Плач богов (СИ)

Надо сказать, господин д’Альбьер тоже чувствовал себя не в своей тарелке. От столь ещё недавнего улыбчивого и во всех смыслах приятного собеседника, что запомнился девушке на балу в Терре Промиз, не осталось и следа. Мужчина постоянно хмурился, явно не зная, чем себя занять в затянувшиеся минуты вынужденного ожидания. Иногда поглядывал на свои руки (видимо, жалея, что не имел возможности держать в них хоть что-то, например, ту же шляпу) или рассеянно смотрел в сторону окон. Даже позволил себе безвинную «вольность», сделав несколько очень медленных шагов к ближайшему из оных. И всё это время он всячески избегал вероятного соблазна обратить свой взгляд к присутствующей девушке или, на худой конец, задать какой-нибудь абсолютно невинный вопрос.
Сказать, что эти минуты превратились для Эвелин в настоящую пытку – всё равно что промахнуться истинного смысла на целый фурлонг. Не помогло и возвращение дворецкого, наконец-то произнёсшего во всеуслышание заветную для всех фразу:
- Сэр! Мадам Клеменс готова вас принять. Прошу следовать за мной.
Напряжение спадать не собиралось ещё очень долго. Мало того, девушка поймает себя на том, что просидит несколько ближайших секунд в неподвижной позе, затаив дыхание и с невероятным усилием напрягая свой слух, пока шаги обоих мужчин не стихнут в ковровом ворсе парадной лестницы где-то уже на втором этаже.
- Хотите я прокрадусь к кабинету и подслушаю их разговор? – но ещё меньше Эва ожидала услышать от всё ещё стоящей рядом Гвен во истину шокирующий вопрос. Хотя, скорее, её напугал не смысл фразы, а прозвучавший над ухом голос. В пору было вскрикнуть, подскочить на кресле и прижать ладошку к груди – к отчаянно бьющемуся под жёсткими пластинами корсета обезумевшему сердцу. Но Эвелин лишь сдержанно прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь хоть как-то прогнать подступившую к горлу дурноту и ударившее наотмашь головокружение.
- Ты с ума сошла? Хочешь, чтобы тебя кто-то там застукал?
- Ой, да будет вам. При большом желании всего этого легко избежать, было бы в достатке нужного опыта.
Надо признаться, при всей воспитанности и благородном нраве Эвы, озвученное для неё предложение выглядело со стороны не таким уж и неслыханно дерзким.
- Думаешь… это что-то важное? Зачем ему приезжать в Ларго Сулей так рано?
- Судя по вашему полуобморочному состоянию, это по любому что-то важное. Хотя могу сказать сразу, господин д’Альбьер весьма редкий гость в этом доме. Насколько я осведомлена на его счёт, он вообще не является страстным любителем каждодневных визитов да приёмов, в отличие от его дочери. И это не смотря на тот факт, что многие незамужние дамы в возрасте и те же достопочтенные вдовушки со всего Гранд-Льюиса едва не рвут друг другу букли на головах за возможность хоть как-то заманить его к себе на званый ужин. Даже ваша тётушка обожает с ним лебезить.
От столь едкого сравнения (при чём вполне точного) у Эвелин невольно поползла по лицу эдаким нервным спазмом изумлённая улыбка. Не хорошо слушать такое, а ещё хуже – смеяться над подобным.
- А если он ненадолго? Может скажет пару фраз, да выйдет обратно?
- Я вас умоляю, мисс. Они ещё минут десять будут рассыпаться в формальных любезностях, справляться о здоровье близких, может даже выпьют по чашке кофе иль чего покрепче, а уже потом да кое-как доберутся до главной сути встречи.
Что ж, соблазн оказался слишком велик, а желание узнать истинную причину приезда отца Полин в этот дом – куда сильнее всех высокоморальных принципов и убеждений вместе взятых.
- Судя по твоим словам, ты уже не раз подслушивала за схожими разговорами.
- Разве я вам не говорила до этого о наличии богатого опыта в подобных делах? Мы не просто так такие тихие и невидимые, иногда приходится использовать данные навыки для иных подходящих случаев из-за той же скуки или самого банального любопытства.
- И когда же вы всё и везде успеваете-то?
Гвен лишь скромно пожала плечами, невинно поджав губки, и смиренно опустила глазки долу.
 
