Счастье придёт весной. Песнь белого Волка (СИ)

Арвид кивнул, не отрывая взгляда от происходящего.
— Десятки прорубей, прикрытых тонким слоем снега. Они не знают, где безопасно ступить.
С нашего места не видно было лиц, не слышно было и криков. Только точки людей, что расходились вперед в поисках обхода и исчезали подо льдом.
Мне невольно вспомнилось ледовое побоище. Миры разные, а хитрости те же.
— Им придется попотеть, чтобы разобрать, где безопасно, — усмехнулся Бьорн.
  
— К тому моменту часть из них уже сгинет, — добавил Арвид, правда уже без веселости.
На замену тем, что провалились, вставали еще и еще воины. А из ущелья подтягивались новые отряды.
— Да сколько же их… — я нервно обкусывала губы.
— Похоже, тот лагерь, в котором нас держали, был лишь частью всего этого богатства, — фыркнул Сигурд, подходя к нам. — Ублюдки.
Янгвары тем временем перестроились, обходя полыньи, и продолжили наступление. Первая линия шла чуть впереди, проверяя, остальные тянулись за ними.
— Это, конечно, их проредит, но не слишком-то, — озвучил Бьорн общую мысль.
Теперь впереди и вовсе шли варги. Они, похоже, чуяли опасность лучше людей, обходили ловушки, прокладывая безопасный путь.
— Приготовиться! — рявкнул Танвальд снизу.
Лучники вскинули луки. Я тоже — мой висел на плече, и я сжимала его так, что побелели костяшки.
— Не сейчас, — Арвид накрыл мою руку своей. — Подпустим ближе, не трать пока стрелы.
Войско и правда было пока слишком далеко, чтобы я смогла достать их выстрелом.
К Сигурду подошел один из его людей, что-то заговорил тихо, тот выслушал, кивнул.
— Арвид, — позвал он. — Пора.
Я встрепенулась.
— Что? — я вцепилась в его рукав с нескрываемой паникой.
— Сольвейг, — Арвид мягко накрыл мои пальцы своей ладонью, но оторвать даже не попытался. — Мы зайдем сбоку, есть обход.
— Олав же наверняка о нем знает, — поспешно заговорила я. — Куда вы собрались?
— Мы отрежем хотя бы часть из них. Они все равно пойдут на крепость. Но так здесь будет проще отбиться, понимаешь?
— Нет! — я едва не закричала.
Понимала ли я? Понимала. Хотела ли отпускать Арвида? Конечно, нет!
— Это не обсуждалось!
— Сольвейг, — Арвид приблизился ко мне. Остальные не вмешивались.
— Ярл Танвальд в курсе? План был другой! Держать осаду, сражаться со стен! У нас есть смола, есть луки и стрелы, копья, камни! Можно уйти в горы!
Меня давило страхом и отчаянием.
— Я не собираюсь умирать там, слышишь?
Но я не слышала. Как он не собирался? Если он выйдет туда в открытую, против всех этих людей, то точно не вернется!
— Арвид, если мы хотим успеть, нужно идти сейчас, — Сигурд все же поторопил его.
Я яростно глянула на этого седого.
— Никуда вы не пойдете! Ярл Танвальд! — я склонилась через перила во двор, крикнула, но Арвид уже сграбастал меня поперек тела.
— Сольвейг! — он вдруг даже голос повысил. Зарокотал.
Я всхлипнула.
— Где моя жена, что в одиночку пошла за нами во вражеский лагерь?
— Нет ее, — зло зашипела я, возвращая себе рассудок. — Как и мозгов у вас!
— Сольвейг… — он снова говорил почти ласково. — Так нужно. И мы вернемся. Ударим по ним со стороны, из луков, привлечем. А потом, когда они кинутся к нам, всадим в лед клины. Слышишь? Мы не будем биться с ними открыто. Я не собираюсь там умирать.
Я переваривала его слова и пыталась дышать.
— Если ты не вернешься, клянусь, я достану тебя с того света и сама убью, — зло рявкнула я. И повернулась к Сигурду. — И тебя это тоже касается.
— Вот фурия, — фыркнул тот. — Только ради этого и сохраню свою шкуру.
Арвид вдруг притянул меня к себе и… боги всемогущие… поцеловал при всех! Да так жарко, что у меня снова в животе все скрутило.
Со стороны послышался чей-то присвист.
И прежде чем я успела опомниться, он уже отпустил и спускался по лестнице со стены.
Бьорн рядом со мной посмеивался.
— Заткнись, — шикнула я и на него. — Все вам весело. Будто в игрушки играете.
Бьорн покачал головой.
— Я не собираюсь хоронить себя заранее. А ты?
Я хмыкнула.
Нет. Конечно же нет.
  
