Рыцарь без позывного. Том 3 (СИ)
Моя сумбурная и косноязычная речь щедро сдобренная матом, нашла неожиданный отклик в душе лавандовой ведьмы. Лиловые глаза недоверчиво блестели, словно выискивая неискренность, а белые зубы отчаянно жевали алые губы. Скрестив руки на груди, Киара ритмично хрустела снегом по двору, всем видом демонстрируя крайнюю степень озабоченности.
Наконец, с вымученным вздохом, она остановилась:
— Утомляешь. У тебя поистине преступный талант, возводить глупость в подвиг, и превращать бессмыслицу в откровения... Две недели, а я уже отупела до неприличия. Ты инфицирован! Твое безумие заразно...
— Ты не первая, кто говорит подобное...
— Молись своему далекому богу, чтобы не последняя! — задиристо отпихнув меня с дороги, девушка ринулась прочь со двора.
— Куда собралась?
— Проветрится! И только попробуй увязаться за мной, безумное животное...
Стройная фигура быстро растворилась во тьме ночного хутора. Вернется ли она? И если да, к худу это или к добру?
Покачав головой и ощутив очередной голодный спазм, я вернулся в теплую избушку с заледенелыми тряпками на окнах. Боятся и переживать уже откровенно надоело.
* * *Утро наступило вместе с пугающе притягательным ароматом резанувшим по ноздрям и болезненной резью в желудке. Вскочив с мешков с водорослями, я с ужасом уставился на фиолетовую головку, склонившуюся над салазками с искалеченным блондином.
Мощный поток нецензурной брани вместе с клятвенными обещаниями порвать колдовскую жопу на британский флаг, если с блондина хоть волосок упадет, оборвался резким кашлем и ошарашенными взглядами остальных. Оторвавшись от своих тарелок с чем-то аппетитным, авантюристки удивленно уставились на меня.
— Сир... Вам кошмар приснился? — возникший рядом Гена заботливо сунул мне деревянную миску с чем-то подозрительно аппетитным.
Мясо, что ли?
— Киара нашла недоеденную тушу загнанного волками оленя! — пояснила кошатина, урча от восторга и с жадностью вгрызаясь в темное волокнистое мясо. — Ну не чудо ли она?!
Оторвавшись от кормления обдолбанного блондина с ложечки, ведьма мило улыбнулась и притворно покраснела, заявив, что ей «просто повезло».
Дождавшись, когда Киара отлипнет от раненного и подойдет к печи, чтобы положить добавки, я осторожно приблизился:
— Слышь, а этот «олень» раньше не разговаривал?
— Только скулил и тявкал... Почти как ты, но не так раздражающе. — снова наполнив миску из кастрюли она наградила меня недовольным взглядом. — Ты дважды передо мной в долгу. Не думай, что отделаешь легко.
— А как же все эти угрозы, мол, «умрешь» и все такое?
Попробовав мясо я отметил, что Бобики на удивление вкусные. Во всяком случае, с голодухи.
— Я не сказала, что сегодня... — заскрипела зубами уязвленная ведьма. — К тому же, если ты так не хочешь убивать, то я любезно предоставлю возможность искупить долг иным способом.
— Натурой что ли?
— Почти. Посмотрим, как твое больное человеколюбие будет распространятся на меня.
Вымученно закатив глаза, Киара вновь вернулась к счастливому блондину.
Мда. Какая-то совсем бракованная ведьма... Ну или я просто не знаю, во что ввязался.
Глава 14: Добро пожаловать. Снова.
Зубцы городской стены, украшенные снежными шапками, вызвали вспышку девичьего энтузиазма. Прекрасная и частично безмозглая половина сборного отряда самоубийц кинулась наперебой обсуждать, как хорошо они расслабятся в гильдейских купальнях, как быстро аптекарь поставит Калеба на ноги, и как щедро Фальшивка озолотит всех, непременно пожаловав новые жетоны.
Будучи прекрасно осведомленным о специфических методах городских медиков, равно как и о крутом нраве Эмбер, я не разделял общих восторгов по поводу успешного окончания экспедиции. Эти чертовы водоросли стоили здоровья одному и жизни многим. К тому же, мы всего лишь справились с «симптомами», а не вылечили «болезнь».
