поверхности почвы, являясь источником дыхания и обменных процессов для всего живого. Как, впрочем, и неживого. Она — реактор для формирования воздушных потоков и климата планеты. А также — отличный защитный экран — от метеоритов, жёсткого излучения, солнечного ультрафиолета и проникновения космического холода. В Протее роль такого щита выполняла толща воды, а её атмосфера была на много беднее. Но когда жизнь вышла на сушу, умная планета перестроилась и создала для неё прекрасные условия.