Глава 68 
 
Ждать было хуже всего.
Войско ползло по льду медленно, осторожно, и эта медлительность сводила с ума почище любой атаки. Варги шли впереди, рыскали, вынюхивали проруби, и там, где сворачивали они, сворачивали и люди. Полыньи больше не глотали их пачками. Только изредка кто-то оступался, недоглядев, но на их место в строю снова вставали новые.
Я стояла на стене, сжимала лук и смотрела, как смерть подбирается все ближе.
— Терпение, — буркнул Бьорн, не оборачиваясь. — Самое тяжелое всегда вначале. Когда уже сцепимся, легче станет. Думать будет некогда.
Я кивнула, хотя легче мне не делалось ни на йоту.
А потом сбоку, из-за гряды торосов у скалистого берега, ударили первые стрелы.
Я едва не подскочила. Там, где лед уходил под тень утесов, мелькнули фигуры — наши! Залп, другой, третий. Стрелы выкосили целый край вражеского строя, и янгвары шарахнулись, заметались, и часть из них, с яростным криком, что донесся даже до нас, развернулась и кинулась туда, на стрелков.
— Заглотнули, — выдохнул Бьорн с мрачным удовлетворением.
Дальше все случилось быстро. Преследователи рванули по льду вбок, забыв обо всякой осторожности. Посчитали, видать, что все полыньи уже сыскали. А наши только этого и ждали. Я увидела, как стрелки разом подались назад, к берегу, заманивая.
И когда часть янгваров отделилась от основного воинства, переступила какую-то грань, лед вдруг… просел. Треснул, страшно разразившись эхом по всей долине, и огромный его пласт стал подниматься из воды. А другой край, где стояли люди, стал погружаться. Они пытались вернуться. Туда, где лед был цел, но не успевали. Льдина встала в озере колом, стряхивая дикарей в воду. Ужасающая картина. У меня волосы встали на затылке дыбом. Но когда льдина перевернулась, я… выдохнула.
Правда, рано. Часть людей успела перебраться через раскол. И теперь они спешили туда, где были наши. К лучникам и, вероятно, Арвиду.
Сердце мое забилось, как бешеное. Я искала его глазами, но с такого расстояния не находила. Там было слишком много движения.
Олав тоже не был глупцом.
Над озером раздался оглушительный пересвист.
Всадники на варгах развернулись. Потекли назад, к основному строю, обходя проломленный лед по широкой дуге.
Он знал. Конечно, он знал. Он сам водил эти разъезды, сам прокладывал эти тропы. Все наши хитрости были ему известны наперечет.
— Уводит их, — процедил Бьорн. — Сообразил, гад.
Ловушка сработала. Но не так, как мы надеялись. Лед забрал десятки, может, сотню. А по льду шла тысяча.
И теперь они шли на нас.
Основная масса перестроилась и хлынула к стенам — широко, неотвратимо, как темный прилив. Варги вырвались вперед, и вот уже первые из них с разбегу врезались в частокол, полезли, цепляясь когтями за бревна. Снизу полетели крючья на веревках, лестницы, и стало не до раздумий.
— Бей! — взревел снизу Танвальд.
И небо почернело от стрел.
Я стреляла. Не знаю, попадала ли. Руки тряслись, перед глазами все мельтешило. Рядом рычал и рубил Бьорн, кого-то спихивали со стены баграми, кто-то с воплем летел вниз. Запахло смолой — внизу опрокинули котлы, и варги завизжали, обваренные. На миг мне показалось, что мы выстоим. Что эта стена их удержит.
А потом я увидела Танвальда.
Старый ярл бился у самых ворот, где напор был страшнее всего. Створки трещали под тараном, и он встал в проломе сам, секирой расчищая перед собой пространство, и вокруг него громоздились тела. Но их было слишком много. Я видела, как на него насело сразу несколько красномордых, как он свалил одного, второго…
  
И как сбоку на него с разбегу прыгнул варг.
— Ярл! — заорал кто-то.
Я не думала. Барабаны ударили в голове сами. Та сила, что я ощущала тогда на реке, поднялась из самого нутра, древняя и необъяснимая, и я потянулась к зверю, что навис над Танвальдом, оскалив пасть.