Звездопад. Похороны шоу-бизнеса
– Заткнись, мразь!!! – заорал я. – Куда ты дела весь кокаин?! Вчера расстались, сегодня, значит, ты уже с мужиками?!
Ее глаза блуждали в пространстве, а выражение лица было настолько отвратительным, что я невольно отвернулся. Наконец, Полина вымолвила, глядя куда-то в пространство.
– Да ты прав, я мразь! Но это все из-за тебя, из-за того что ты сделал… А кокаин… Кокаин на кухне… Вооотт…
Заглянув на кухню, я буквально обомлел. На столе была рассыпана солидная горка кокса – все мои граммов пять или шесть, которые я хранил на черный день в шкатулке. И все это – отборный, колумбийский, не какая-нибудь дешевая аспиринка, которой потчуют клубных детишек. Часть наркотика уже была расфасована в аккуратные дорожки, все они были уложены красиво и ровно, чувствовалась женская рука, которая работала над этим «шедевром».
– Доволен??? Доволенннннннн??? – заныла Полина. – Это ты меня довел! – И заплакала.
– Ты ебанулась? – простонал я. – Да это же доз двадцать, на хуй… Ты хоть умеешь его нюхать? Это же просто умереть…
– Ты са-ам в-виноват. – Полина оперлась на дверную раму и застонала. – Если бы не ты… если бы не встреча с тобой… этого бы ничего не было в моей жизни!
Она опустилась на пол и продолжала плакать. Ее хрупкие плечи вздрагивали с каждым ее всхлипыванием. В слезах своих она была такой хрупкой и беззащитной, что я не удержался и бросился к ней.
– Моя маленькая девочка, да, это я виноват, ты прости меня, несчастного.
Я присел рядом, обнял ее за плечи, прижал к себе, целовал ее губы, гладил ее. В ответ на мои ласки Полина застонала от желания, запуская руки себе под платье. Это было у нас впервые и я, захлебываясь от страсти, сходил с ума от любви к ней, лаская ее прекрасное тело…
– Прости меня, моя маленькая девочка… Прости… Я никогда не хотел тебя обидеть… Я всего лишь хотел быть сильным, я хотел чтобы ты по-настоящему любила только меня…
Она хлюпала и стонала. Я плакал.
Резким рывком она сорвала с меня рубашку, дрожащими руками начала расстегивать ремень на брюках. Я целовал ее шею, а она выворачивала голову, чтобы добраться до моих губ. Мои руки мяли ее упругие груди и ласкали плоский загорелый живот. Трусики на ней я разорвал, слишком велико было мое возбуждение… Она жадно схватила мой член и направила прямиком в себя. Боже! Какая горячая она была там. Полина стонала, нечленораздельные звуки вырывались у нее из горла. Я повалил ее на стол и откинул ногой стул, который с грохотом ударился о посудомоечную машину. Я трахал ее и плакал, держа ее за волосы над столом с дорожками кокаина. Конец уже был близок… Полина застонала:
– АХХАХААА!!! ДА! ЕЩЕ! ТРАХАЙ МЕНЯ! – Выражение лица ее вдруг изменилось, превратившись в злобную гримасу. – МММ!!! ДАВАЙ!!! ДАВАЙ ЕЩЕ!!! ДАВАЙ СКОТИНА!!! ААА!!! ГОСПОДИ, ТЫ ВСЕГО ЛИШЬ ОЧЕРЕДНОЙ ПОХОТЛИВЫЙ ИДИОТ, КАК И ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ!!! ХА ХА ХА!!!
Я обомлел, но так и не смог остановиться.
– ДАВАЙ!! ЕБИ ЖЕ, НУ!!! ТЫ ЖЕ ИМЕННО ЭТОГО ХОТЕЛ?!!! ЕБИ, КАК ЕБАЛ ВСЕХ СВОИХ ШЛЮХ!!! МРАААЗЬ!!! НИКЧЕМНАЯ ТВАРЬ!!! ТРАХАЙ ЖЕ МЕНЯ!!! ЕБИ!!! Я ВСЕ РАВНО НЕ СМОГУ ЖИТЬ С ТАКИМ ЖИВОТНЫМ КАК ТЫ!!! Я ВСЕГДА БУДУ СВОБОДНОЙ!!!
Она была настолько страшной в тот момент, что меня передернуло от ужаса. С последним толчком ее тела, я начал впадать в беспамятство и заорал:
– ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ??? Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ??? СЛЫШИШЬ???
Я приподнял Полинину голову и заорал ей в ухо:
– СЛЫШИШЬ МЕНЯ?!!! Я НЕ ЖИВОТНОЕ, ЭТО ВСЕ ТЫ!!! Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЛЮБИЛ, А ТЫ??? ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛА? ССУКА!!! Я со всей дури ударил ее головой об стол!
