На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Если бы я знал, я бы, сейчас, сидел на солидной должности на родине, а не тут.
— Не прибедняйся. Сам же сказал — вы с ними дела имели, знаете про них. Не может быть, чтобы они кругом сильны были. Слабые стороны тоже есть, поди?
— Их главная слабость — размеры. Они не могут нести столько же, сколько люди и использовать мощные боеприпасы.
— Во! Уже дело говоришь! Кулак — запоминай! Так что там с боеприпасами? Какие они не могут использовать?
  
— Дробовые, например. Если только речь не идет о совсем уж мелких. Двенадцатый калибр китту плечо вывихнет. Винтовочные — только с упора или сошек. Так что для дальней стрельбы они будут оборудовать специальные позиции. С рук же в основном пистолетные. Что-то вроде «Браунинг.32» для автоматической стрельбы, все что мощнее — только для одиночной.
— Откуда ты это все знаешь, «Костюмчик»?
— Я служил в армии.
— Ты⁉ В армии⁉ — Кулак с недоверием покосился на Захарию, который никак не укладывался в образ сурового вояки.
— У нас там все служат.
— Даже бабы… — продемонстрировал свою эрудицию Кабанов, ковыряясь в зубах, — Ты продолжай, братан, че там вам еще говорили?
— Китты — мастера засад и диверсий. Особенно «шевроны». А вот оборона — их слабое место. Поэтому они всегда стараются сохранять за собой инициативу, заставляя обороняться противника. Думаю, в дальнейшем, стоит ожидать серию атак, которыми они постараются деморализовать нас и заставить бояться высовываться за пределы укрепленных позиций.
— Это как?
— Тактика: «Бей-беги». Как у килрати, только на более высоком уровне. Нападение, потом отступление с целью заманить преследователей на «растяжки» или разделить и перебить поодиночке. Тревожащие обстрелы с большой дистанции. Засады, диверсии — вариантов масса.
— И что делать?
— Не знаю, сказал же. Они могут трепать нам нервы месяцами. Единственное — у них нет тяжелого вооружения, так что мы можем укрепить все по максимуму, отгородится глухими заборами, решетками на окнах, патрулями с собаками и ждать их ошибки.
— Как на зоне, в натуре… — поморщившись, Кабанов обвел подручных взглядом, — Луис — предупреди губера. Они наверняка попытаются освободить своих корешей. Пусть еблом не щелкает и поторопит покупателей. Если «Костюмчик» не пиздит, то геммора эти твари могут доставить изрядно. Так что, чем раньше мы все провернем, тем быстрее от них избавимся.
— Как это связано, босс? — не понял Захария.
— Да так и связано. Ты сам сказал, что это военные. А у «сапогов» хуйня вроде «верности» и «товарищества» в почете. Так что, выбирая между нас кошмарить или их спасать, кого они выберут? Ага! Вот в том и хуйня, Захарка… Запулим всех по разные стороны и нехай бегают по свету, кентов своих ищут.
— А если они, все таки, их соберут?
— Если… Ты, лучше, покумекай, как безрукого найти. Бароза — мужик серьезный. Очень он его хочет.
— Я его найду, босс!!! — Кулак, уязвленный тем, что такую задачу поручили не ему, аж подскочил, — Соберу людей и прочешу остров! Они от нас не спрячутся!
— Плохая идея… — покачал головой Захария, — В лесу китты еще более опасны.
— Да пошли нахуй и ты и они!
— Вот это настрой… — довольно покивал Кабанов, — Поднимай босоту, авось всех не перещелкают. И «лепилу» тоже постарайся живьем взять. Доктор — штука ценная. Дорогая. А ты, Захарка, не бухти под руку. Не так страшен черт, как его малюют. Ну пристрелят еще десятка три — невелика беда. Новых найдем. Своими делами, лучше занимайся.
Сдержанно кивнув, Захария пожал плечами и до конца трапезы сидел молча глядя в тарелку.
…
«Ты вот настолько пешком идти не хочешь?» — осмотрев плоды совместного труда Доктора и Михая, Ур озадаченно пряднул ушами. «Мост» представлял из себя два пучка связанных вместе длинных жердей, выставленных по ширине автомобильной колеи и подпертых снизу рогатинами. Пройдясь по этой конструкции, Ур посмотрел вниз, потом на Михая, уже сидевшего за рулем, затем — на Доктора который приготовил саквояж с медикаментами и, в конце, на Калибра.
