На дальних берегах. Том второй (СИ)

— Зачем?
— После такого обо мне заговорят, разве нет?
— Заговорят, — хануми согласно кивнули. — Но зачем вам это?
— Вы же сами сказали, что репутация важна.
Хануми снова кивнули и повернулись в сторону ринга, где бой двигался к развязке. Пантера, утомленная механической настойчивостью Тайги, начала делать все более и более размашистые удары уже только по голове, в надежде пробить её цельнолитую башню. На чем и попалась в прямом смысле, так как после одного из пинков Тайга умудрилась успеть зажать прилетевшую в ухо ногу плечом и головой. Зажать буквально на мгновение, но этого хватило, чтобы на тонкой изящной лодыжке Пантеры стальным браслетом захлопнулась сперва одна ручища, а затем и вторая. Поняв, что сейчас её будут бить, Пантера подпрыгнула, лягнув Тайгу в лицо свободной ногой, но освободится это не помогло и она оказалась в еще более худшем положении.
  
— Пизда тебе, на… — шмыгнув разбитым носом, Тайга констатировала очевидное, — Моя очередь, на…
— Я сдаюсь! Сдаюсь!
Зрители разочарованно загудели — сдаться на ринге считалось трусостью, однако Пантера понимала, что лучше так, чем ей тоже ноги переломают. Распорядитель и его помощники, проявив чудеса отваги, кинулись отнимать у Тайги добычу. Та покосилась на стоявшую между трибун и показывающую угрожающие жесты северянку, и с демонстративной небрежностью выкинула Пантеру, у которой, судя по всему, уже жизнь перед глазами пролететь успела, в сторону.
…
Сапожник повернул голову в сторону вошедшего к нему в кабинет без стука Хисеса и его свиту, и понимающе кивнул.
— Это был вопрос времени.
— Что именно?
— Когда вы придете что-то у меня просить.
— Вы знаете, кто я? — при слове «просить» глаза Хисеса сжались в злобные щелочки.
— Знаю. Младший и единственный оставшийся сын Ормиго Бароза. Более известного под прозвищем «Роза Де Сангре».
— Раз вы знаете, кто мой отец… то вы, возможно, знаете и его девиз?
— «Грабь, насилуй, подчиняй», как-то так.
— Верно… Поэтому я ни у кого ничего не прошу.
— Вы сейчас на таком взводе больше из-за чего? — Сапожник спокойно достал и закурил сигарету. — Из-за того, что я сказал, что вы пришли ко мне с просьбой, или из-за того, что для меня вы стоите в тени вашего отца?
— То есть, вы сделали это еще и специально…? — Хисес придурковато хохотнул и сел на край стола. — Вы думаете, что вы тут босс?
— Я думаю, что для человека, который считает себя крутым, вы, юноша, слишком сильно дергаетесь по таким пустякам. Но я готов выслушать ваши угрозы. Вы же сейчас к ним собирались перейти?
— О да… Потому что мне кажется, что вы немного не понимаете, как легко спалить ваше заведение дотла. И зарыть вас.
— Просветите меня…
— Мой отец, — при слове «отец» Хисес скривился, — послал бы сюда головорезов. Но вы к этому готовы.
— Определенно готов.
— Я делаю по-другому… Я выбираю миленький уютненький домик с простой любящей семьей. И предлагаю отцу семейства простой выбор. Либо он идет и убивает вас. Либо умрет его жена и дети. Не получится у него — я пойду в следующий миленький уютненький домик. И так до тех пор, пока не добьюсь своего. Понимаете?
— Да. Неплохая схема. Я не знаю, откуда ждать удара, и убийцы у вас низкого качества, зато практически бесконечные. Бесчеловечно, но довольно эффективно.
— Именно. Так что советую прекратить меня злить и делать, что я скажу. Сапожник…
— Так может стоило начать с того, чего вам нужно?
— Мне нужно, что бы эта ваша Алена вышла на ринг против девки Ито. И это еще не все.
— Хотите, чтобы она легла?
