На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Ебать! А тут чего случилось? — оглядев забрызганные кровью стены, Вауита открыл камеру и принялся собирать упаковки с едой. — Ладно, хули, нам нужнее…
Повернувшись, он потопал с добычей обратно, не заметив, как на полу расплылось и поползло за ним маслянистое пятно. Дитрих был сосредоточен на пайке, так что демонстрировать добычу Вауита принялся Капитану, который после прогулки по лестницам выглядел окончательно измученным и, сняв шлем, чтобы Дитрих мог подогнать под него маску, за неимением кресел уселся на какие-то бочки. Набор был довольно странный — неплохое печенье в жестяной упаковке соседствовало с уже знакомыми безвкусными галетами и все это дополнялось консервированными сливками и бобами, так что Капитан задал резонный вопрос:
  
— Ты где это нарыл?
— Вон там.
— Дитрих же сказал, что он все там выгреб.
— А Пляшущий Волк внимательный! Пляшущий Волк в столовой той банку консервов нарыл, которую вы прозевали, и тут тоже посмотрел по углам как следует.
— Не ссы мне в уши, умник. Что одну банку мы могли не найти, особенно когда не очень-то искали, это может быть. Но вот такую кучу — вряд ли.
— Не веришь?
— Не-а…
— А вот придется поверить. Пошли, покажу! — взяв Капитана за пояс, Вауита попытался потащить его за собой, но его ноги просто смешно проскальзывали по полу. — Вот ты пиздец тяжеленный! Пошли, говорю! Пляшущий Волк очень обижен недоверием! Пляшущий Волк имеет доказательства.
— Ну пошли, — вздохнув, Капитан таки поддался буксировке. — Да иду я уже, прекрати меня тащить! СТОЙ!!!
Увидев боковым зрением врезавшееся в память пятно, он схватил Вауиту, чтобы дернуть того назад, и тварь, поняв, что её заметили, тоже вцепилась в ускользающую добычу. Вауита заорал как резаный, вцепившись в края нагрудника, пытаясь лягнуть схватившего его уродца, но добился только того, что тот ухватил его еще и за ногу. Эффект был странный. Бетон вокруг стал прозрачным словно стекло, позволяя рассмотреть арматуру в его толще, коммуникации, механизмы, скрытые в стенах и то, что происходит за этими стенами. Вауита окликнул Капитана и тот, опустив глаза, увидел заднюю часть тела твари с короткими кривыми ногами, совершенно не подходящими для передвижения по земле, но крепко якорящими в бетоне длинное и весьма мощное тело.
— Э! Не отвлекайся! — снова заорал Вауита. — Сделай что-нибудь!
— Все в порядке, — выскочивший на крики Дитрих ухватил его за запястье и тоже начал внимательно оглядываться. — Не торопитесь.
— В смысле⁈ — возмутился Вауита. — Торопитесь! Очень, сука, торопитесь! Отвечаю, эта хуета че-то нехорошее затеяла!
— Она нас всех не протащит…
— Куда?
— Никуда… Тем более, вместе с доспехом. Главное, не отпускай металл.
— Погоди! — Капитан удивленно скосил глаза вниз, на кирасу. — А Парсон тогда, когда мы с этой хуетой первый раз столкнулись, шлема соединял.
— Доспех делает практически то же самое. Вы пропотели, пока гуляли по лестницам, так что контакт с телом отличный. Ладони у него тоже с перепуга влажные… Сейчас эта штука устанет и отцепится.
Тварь из стены и правда выглядела, как капризный ребенок, которому не дают искомого. Она дергала Вауиту, не понимая, почему ничего не получается, кривя свое одутловатое лицо в злобных гримасах. Капитан, посмотрев на неё, скорчил брезгливую мину и вытащил саблю.
— Мне не надо, чтобы оно отцепилось! Мне надо, чтобы оно тут не ползало!
— Это бесполезно…
— Да чегой-то? — Капитан ткнул в уродца концом клинка, но тот прошел через него словно через воздух. — Ах ты ж пидор!
— Вот поэтому бесполезно.
— И как это прибить?
— Я знаю! — Вауита, которому это все не доставляло никакого удовольствия, покрутил головой. — А сисястая где? Эй! Скво!!!