Таща за собой салазки с искалеченным блондином, я то и дело посматривал на фиолетовую ведьму, беззаботно болтающую с авантюристками и подкалывающую Гену на предмет «а кто из нас тебе больше нравится?». Несмотря на ее внезапную помощь с демоном и жратвой — я все никак не мог отделаться от ощущения, что странная дамочка ведет свою игру. Фиолетовая стопудово причастна к вымиранию хутора с дезертирами, а стало быть, и в диверсии с припасами стражи. Ни за что не поверю, что применение одного и того же яда в двух разных местах может быть обычным совпадением.
В смущенное блеяние Гены о том, что он «оруженосец» и его «не заботят такие глупости» и то поверить проще.
Широкая тропинка, вьющаяся вдоль узкой речушки, что растянулась от замка к городу наконец привела нашу гоп-компанию к городским воротам. Вместо привычного караула северян, под каменной аркой стояла лишь пара телег нагруженных углем и дровами.
Отбросив ассоциации с детскими трупиками, я протащил салазки с обездвиженным блондином до телег и уставился на митингующую толпу впереди.
Забористая ругань и выкрики про «оборзевших отморозков» и «неблагодарных конелюбов» заставили испытать странное чувство комфорта. Кто бы мог подумать, что после пары-тройки недель в заснеженных лесах и одного демона, начнешь скучать даже по такой жопе мира, как Грисби?
Главная улица и эшафот перед гарнизоном полнились забористой бранью и вольными сочинениями на тему «бородатых на ножи». Орда гражданских заполонила и без того не самую широкую дорогу, осаждая плотный строй северян, занявших позицию у входа в гарнизон.
Наспех сооруженные баррикады из телег, отточенные копья и выглядывающие из бойниц арбалеты впечатляли горожан, не больше нависших над дорогой останков башни, подпертых лафетом «мантикоры».
Похоже, подобное шоу разворачивается здесь не в первый раз.
Вопли и требования в стиле «дайте пожрать» то и дело перекрывались решительным басом, раскатывающимся по улице — над взбудораженной толпой возвышался рыжий великан в белоснежном меховом плаще. Брезгливо сплевывая и ругаясь через слово, он пытался успокоить толпу типично «северным» способом:
— Вы уже получили свои миски, губошлепы изнеженные! До рассвета — шиш вам, а не дармовщинки! Пшли прочь, крохоборы неблагодарные, покуда вас в колодки не заковали!
— «Ковалки» на всех не хватит! Кому ты дармовщину подаешь, скот простуженный?! — не обращая внимания на копья стражи, низкий мужичок залез на баррикаду и демонстративно ткнул пальцем в рыжего. — О каких подачках рассуждает это животное?! Сир Аарон «Щедролюбый» с дюжину подвод своим верноподданным даровал! Это все знают!
Толпа разразилась одобрительным гулом, превознося щедрость Грисби и проклиная жадность северян. Насладившись поддержкой земляков, мужичок вновь повернулся к сотнику, стоящему возле дверей в окружении своих бойцов:
— Дикари немытые! Все себе стащили да из подполы приторговываете?! А нам пустую водицу хлебать?! Ворье! Нелюди! Вас не матери, вас волчицы вскармливали!
Сотник аж запылал от злости, осыпая обидчика такими словами, которые и дембеля бы в краску вогнали.
— Каков талант... — едва слышно хихикнула Киара, прижимаясь грудью к моей спине и с интересом рассматривая «представление», которое лишь набирало обороты.
Шарик подозрительно желтого снега врезался в красную физиономию разгневанного сотника. Утерев бороду и принюхавшись, великан вспыхнул пуще прежнего и одним махом сшиб мужичка, вскакивая на баррикаду самостоятельно. Хватившись за ножны, оскорбленный здоровяк заревел на всю округу:
— Кто это бросил?! Кто этот маленький конелюбский содомит хреносос, пожелавший взойти на эшафот?!
Ответом стал лишь заливистый хохот и целый град снежков, полетевший в бородачей. Очень быстро веселье сменилось улюлюканьем и к сравнительно безобидным снежкам, добавились увесистые камни. Получив булыжником в бровь, великан взвыл и поспешно отступил за спины своих одоспешенных подчиненных. Посрамление северного военачальника лишь подогрело азарт толпы, что удвоила частоту «залпов», тревожно подбираясь к баррикадам все ближе и ближе.