На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Посветить треба… — чиркнув зажигалкой, Михай заглянул внутрь и тут же отпрянул.
— Что там есть такое? — Доктор, увидев испуг на его лице перехватил лом поудобнее, — Там опасный животный?
— Бочки там… И топливом воняе. А я з огнем сунувся…
— О! Понимайт… Требовайтся безопасный освещений.
— То мы зараз зробим… — он вышел и крикнул наверх, — Калибр! Фонарь е?
  
Сидевший наверху Калибр достал из снаряжения фонарь и протянул его Михаю, жестом показав, чтобы тот не забыл убрать светофильтр. Михай вернулся и, включив фонарь, принялся изучать скрывавшееся под люком помещение.
— Видать тут топливо для генератору хранили… Топливник ставить не стали, так возили. Лестница е… Зараз спущусь, поближе подывлюсь шо там да как.
Михай слез вниз и принялся пинать бочки. Потом посветил вокруг и с удивленным возгласом отпрянул.
— Что там есть такое? — тревожно поинтересовался Доктор.
— Сыч тута! Пырит на мени, падла…
— Как он туда попадайт?
— Да я откель знаю? Но рожа така, будто ща кинется. А! Вона нора… Он снаружи сюды прокопався, падлюка!
— Он есть прорывайт ход сюда за ночь? Я есть хотейт сам смотрейт.
Доктор спустился вниз и, взяв у Михая фонарик, посветил в указанную сторону. В отличие от остального бункера, подвал для хранения топлива был просто вырыт в каменистой земле и не имел укрепленных стенок. Очевидно его делали уже позже, по собственной инициативе, солдаты несшие тут службу. В одной из стен была устроена ниша, в которой лежал свернутый шланг. В его витках, как в гнезде, устроился Сыч, который выглядел крайне недовольным подобным вторжением. За ним в стене зияла дыра прокопанного хода.
— Вы обращайт вниманий, что он есть прокапывайтся точно в удобный место?
— И шо?
— Просто занимайтелен факт. Он мог копайт в любой направлений, но выбирайт именно то, которое приводийт его в удобный для логово подземный полойсть!
— Умна падла! Ладно… Пущай живет — нам цей погреб не треба. Нам бочки треба. Подняти поможете?
— Они есть пустые?
— Так. Я надеявся шо тут осталося трохи, а то в баке меньше половины, но ни — все порожняком. Но тара осталася и нам цего хватит.
— Хватайт для чего?
— Цеж металл! Металл е — можно всяко зробити. Я вот думаю мотора с машины сняти, генератор сняти, фары з лампами да проводами сдернути, и буде у нас свой генератор, да ще и свет! А коли е свет, то и жити веселее. А там можемо и сварку зробити и ще еще якой хуйни наворотити!
— Вы есть говорийт, что топлива оставайтся всего половина бак.
— А мы самоварное топливо заебеним! Но для него теж бочки потрибны. Так шо я ща вылезу, а вы мени их снизу подавайте, бо я одной рукою ни сдюжу.
— У меня есть гут идея. Уф… — приподняв одну бочку, Доктор просунул её в люк, — Я есть брайть гипсовый бинты… Из них можно делайт гильза вам на левый рука и к ней прикрепляйт эрзац-протез. Какой-нибудь крюк или иной приспособлений.
— О! То буде добро… Давайте следущу…
…
Эрзац-протез выглядел кустарно, но это было значительно лучше, чем ничего. Доктор намотал на культю гипсовый бинт, куда заделал открученную от машины железку с резьбовыми отверстиями и ремни для надежного крепления на руке. В отверстия вкручивались болты, которые могли выступать как упоры для гаечных ключей и крепить различные приспособления. Например две изогнутых металлических пластины которые, будучи стянутыми куском резины от покрышки, могли захватывать и удерживать небольшие предметы. До обеда воодушевленный Михай, придумавший вышеописанную схему, бродил вокруг хватая все подряд, а после решил снять с машины то, что может пригодится и, заодно, испытать данное приспособление, что называется «в боевых условиях».
