На дальних берегах. Том второй (СИ)

Котлы на кухне были холодными, а содержимое уже начало портиться. Это сколько он, значит, в отрубе пролежал? Выходит, долго. Выходит, ситуация тут хуже некуда, раз за столько времени не разобрались. Ну что ж… Зато пока всем точно не до него. Расположившись поудобнее, Капитан смешал спирт. Затем нарезал себе «богатых» бутербродов, поразмыслил, и со словами: «Сдохну — так хоть сытым» включил плиту и приготовил себе роскошный обед, с первым, вторым, десертом и кофе, который употребил под стакан самодельной водки, а бутерброды завернул с собой. После чего внутри вместо угрюмой решимости начало разливаться приятное, шепчущее «Не ссы — прорвемся» тепло.
  
Руки рефлекторно принялись шарить по одежде. Покурить бы… Ага! Он еще и курит. Интересно, что? Стараясь «не подсказывать» самому себе, Капитан поднял руку, будто намереваясь выпустить клуб дыма. Пальцы привычно сложились в щепоть. Явно не под папироску. Трубку видать курит, как положено бывалому мореходу. Что это дает, пока неясно, однако новая деталь о том, кто он, тихо радовала.
В награду за догадливость, Капитан положил себе добавки, намахнул еще стаканчик, после чего принялся перекладывать имеющиеся трофеи. Взяв, как оружие, большой кухонный нож, он сделал из картофельного мешка вещевой, а еще нашел поварскую куртку, где имелось два просторных кармана, и натянул на себя, предварительно обрезав у неё рукава, так как его ручищи в них не лезли.
На кухне обнаружилась удобная жестянка, и Капитан, не долго думая, приспособил её под флягу для воды, которую повесил на кушак, свернутый из скатерти. За него же заткнул нож, после чего доел остатки приготовленного, шарахнул третий стакан и двинулся смотреть, куда его приведет второй путь с найденного перекрестка.
…
Странная компания, пригибаясь, кралась по коридору. Впереди шел человек в потрепанной форме, сжимая в руке дубинку. За ним, часто оглядываясь, шел дрожащий то ли врач, то ли ученый в испачканном халате. Когда человек в форме остановился, он ткнулся ему в спину и чуть не сел на задницу.
— Внимательнее, мистер Бартлоу! Мы на враждебной территории!
— Я повторяю, господин МакКефри! Я — специалист по нейрографии, а не солдат! Почему я должен принимать участие в этой авантюре⁈
— Потому, что нам надо вывести мистера Парсона и его… гостя в безопасное место. Вы сами сказали, что можно сконструировать клетку, в которой эта штука их не увидит. И вы знаете, где лежат все эти ваши научные штуки.
— А где ваши подчиненные⁈ У вас для этого были люди!
— Они мертвы… или сбежали… но лучше бы им быть мертвыми, потому что выживших ждет трибунал. Уж я об этом позабочусь. Я тоже, знаете ли, не для того до полковника дослужился.
— Почему это должно меня волновать⁈
— Потому что если вы не заткнетесь, я изобью вас вот этой дубинкой.
Бартлоу, судя по лицу, хотел что-то возразить, но дубинка выглядела убедительно. Полковник МакКефри удовлетворенно кивнул и принюхался.
— Это что? Котлеты? Кто, холера меня пронеси, в такое время жарит тут котлеты?
— Вы у меня спрашиваете или это был риторический вопрос?
— А вы знаете?
— Я могу предположить, что это точно не та… штука. И точно не жертвы заражения из блока «Би».
— Хорошо… Тогда идем дальше.
Сжав дубинку покрепче, МакКефри сделал еще несколько шагов и снова остановился, указав на разбитую сирену.
— Ему явно не нравятся громкие звуки.
— Что нам это дает?
— Что он может дотянуться на такую высоту.
— Он мог взять… палку? На это способна даже обезьяна.
— Не умничайте. Если нас ждет обезьяна с палкой — это одно. А вот если это двухметровый залесец…
— Откуда здесь взяться двухметровому залесцу? — удивленно спросил Бартлоу, которому Полковник закрывал весь обзор.
— Не знаю… но он на нас смотрит…
