Плач богов (СИ)

Глупости какие. Все это чушь несусветная. Эффектные приёмчики балаганных цыганок для усиления воздействия слов на податливое сознание доверчивых клиентов.
Да и не виделось в данном предсказании ничего такого, чтобы его было можно примерить на настоящее. Интимная связь? Произошедшая или предстоящая? Да у неё от одного только данного словосочетания тут же вспыхивают щёки и хочется отшатнуться от стола, как от материализовавшегося на нём мертвеца, проткнутого десятью мечами.
С кем и когда? Ещё и несколько мужчин? Тайных воздыхателей? Похоже, леди Кассандра малость увлеклась.
Даже если Эва и мечтала в глубине своей неискушенной души (где-то слишком глубоко и недосягаемо даже для себя самой) о возможном параде из влюблённых в неё мужчин, то он уж никак не мог соответствовать реальному положению вещей. Она даже не могла вписать в их «ряды» единственного человека, кто действительно сумел привлечь её внимание не только за последние недели, прожитых в Гранд-Льюисе дней, но и чуть ли не всей её жизни в целом.
Да, ему многое удалось – всколыхнуть неведанные ранее чувства, спутать мысли и противоречивые желания. Но, единственное, чего он так и не сделал – не сумел стать даже возможным претендентом на роль её будущего воздыхателя!
И да, слово «возможный» здесь являлось ключевым, как и само предсказание!
- Но ведь это будет взаимная любовь? Что говорят карты?! – не удержалась Полли, а Эва не сдержала ответного шока в брошенном на подругу изумлённом взгляде.
Пол снедало явно нездоровое любопытство. Щеки раскраснелись, словно после горячего танца, а в ложбинке высокой груди выступили бисеринки пота. Языческая богиня, столь ошеломительно прекрасная в своей непосредственности и жажде жизни, вдруг резко деградировала до примитивных человеческих страстей.
Эвелин едва не поддалась чувству острого разочарования, подумав о том, что ее названная подруга готова была отдать самое дорогое, что имела на данный момент, лишь бы услышать точно такой же прогноз собственным отношениям. А с Крисом или нет, особого значения не имело.
Кассандра перевернула очередную карту, лежащую прямо на пересечении лучей пятиконечной звезды, и улыбнулась чему-то, известному только ей одной.
- Паж Пентаклей, - подалась вперед Полин. – Эта карта выпадала мне несколько раз... Лив, это благоприятный исход! Я точно знаю!
- Полли права, - миссис Уейнрайт очертила пальцем фигуру юноши в одежде средневекового пажа. Он что-то держал в руках, похожее то ли на бубен, то ли на огромную золотую монету с пентаграммой по центру. – Эта карта выпадает не случайно, особенно в прямом положении. Она символизирует крепкий союз именно на материальной основе – богатство, признание, стопроцентный успех в любых начинаниях, включая любовные связи. Если это страсть и нежность, то всегда физическая – бурная и чувственная, только крепнущая с годами; а счастье у скрепивших под данной картой свои узы пар буквально заоблачное, о котором мало кто может мечтать вообще. Посмотри, как он держит в ладонях свою святыню?
Эва попыталась вглядеться в карту, но лишь пожала плечами. Когда ей сказали о ВОЗМОЖНОМ материальном богатстве и заоблачном счастье с богатым избранником, остатки тлеющего интереса тут же спустились к нулевой отметке буквально со свистом.
Правда она так и не смогла понять, что же держал в руках изображённый юноша в пурпурном берете. Либо звезду, имитирующую расклад таро, либо диск или блюдо с данной звездой. Но художник так мастерски передал его восхищение этим предметом, что у девушки невольно пробежала горячая волна по спине. Никто и никогда не смотрел на нее с таким обожанием и пиететом. Казалось, разверзнись бездна и ударь гром, Паж Пентаклей вообще ничего не заметит, будет и дальше неотрывно смотреть на своё сокровище, влюбленным в свою звезду взглядом. А она – освещать его путь даже в кромешной тьме.
- Обожание? – Эва неосознанно провела ладонью по шее.
