Девочка Беркута (СИ)

Они что, знакомы?
Валера говорил, что он тоже из детского дома, но если предположить, что из нашего, то я его совсем не помнила. Даже если взять в расчет, что он старше и выпустился гораздо раньше – все равно.
В любом случае все, кто общается с Быком априори не могут быть нормальными людьми, это я уж знала точно.
Договорив, парни, не пожимая рук, разошлись в разные стороны, и когда Бык скрылся из виду, я выбралась из своего укрытия и вошла в подъезд.
– Вы что, знакомы? – спросила сразу опуская приветствие.
– Кто с кем?
– Ты с Быком.
– Быком?
– Быков Толик, вы разговаривали только что.
Валера с секунду тупил, а потом ожил.
– А-а, этот, что ли? Таки-да, выцепил его сейчас, провел беседу. Чтоб не торчал здесь, жильцы уже жалуются, не нравится им его протокольная рожа.
– Рожа у него на самом деле так себе. И что он сказал?
– Да быдло, что с него взять? – пожал плечами. – Таким веры нет. Но будем надеяться, что внял.
– Будем надеяться, – вздохнула я и пошла к лифту.
– Ри-ит, – откликнул Валерон. – А ты чего красивая такая?
– В смысле?
– Ну, изменилась так. Ты и раньше ничего была, а сейчас цветешь и пахнешь.
– Так весна скоро, Валер, – подмигнула я и скрылась за створками лифта.
Следующим после Быка расстройством стал факт, что Романа не было дома. Я уже стала привыкать, что он встречает меня по утрам, мы пьем чай и только потом он уходит, а сегодня пришлось чаевничать в одиночестве. То если не считать милое хрюкающее существо, вечно путающееся под ногами.
Я огорчилась, но не оставила надежду, что увижу его вечером. Провести целый день без него, даже не увидеть – это прожить зря. Верно говорят, что влюбленные живут от встречи до встречи.
Но придя к нему вечером, меня ожидал неприятный сюрприз.
– Приве-ет, – растянула губы в улыбке Кристина. – Давно не виделись.
Господи, ну что она опять здесь делает?
– Здравствуйте, вы вещи забрать? – не дав себе ни мгновения на уныние, сразу же бросилась с места в карьер. – Видимо, у вас их так много скопилось, что за один раз не унести, да?
Улыбка сползла с хорошенького лица утренней гостьи, впрочем, быстро нарисовалась вновь.
– Вижу, ты немного в курсе наших отношений.
– Немного да.
– И как он тебе?
Я застыла. С подозрением взглянув на бывшую, медленно стянула берцы.
– Кто – он?
– Ну, Рома.
– В смысле как он мне? – разволновалась, но виду не подала. – Нормально, как еще. Он мой работодатель, и к слову, очень хороший.
– То есть как мужчина он тебе совсем никак? – сложила руки под внушительной грудью. – Вообще?
– Вообще.
– Брось! Меня тебе не провести. Я как увидела тебя здесь в тот день, сразу поняла, что ты по нему сохнешь. А когда встретила с этими листовками, убедилась окончательно.
Я стиснула зубы. Вот стерва! Но стерва умная, в два счета меня раскусила. Но раз она так, прямо, я тоже решила не строить из себя дуру.
– Да, нравится и что с того? – отзеркалила ее позу. – Он красивый, умный, интересный…
– Богатый.
– И это тоже. Или такой как мне, то есть сироте без обеспеченных родителей, можно любить только бедных и больных? К слову, его состояние для меня второстепенно, оно лишь подтверждает, как он умен – в одиночку сумел сохранить бизнес отца и даже преумножить.
– Вижу, ты хорошо успела все разнюхать, – оппонентка двинулась на меня, словно осторожная хищница. – Но я более чем уверена, что знаешь ты далеко не все. Даже у такого как Рома – положительного без камня за пазухой – есть гнусные тайны.
– А у кого их нет? – ринулась на его защиту. – Все не без греха, копни – и вы не святая.
Девушка обнажила белоснежные зубы, откровенно издеваясь.
– О, милая, я точно не святая, но именно такие ему и нравятся.
– Видимо, не очень, ведь вы расстались. И насколько я знаю – окончательно.
Мои слова ее явно задали, но она прекрасно умела владеть лицом.
– Не волнуйся, это поправимо.