Сам процесс напомнил Доктору те времена когда он, заскучав, решил заняться медициной. Профессора с удивлением смотрели на великовозрастного студента и с еще большим удивлением косились на него когда узнавали, почему человеку, делавшему громадные успехи в натурфилософии, внезапно захотелось поковыряться в чьих-то кишках. Теперь он, как тогда, в анатомическом театре, стоял глядя в разверзнутое чрево, вымазанный во всяких жидкостях и подавал инструменты, с интересом пытаясь разобраться в хитросплетениях внутренностей.
Перво-наперво с машины сняли самое ценное — мотор. Доктор был удивлен, насколько это простая и легкая процедура. Раньше он был уверен, что такая важная часть прикреплена на совесть и нужно очень постараться, чтобы его вытащить, если это вообще возможно. Но Михай снял навесное оборудование, откинул пару шлангов и трубок, слил воду и масло, выкрутил несколько больших болтов, после чего они подвесили двигатель на прочную палку и вынули, благо автомобиль был не гоночный и мотор имел весьма скромную мощность и размеры.
Для его транспортировки, правда, пришлось соорудить тележку. Сперва Михай хотел использовать заднюю ось целиком, однако сооружение получилось совершенно неприличных размеров и веса и вкатить это в гору вдвоем, да еще и с грузом, не представлялось возможным. Выход нашелся быстро. На двигателе с двух сторон имелись опоры, к которым получилось прикрутить ступицы с колесами, затем эту конструкцию дополнили длинной оглоблей с поперечной перекладиной и, впрягшись, с парой перекуров откатили двигатель к бункеру.
До вечера удалось снять еще несколько тяжелых частей, после чего стемнело. Михай предлагал запитать от аккумулятора одну из фар сделав лампу, но Доктор был сильно измотан и предложил поберечь заряд и пойти спать.
— Подьем, но тихо… — ближе к середине ночи, оставшийся на часах Калибр ткнул спящего Михая, — Разбуди Дока и будьте в готовности.
— Шо? К чем быти у готовности?
— Валить…
— Что есть происходийть? — Доктор от их разговоров проснулся сам, — Угроза?
— Там, на пляже, костер…
— Та если вогня жгуть, стало быть особливо и не прячутся, — предположил Михай.
— Возможно. А, возможно, их столько, что прятаться не имеет смысла. Я, сейчас, пойду на разведку, а вы готовьтесь, если что, бежать. Поняли?
— Може з вами сходити?
— Зачем?
— Та на всякий случай.
— Я один двигаюсь тише.
— В том и дило. Шо буде — так мы ж не услыхаем, ежли далеко.
— Нет. Оставайтесь тут. Стрельбу вы услышите по любому.
— И шо тады делати?
— Уходить в лес и ждать Ура или меня. Все — я пошел…
Убедившись, что и Доктор и Михай оделись и собрались, Калибр поскользил вниз сквозь заросли. У дороги он остановился, прислушался и, преодолев её одним броском, принялся приближаться к горящему вдали костру, шныряя по руинам батареи. Справа раздались голоса. Замерев и выждав, Калибр взобрался на обломок железобетона, чтобы понять, откуда идет звук. Двое островитян, судя про одежде — рыбаки, обследовали остов полуразобранной машины. Еще двое жгли костер рядом с вытащенной на берег лодкой. Спрятавшись в укрытие, Калибр принялся прикидывать, что делать.
Рыбаки явно местные, так что, раз они нашли машину, то об этом станет известно всем заинтересованным лицам прям завтра же. И у них есть лодка, которая может очень сильно пригодится. Правда, если пристрелить их и закопать, то пропажу наверняка заметят и начнут искать, но рыбаки в островах пропадают часто. Про этическую сторону вопроса Калибр особо не думал — его больше волновало, как бы по ловчее убить двоих возле машины, чтобы те, кто у костра, ничего не поняли и не сбежали.
  
Все испортил Сыч. Он давно заметил чужаков и наблюдал за ними из ветвей. Но, когда один из рыбаков отломал красивое, круглое, блестящее зеркало заднего вида, намереваясь забрать его себе, птичья душа не выдержала. Калибр, подбиравшийся сбоку, только инстинктивно пригнулся и выругался, увидев как над ним пронеслась белая тень. Через секунду от машины донеслись крики ужаса и топот убегающих ног. Выскочив на край орудийного дворика, он успел увидеть только несколько мелькнувших в свете костра теней и услышать как по воде шлепают весла.