— А вы догадливый…
— Двести тысяч.
— Что? — Хисес непонимающе вскинул бровь.
— Двести тысяч, — Сапожник показал два пальца. — Наличными. И все будет.
— Вы, похоже, меня не поняли…
— А ты, малыш, похоже, забыл уточнить у местных, почему меня зовут «Сапожник». Спроси у своего Ито и приходи с деньгами.
— Думаешь, я приду с деньгами?
— Можешь не приходить. Но тогда боя не будет. Думай сам.
— Я это запомню.
Сапожник посмотрел, как Хисес и его люди удаляются, затушил окурок и кивнул.
— Запомнишь, малыш. Обязательно запомнишь.
— Зачем ты его взбесил? — спросила стоявшая все это время за цветастой ширмой хануми.
— Он — сын Бароза. А значит такой же параноидальный психопат, как и его отец. Если все будет слишком просто и по плану, это его насторожит.
— А если он действительно начнет войну?
— Тогда это похерит его план. Поэтому злобу затаит, но месть отложит на потом.
— Ты же не хотел ссорится с Бароза?
— Ложиться под них я хочу еще меньше. Если этот щенок прочувствует, что меня легко прогнуть, он уже не слезет.
— Кто между позором и войной выбирает позор, получает и то и другое, — хануми задумчиво процитировала мудрое изречение. — И что дальше?
— Надо понять в деталях, что они задумали. Устрой мне разговор с этой Тайгой. Приватный.
— Для этого придется чем-то занять Мисо и его шайку идиотов.
— Возьми остатки еды из лож, покидай на стол и скажи, что они могу доесть за боссом. Такие падки на халяву.
— Поняла. Сейчас сделаю.
— И позови Алену.
— Думаешь, стоит?
— Думаю, они найдут общий язык.
— Уже нашли, судя по тому, что Пантера ушла с ринга своими ногами.
— Как это связано?
— Она тебе не рассказывала?
— Нет.
— Тогда сам у неё спросишь.
Подмигнув, хануми вышла.
…
Тайга, нахмурившись, посмотрела на вошедшую в раздевалку делегацию. Северянка указала в сторону лавки, приказывая той сесть. Сапожник сел напротив и некоторое время задумчиво разглядывал узор из плитки на полу.
— Ты хочешь увидеть свою подружку живой? — начал он внезапно.
— Да, на…
— Тогда я могу тебе в этом помочь.
— Не надо, на. Я уже с Мисо договорилась, на.
— О чем?
— Секрет, на…
— Всегда надо иметь план «Б».
Тайга нахмурилась и в повисшей тишине стал отчетливо слышен шелест шестеренок в её голове. Затем она медленно кивнула.
— Да, на. Надо, на…
— Но чтобы тебе помочь, придется выяснить, что он задумал.
— Кто, на?
— Бароза.
— Это кто, на?
— Ты не знаешь, кто это?
— Нет, на…
— Твои друзья убили его братьев.
— Мы дохуя кого убили, на.
— Ладно, это сейчас не важно. Важно, что вас сюда привезли по его приказу.
— Да, на… Я поняла, на.
— И что же ты понимаешь?
— Тот хуй, что приходил на меня смотреть, это Бароза, на.
— Он приходил смотреть на тебя? Ничего интересного не говорил?
— Что бой будет послезавтра, на.
— Какой?
— Этот, на…
— Ясно… — Сапожник со вздохом потер переносицу, — А на твою подружку приходил поглядеть? Может, при ней что-то сболтнул?
— Я не знаю, на. У Келпи надо спросить, на.
— Верная мысль. Тем более, мы как раз выяснили, где она.
— Где, на? — Тайга решительно встала.
— И что ты собираешься сделать? Там куча народа с оружием.
— Похуй, на…
Видя, что Тайга настроена решительно, Сапожник повернулся к северянке. Та, вздохнув, снова указала в сторону лавки.
— Сядь.
— Где Келпи, на?
— Сядь! Или ляжешь!
— Где Келпи, на⁉
— Сядь я сказала!
  
Северянка шагнула вперед, сцепившись с Тайгой и некоторое время они давили друг друга. Затем северянка треснула Тайге в нос лбом и, пока та отвлеклась, двинула под колено, со всего размаху сажая на затрещавшую от этого лавку.