– Не думаю, он не собирается вас возвращать.
– Зато его собираюсь вернуть я, и поверь, у меня получится, ведь я точно знаю, что он любит и как именно ему нравится. По секрету, – понизив тон, прикрыла рот ребром ладони, – в постели он просто огонь, – и уже громко: – Жаль, тебе этого никогда не узнать. Он приютил тебя из жалости, малышка, только и всего. Его тронула твоя слезливая история, ведь как ты уже заметила, он такой добрый. Знаешь, откуда у него эта псина?
 
Я промолчала.
– Он ее на дороге подобрал. Черт его знает, откуда она там на трассе взялась, может, сбежала от кого, может, потеряли. Шла, хромала бедолажка на обе ножки, – изобразила трясущуюся немощь. – Он ее отмыл, блох вывел, лучшим ветеринарам показал. Теперь вот нянчится с ней как с ребенком.
– Это он, – процедила я. – Его зовут Элвис.
– Ну путай жалость с чувством, дурочка, – жестко отрезала она, пропустив мое уточнение мимо ушей. – Ты здесь, потому что он всеми силами хочет очистить карму, ведь прошлое его со зловонным душком.
Открылась дверь, и в квартиру вошел Беркут. Окинул бывшую не слишком довольным взглядом.
– Привет. Принесла ключ?
– Да, вот он, – произнесла Кристина елейным голоском и положила ключ-карту на тумбу. – И последние вещи из спальни забрала.
"Из спальни" она добавила специально для меня.
– Ну хорошо. Не то чтобы они мне сильно мешали, но ведь тебе самой, наверное, надоело мотаться туда-сюда.
– Ты прав, да. Прав, – она помолчала и потом продолжила с преувеличенной бодростью: – Ладно, Ром, побегу – у меня фотосессия для журнала. Пока по пробкам доберешься… в общем, не мне тебе рассказывать. Звони, посидим где-нибудь, – звонко чмокнула его в щеку и, накинув пальто ушла, не забыв одарить меня прощальным взглядом победительницы.
И ей это удалось. Победить меня. Унизить. Ее слова о жалости возымели свое действие, мне словно подрезали крылья.
– Что с тобой? – нахмурился Роман и сразу же сам догадался. Кажется, даже разволновался: – Кристина опять что-то тебе сказала?
– Да ничего особенного…
– Рит, давай начистоту, мы же друзья.
Друзья… всего лишь. Кто же еще.
– Она сказала, что ты держишь меня здесь только из жалости. Потому что я сирота.
– Чушь! – возмутился он. Возмутился так искренне, что я сразу ему поверила. – Это не так. Она любит присочинить то, чего нет.
– А еще она сказала, что хочет тебя вернуть.
– У нее не получится.
– Однако же она снова пришла без приглашения в твой дом…
Он подошел ближе и взял меня за руки. Заглянул в глаза.
– Ты же слышала – она пришла за последними вещами и отдать ключ, давно нужно было его у нее забрать. Больше она не придет.
– То есть точно все?
– Точно!
И снова я выдохнула.
– Не подумай, что я такая любопытная или еще что-то… просто она мне не нравится! И совсем тебе не подходит.
– Именно поэтому мы расстались.
Я опустила глаза на тандем наших рук – он неосознанно поглаживал большими пальцами тыльную сторону моих ладоней. А потом словно очнулся, резко отпустил. Засуетился, словно натворил что-то запретное.
– Ты не хочешь перекусить? Я принес еду из ресторана. Вполне сносную, кстати.
– Я не против, – и пошла следом за ним на кухню. Пока он доставал еду, решилась задать вопрос: – Роман?
– Что?
– А ты правда подобрал Элвиса на дороге?
Он помрачнел.
– Правда. Его кто-то сбил, может, велосипед, может, мотоцикл. Я не мог оставить его там. И в приюте для животных… не мог.
Эта история отозвалась в моем сердце щемящей болью. И необъятным чувством уважения.
– Если бы все были такими как ты, то ситуаций, как с моими родителями, в мире бы не было. Никто не оставлял бы на дороге умирающих людей!
А вот теперь с его лица окончательно сошли все краски. И показалось, что ему стоило невероятных усилий взять себя в руки.
– Ешь, – избегая смотреть мне в глаза, придвинул тарелку с ризотто. – А то остынет.