Ей было жарко. То ли от рома и кофе, то ли от собственных фантазий, то ли от атмосферы, которая окутывала душным покрывалом витающего в воздухе запретного соблазна. С Полин происходило нечто похожее, хотя леди д’Альбьер изначально высказалась о том, что не собирается сегодня гоняться за призраками собственного незримого будущего. Её главная цель – привести сюда и поддержать свою неверующую подругу, не позволив той усомниться в правдивости высказанных мадам гадалкой прогнозов.
 
Ещё и миссис Уейнрайт будто ухватилась за последнее слово Эвелин, вовремя подметив мечтательное сомнение у неопытной в таких вопросах девушки. Припечатывала во истину противоречивыми предсказаниями, словно задалась целью убить в своей клиентке скептика. А дальше, как говориться, больше.
Возможно в Эве и боролись две противоположные ипостаси – заядлой фантазёрки-мечтательницы и до невозможности упрямого циника, но победа за последним была предрешена ещё изначально. Да и о ком она могла мечтать в эти минуты? О Киллиане Хейуорде? Серьёзно? О том, кого она боялась подпускать к себе даже в неконтролируемых снах? Не удивительно почему она с такой лёгкостью парировала в своих мыслях все красивые обещания мадам Кассандры, отвечая на них неопровержимыми контраргументами.
Врожденная вежливость, да и нежелание гасить пылкий интерес Полин к словам матери Криса все же заставили девушку выслушать до конца трактовку карточного расклада, в котором Эвелин Лейн ждало ничем не омраченное счастье со своим будущим избранником (если не считать традиционных препятствий на пути к их разделенной любви). Ну и, как следствие, вечный союз, заключённый самими небесами, с кучей очаровательных деток в предполагаемой перспективе.
Все то, за что любая юная дурочка готова платить весьма немалые деньги, нарушая церковные заповеди во время посещений лавки медиума.
...Тропическая ночь легла тяжелым бархатом в россыпи алмазов на улицы Гранд-Льюиса, накрыв томным пологом беснующееся веселье центральной площади. В переулок де Фарм врывалась какофония смешанной музыки, криков ликующих участников карнавального шествия и громыхающая канонада праздничного салюта.
Эва с явным облегчением вдохнула полной грудью свежий воздух, наполненный запахом моря, экзотических цветов, терпких сигар и абсолютной свободы. После замкнутого пространства салона мадам Кассандры и витающих там тяжелых благовоний хотелось дышать, как в последний раз. Кто знает, может её не напрасно сюда привели. Может боги опять тихонечко посмеивались над наивной сироткой Эвелин, показывая ей разницу между реальной свободой и зашоренными фантазиями подобных Полин д’Альбьер мечтательниц.
- Мне срочно надо промочить горло! А потом опять танцевать. Где тут ближайший конкурс по парным танцам? И где, спрашивается, до сих пор носит этого… Марко Поло?
Последние фразы раздражённой подруги Эва уже не расслышала. Потому что именно в тот момент девушка отыскала взглядом Криса, который стоял на другой стороне улочки, на крыльце закрытого на все ставни магазинчика, и занятого разговором с высоким мужчиной в… в мексиканском пончо и чёрной кордовской шляпе.
Сердце Эвелин пропустило ошеломительный удар. Сокрушительное пламя накрыло подобно штормовой волне, рванув по венам всего тела взбесившимся пульсом, выбивающим липкую испарину под тугим корсажем и шёлковыми воланами карнавального костюма. Колени подогнулись, и Эва едва не упала, интуитивно сжав предплечье Полин с такой силой, что та невольно охнула.
- Лин! Тебе нехорошо? Что случилось?.. Ты меня слышишь?..
Едва бы Эвелин сумела связно ответить в тот момент, даже в том случае, если бы от этого зависела ее жизнь.
Практически не внимая обеспокоенным расспросам подруги, её напряжённый взор чуть заслезившихся глаз, подобно мотыльку на пламя, тянулся в сторону того, кого она ещё совсем недавно пыталась окрестить его собственным двойником. Только в этот раз взгляд Киллиана Хейуорда спутать с чьим-то другим было бы просто нереально. Эва узнала бы его даже в том случае, если бы он и сейчас оставался в маске.