- Чёрт с тобой! Но если тебя застукают…
- Скажу, что просто проходила мимо, нечаянно споткнулась и припала поэтому лицом к ближайшей двери.
__________________________________________
*истерияв данном контексте рассматривается, как бытующее в то время заблуждение о женской природе и именуемое в медицине прошлых веков не иначе, как «бешенство матки». Бешенство матки — понятие, имеющее народные корни, но в истории медицины встречаемое под другими названиями: нимфомания, истерия, гиперсексуальность. В зарубежной литературе данное понятие более известно, как «Female hysteria» («Женская истерия»). В ряду этих явлений находится так называемое «кликушество», под которым подразумевается странное поведение женщин, которые впадают в истерический припадок, при этом корчась и неистово крича.
Понятие «истерия» возникло в Древней Греции и происходит от греческого слова «матка». Гиппократ предполагал, что матка блуждает по телу в поисках влажности. Не обошел эту тему и Платон. Вот что он писал: «У женщин та их часть, что именуется маткой, или утробой, есть не что иное, как поселившийся внутри них зверь, исполненный детородного вожделения; когда зверь этот в поре, а ему долго нет случая зачать, он приходит в бешенство, рыщет по всему телу, стесняет дыхательные пути и не дает женщине вздохнуть, доводя ее до последней крайности и до всевозможных недугов, пока наконец женское вожделение и мужской эрос не сведут чету вместе и не снимут как бы урожай с деревьев».
**истерический пароксизм– название женского оргазма в прошлом
  
Глава тридцать шестая
 
-…Я понимаю, что со стороны это выглядит несколько… безрассудно, тем более от такого человека, как я – взрослого, самодостаточного мужчины, пережившего смерть любимой жены и вырастившего в одиночку единственную дочь.
- Ну что вы такое говорите, Вёрджил? Какое безрассудство? Данное понятие и вы – несовместимы ни при каких обстоятельствах.
- Просто… прошёл всего лишь день. Выглядит так, будто я куда-то тороплюсь. Хотя, может оно и так. Словно мой собственный возраст диктует мне, что и когда делать… И тем сомнительными кажутся все мои действия для других...
- Это вовсе не безумие и не возраст. Жизненный опыт – да. Я бы даже сказала, что именно для вас принятие подобных решений достаточно конструктивное и основательное. Вы опираетесь не сколько на бурные чувства, а на трезвое восприятие реального положения вещей. А на счёт поспешности… Если вспомнить, как это делают прыгающие друг через друга молодые люди в Леонбурге уже на следующий день после открытия бального сезона, то ваше поведение на их фоне – верх разумной сдержанности и степенной благопристойности. Знаете, сколько мне с мужем приходилось разгребать письменных предложений руки и сердца всем моим девочкам, включая Эвелин? А писать на них отказы…
Последняя фраза из уст Джулии Клеменс прозвучала для её гостя несколько отрезвляюще. Он даже чуть было не заёрзал в кресле, хотя осанку всё-таки не удержался да выпрямил, едва не до звона в перенапряжённых мышцах и хруста в скованных суставах.
- Чувствую теперь себя ещё более глупым и… нелепым.
- Зачем вы так себя принижаете в собственных глазах, Верджил? Могу вас заверить со всей присущей мне прямотой, что в ваших действиях нет ничего предосудительного и тем более постыдного. Вы поступаете, как любой честный и порядочный мужчина своего социального статуса. К тому же, вы ещё достаточно молоды и полны жизненных сил, чтобы так себя умалять и списывать со счетов. Я говорила вам об этом совсем недавно у вас на приёме в Терре Промиз.
- По правде говоря, я направлялся сюда, не имея никакой уверенности в благополучном исходе своего безумного мероприятия. Возможно даже был готов услышать отказ, и даже куда больше, чем согласие…
- Напрасно, месье. И, если говорить на чистоту, над вашим предложением я и раздумывать не стану, поскольку более лучшего варианта для своей племянницы даже представить не способна.