– ТВАРЬ!!! – только и смогла прохрипеть она, а я, почти терял сознание, все бил и бил ее головой об стол. Полина не то орала, не то смеялась, а я методично наносил удары. Уже вынув член, я продолжал превращать ее прекрасное лицо в месиво с красными ошметками разорванной кожи, алые пятна крови падали в кокаин, превращая его в розовую кашу… Я бил и бил, бил и бил, вдыхая стойкий аромат порошка, разлетавшегося в воздухе…
Закончив дело, я выпустил Полинину голову из рук, и она безжизненным манекеном сползла на пол.
Перед глазами было темно, в голове гудело. Пятясь и спотыкаясь, я попытался выйти из кухни, но ноги стали ватными, и я… упал на пол прямо рядом с телом Полины.
50
Сознание еще не вернулось ко мне. Мне слышались какие-то женские стоны, вздохи, чавкание, адская какофония, криков ужаса и боли… Опять стон… Сквозь черную пелену беспамятства проступали воспоминания и как тысячи ножей вонзались мне в сердце.
Вспышка света. Убийство… Шок…
Громкий стук в дверь.
– ФЕЛИКС!!! ФЕЛИКС!!!!
Я кое-как очнулся и встал. И тут я увидел это… Рядом со мной в луже крови лежала изувеченная Полина… Это было поистине ужасное зрелище…
– ФЕЛИКС!!! ФЕЛИКС!!! – Продолжали колотить в дверь.
Я одеревенел от страха. Это наверное милиция! Ее вызвали соседи! Я совершил преступление, уголовное преступление, теперь меня осудят и посадят… Бляяя… Что дееелать, черт…
Бежать… бежать… бежать… Прятаться… Куда???
– ФЕЛИКС!!! ФЕЛИКС!!! – Голос за дверью был по-прежнему настойчив.
Дрожа от страха, я осторожно подошел к глазку.
– Ддддааааа? – спросил я, вытягивая шею.
– Ф-Феликс, как т-там у вас? – Слава богу, это был всего лишь Костя. – Вы мне сказали ждать, а все не спускаетесь. Простите, если я вас отвлекаю… Просто, хотел проверить, все ли в порядке. Может, я поеду?
– А, Костя… Да… – Шумно выдохнул я. – Все нормально. Конечно, поезжай. Да, поезжай домой, я тебя отпускаю.
– Я свободен?
– Да…
– Спасибо большое, Феликс!
На лестнице послышались его торопливые шаги и через несколько минут все стихло.
Ух, пронесло. Но что делать дальше? Я тихо вернулся на кухню и подошел к трупу. Полина скрючившись лежала на полу. Ее грудь была обнажена, все тело забрызгано кровью, закатившиеся глаза смотрели куда-то вдаль, лицо покрывали комья ярко-красной пудры. Но самое страшное – рот. Он так и застыл в невероятной гримасе – что-то среднее между насмешкой и ужасом. Казалось, что даже мертвая, она продолжала надо мной издеваться…
Поделом тебе, сука… Полина, Полина… Черт, что я наделал…
Дрожащими руками я начал куда-то оттаскивать труп, но тут же остановился. Блядь, что я делаю… Это же улика, полный пиздец! Я убил Полину, убил… Мне не удастся здесь спрятать тело. Кто знает, вдруг сейчас кто-нибудь нагрянет в гости? Как же я попал…
Надо было что-то делать…
Точно. Нужно звонить Палычу. Очевидный криминал, но ребята уладят. Только как объяснить все это. Ведь получается, что я, неуравновешенный дебил, придурок, псих, забил до смерти несчастную девочку. Конечно, если я дам им денег, они промолчат… Но репутация, блядь… Всему есть предел…
Взволнованный взгляд нервно скользил по комнате. Ну же, Феликс, думай… Напрасно. Я не мог найти ни одной зацепки. На секунду глаза наткнулись на кухонный нож. Инсценировать нападение? Ага, со спермой… Изнасилованная девка. Да кто поверит…
Хотя…
Я отправился в другие комнаты. В спальне я увидел на кровати простыню. И тут у меня родилась идея. Трясущимися руками я взял ее, и осторожно, стараясь не запачкаться кровью, начал упаковывать труп. Выглядело не слишком красиво, простыня быстро покрывалась пятнами. Я бросился к шкафу и начал рыться на полках. Вскоре я нашел еще две простынки, плюс пододеяльник… С ними все стало намного чище…
Закончив упаковку тела, я аккуратно взял нож и почти с хирургической точностью провел острым лезвием по своему запястью. Получилось не очень реалистично, но вполне сносно. Моя постановка кровавой семейной разборки с участием актрисы Полины в главной роли могла иметь успех…
Помедлив пару минут, пытаясь отогнать призрак убитой девушки, я взял из кармана телефон и позвонил. После нескольких гудков на том конце трубки послышался заспанный хмурый голос. Это был Палыч.
– Да. Слушаю.
– Палыч… – С дрожью в голосе произнес я. – Это Феликс. Приезжай скорее ко мне, тут полный пиздец….