«Куда крадемся?» — сытный обед и водочка настроили Капитана на благодушный лад, так что наткнувшись на данную парочку, он оценил исходившую от них угрозу как нулевую и даже не стал доставать нож. Повисла тишина, в которой было слышно, как МакКефри нервно облизнул губы, понимая, что дубинка против такого здоровяка не аргумент, а, скорее, отягчающее обстоятельство, которое после первого же неверного движения окажется в его жопе по самую рукоять. Бартлоу замер, словно испуганный опоссум, и по лицу видно было, что он готовится противно завонять.
— Закурить есть? — почти ласково поинтересовался Капитан, глядя на их реакцию.
— Тут нельзя курить. И пить…
— Ну с «пить» ты припоздал маленько. Я уже своими силами разобрался. Закурить бы…
— Вы подопытный?
— Обзываться будешь — в ухо дам.
— Это — валидный термин! — попытался помочь Бартлоу.
— Ты, ушастый, молчи, когда старшие по званию разговаривают.
— Он имеет ввиду, — МакКефри принялся медленно подбирать слова, — что тут так принято называть таких как вы…
— Каких «таких»?
— В такой одежде как у вас… это одежда подопытных.
— Ага! То есть вы, пидарасы малохольные, здесь опыты на людях ставите?
— Технически, это уже не люди…
— Ты охуел?
— Убийцы, военные преступники, политические смутьяны и прочие лишенные гражданских прав официально выведены актом Конгресса за номером пятьсот три из под защиты закона.
— Ах вот как? Ну, значит терять мне особо нечего, как я понял?.. — Капитан многозначительно посмотрел на свой кулак. — А раз за хорошее поведение меня не выпустят, и я тут как раз удачно вспомнил, что боксом занимался…
— Вспомнили⁈ — внезапно Бартлоу, вышел из ступора так резко, что аж подпрыгнул. — Я вас тоже вспомнил! Вы — Катализатор!
— Чего⁈
— Инцидент! Он начался с вас!
— С меня?
— Да! Вы сожгли несколько хостов, и мистер Парсон привез усовершенствованные модели!
— Господин Парсон — вы опаздываете!
— Могу себе это позволить. Вы просите у меня помощи. Не я у вас.
— Конечно… — собеседник звучит смиренно, но в голосе чувствуется раздражение. — Вы совершенно правы.
— Я всегда прав. Поэтому я — это я, а вы — всего лишь пронумерованная шестеренка. И вас можно заменить. А меня — нет.
— Как скажете, господин Парсон. Давайте перейдем к делу.
— Установление иерархии — важная часть любого процесса. Особенно когда дело касается взаимодействия кого-то вроде меня с представителями государственной бюрократии вроде вас.
— Вы тут главный — это вы хотели услышать?
— Я хочу это слышать все время, пока я тут. Так что вы говорите? У подопытного в голове печать, которую вы не можете взломать?
— Не просто печать… Мы потеряли несколько человек персонала и множество хостов.
— Активная защита? Какая прелесть! Меня информировали, что они научились такие ставить, но я еще не видел её в действии.
— Полагаете, это их рук дело?
— Вы можете считать руководителя их программы смешным идеалистом, пытающимся идти против человеческой натуры, но он дает результаты. А кроме него, там есть люди, которые посылают людей вроде нашего подопытного ставить нам подножки в этой гонке. Мы падаем и отстаем. Они бегут вперед. Надеюсь, не слишком сложная аналогия?
— Если мы вернем «Философа», все изменится.
— У вас был «Философ». И был Петерфельд, который знал, что с ним делать. Но ваше правительство сочло эти эксперименты «слишком рискованными».
  
— Они были рискованными. Целый город уничтожен!
— И вы, испугавшись, перенесли исследовательский центр в Острова, где его благополучно разгромили. Браво! Великолепный ход. На одной чаше весов — «Кикапу-таун», о котором забыли сразу, как только перестали писать газеты. А на другой — исследовательская программа, которая перевела бы нас на новый уровень существования! Какой сложный выбор! Прямо не знаю, что важнее!