— Я его закапывать не буду! — сразу предупредил тот.
— Да тут лететь, в принципе, недалеко… Метра три всего… Но с машиной…
— Не хвилюйтесь паны, усе буде добро, — Михай принялся медленно подъезжать, — Нам же тильке раз переехати.
— Первый, он же последний?
— За последний вы, пан ни каркайти… Краше за колесьями последите. Встаю?
— Вправо прими… Много… Влево дай… Нормально…
— А що с задними?
— Вот на столько примерно промажут, — Ур руками показал не соответствие.
— Тады назад…
Примерно минут десять машина ерзала туда-сюда пока не встала идеально, после чего Михай выдохнув, погазовал и, аккуратно отпуская сцепление, принялся наезжать на жерди, которые потрескивали но, пока, держали. Китты стоя с двух сторон, следили за колесами. Доктор теребил в руках гипсовый бинт наблюдая как машина, отрывисто порыкивая, медленно ползла по трещащему мосту. Самый опасный момент был в середине, когда под нагрузкой одна из рогатин начала уходить в землю, отчего вся конструкция угрожающе накренилась, но Михай, действуя по принципу: «Пан или пропал», рванул вперед. Передние колеса выскочили на твердую землю, а задние выбросили из под себя жерди. Машина сочно и с треском чиркнула по земле брюхом, но ускорения хватило, чтобы и задняя ось долетела до края промоины. Почувствовав это, Михай вбил педаль газа в пол и, в облаке дыма от горящего сцепления, выполз на дорогу.
— Сдюжили! Яж говорив, шо получится?!!
— Мы бы за это время уже пешком дошли и без особого риска… — недовольно скривившись, Ур махнул Доктору перебираться на их сторону, — Поехали. Полдня уже потратили, а нам еще укрытие искать. Давай — едь прямо, там увидишь.
Михай отмахнулся, так как ему этим ворчанием удовольствие было не испортить и, дождавшись пока все загрузятся, погнал машину по дороге до руин противодесантной батареи. Сыч, который намеревался подремать после сытной еды, с недовольными воплями полетел следом, потом догнал машину, забрался, на ходу, через выбитое выстрелами заднее стекло внутрь и, устроившись на спинке дивана, сварливо пищал всякий раз, когда авто начинало слишком сильно раскачиваться.
От самой батареи осталось немного. Три орудийных дворика были сильно разбиты попаданиями снарядов крупного калибра, казематы для боеприпасов были взорваны то ли при отступлении, то ли меткими выстрелами, та же учась постигла казармы расчетов. Михай, правда, нашел неповрежденный дот, но Ур, указав на дорогу, пояснил, что если их будут искать, то придут по ней прямо сюда и прижмут к берегу.
— Так и шо вы предлагаете, пан?
— Тут должен быть наблюдательный пост. Сейчас я Сыча запущу — пусть отыщет.
— Добре. Я тады, пока тут пошарю — мабыть шо найду.
— Только далеко не уходи…
Кивнув, Михай принялся рыскать по округе в надежде отыскать что-то, на что не успело наложить руки пронырливое местное население. Ур кивнув Калибру следить за ним и обстановкой, пошел «запускать» птицу, которая лететь никуда категорически не хотела, а хотела дрыхнуть в машине вместе с умаявшимся от физических нагрузок Доктором. Но после долгих уговоров, Сыч вылез, недовольно встряхнулся, превратившись на секунду в практически идеальный шар и, толкнувшись так, что авто слегка качнуло, взмыл в небо и принялся набирать высоту, используя восходящие потоки теплого воздуха.
  
Этот прием он подсмотрел у морских птиц. В природе, Императорские Совы редко совершали длительные парящие полеты, предпочитая высматривать жертву сидя на возвышенности и бесшумно пикируя на неё или поджидая у выхода из норы. Но тут условия были другие, поэтому приходилось адаптироваться. Сыч и сам собирался найти себе тихое уютное логово, так что совпадение интересов было главной причиной почему он, на сытый желудок, решил, все-таки, оторваться от земли. Искать, к счастью, долго не пришлось. Небольшой бункер основательно зарос, но все равно выделялся при взгляде сверху нехарактерной для леса правильностью. Спланировав вниз он осмотрел находку поближе, лениво потянулся и, снова поднявшись, принялся крутить над этим местом «воронку», подавая сигнал.