— Вы меня зовете? — Барабашка вышла в коридор, аккуратно неся в руках горячий кофейник, и покрутила головой. — Я просто не могла отойти. Кофе мог убежать.
— Да ты, блядь, нашла время!
— Просто Капитан очень устал… Я думала, это его порадует…
— Вот за это спасибо, — тронутый таким участием, Капитан на секунду даже позабыл, что происходит. — Ты это… там поставь. Мы недолго…
Тварь внезапно отпустила Вауиту, который от неожиданности запрыгнул на Капитана, и, «нырнув» в бетон, очень быстро поползла к Барабашке. Капитан заорал, предупреждая, но та, в своей обычной манере, реагировала очень медленно. Дитрих прыгнул в её сторону, однако успел только во всех подробностях рассмотреть, как тварь схватила Барабашку за лодыжку. Нервы под кожей твари вспыхнули, словно нити лампы накаливания, глаза засветились желтым, мышцы вспучило от спазмов, раздался треск крошащихся друг об друга зубов, а затем — треск бетона, сдавливающего засевшую в нем плоть.
— Не надо так делать! — возмущенно оттопырив губу, Барабашка выкрутила из сжатой в предсмертной конвульсии руки свою ногу. — Я чуть кофе не пролила!
— С тобой все в порядке? — поинтересовался Дитрих, растерянно останавливаясь.
— Испугалась немножко… но уже не так, как в первый раз!
— То есть там, в желтом крыле, произошло что-то подобное?
— Ага. Он выпрыгнул, напугал меня, а потом… вот…
— Ты понял, что это было? — наконец, отодрав от себя Вауиту, которого с перепугу перестали слушаться конечности, поинтересовался Капитан. — Потому как было очень похоже на то, как те «хосты» лопались, когда у меня в башке та штука сидела. Мне это нихуяшеньки не нравится. Только вроде разобрались, что с ней все нормально, и на тебе!
— Хосты горели из-за того, что их нервная система не могла справиться с тем количеством энергии, которая поступала в них при соединении с Метаморфом. Но такой эффект не обязательно указывает на него.
— А на кого еще?
— На любого, кто может оперировать большими энергиями.
— Эт да… Очень похоже на крысу в трансформаторе. Но погодь! Если его так распидарасило, а Черри — нет…
— Вы тоже не пострадали, хотя хостов сжигало.
— А вот почему?
— Понятия не имею. Возможно потому, что вы выступали в роли своеобразного реле? Ну, если брать электричество за аналогию. Вообще, сейчас мы не о том думаем.
— А о чем?
— Во-первых, у вас остывает кофе.
— Точно!
Вернувшись в мастерскую, Капитан с благодарностью принял у сияющей от радости Барабашки чашку кофе, взял в куче принесенных Вауитой продуктов банку со сливками, вскрыл её, забелил напиток, потом пододвинул коробку печенья.
— Стоп! Мы так и не выяснили, откуда ты это все притащил.
— Из камеры, — Дитрих бегло осмотрел набор. — Это та еда, которую я оставил тем бедолагам.
— Э! Пляшущий Волк там никого не видел! — немедленно внес ясность Вауита, — Значит, ничье!
— Видимо, та тварь сожрала тело… Ясно, что её привлекло. Там, в соседней, возможно, что-то тоже осталось.
— Ха! Пляшущий Волк хер туда больше сунется. Хватило!
— Это хорошо… Кофе еще остался?
— Остался! — Барабашка с энтузиазмом кивнула. — Я на всех сварила. Только чуть-чуть не успела.
— Не успела к чему?
— Ну, к вот этому всему…
— Не понял?
— Она думает, — пояснил Вауита, — что если делать какую-то милую фигню, например пить кофе…
— С печеньками! — сочла нужным добавить Барабашка.
— Вот какую-то такую хуйню если делать, то с тобой нихуя плохого не случится, потому что это неправильно.
  
— Вернее, я хочу, чтобы так было!
— Я тоже, — согласно кивнул Дитрих после некоторого размышления. — Это похоже на хорошее желание. За которое не стыдно.
— Правда⁈ — Барабашка радостно распахнула глаза. — Вы так думаете⁈
— Определенно. Мир бы от этого стал только лучше.