Солнышко (СИ)

– Ой, сам своего танка не похвалишь, никто не похвалит, – беззлобно фыркнул Найрити. – Мне-то что делать с этим камнем? И самое странное, что в компании с другими офицерами Эйрим очень даже неплохо проявляет эмоции. Только меня обделяет, видимо…
Лийнар даже слегка приуныл.
– Да ладно тебе, не убивайся так, уверен все не настолько страшно, как кажется, – Нир прекрасно понимал друга, у него самого была примерно такая же проблема. От души потрахаться ему пока не светило еще ой как долго и от этого было… Тоскливо. – Ты делай скидку на то, что он ханар. Насколько я знаю, у этой расы культ ишилие, так что может он просто не умеет по-другому. У них нет женщин, потому что женщины физически не смогли бы выносить ханарского детеныша. Поэтому у них есть другой пол с мужскими гендерными признаками, но способный зачать и выносить дитя. Я когда в Академии был, писал по этой расе диссертацию. Поэтому очень хорошо изучил их анатомию, менталитет и традиции.
Нир замолчал, роясь в памяти в поисках информации про ханаров, и Найрити молчал вместе с ним, наблюдая за тем, как псионик сосредоточенно ворошит содержимое своей головы, доставая с «полок» один ящичек с воспоминанием за другим. В голове у Райнэ, вопреки всем ожиданиям, все было четко структурировано и разложено по своим местам, так что Нир точно знал, где и что искать, если было нужно срочно воспользоваться какой-либо информацией. И неважно, как давно он получил ее – десять лет или десять минут назад, псионики могли процитировать по памяти даже давно увиденную мельком статью из какой-нибудь книжки. Вся информация, попадающая в поле зрения или поступающая иным путем, обязательно оставалась в их голове.
Наконец Нир нашел нужный ящичек и «вскрыл» его. Вместе с азари они просматривали в его памяти строки научной работы, которую псионик писал на четвертом курсе обучения в Академии ТиП:
«Ханары когда-то были многочисленной и процветающей расой, но в последние три тысячи лет у них наблюдается острый дефицит особей, способных к деторождению. Поэтому они приняли все возможные в данной ситуации меры, чтобы обезопасить самых ценных представителей своей расы от всяческих угроз, как извне, так и изнутри. В силу своих физиологических особенностей, а именно – огромной физической силы (взрослый ханар, достигший зрелости, способен сдвинуть с места большую скалу) – эта раса не имеет особей с женскими гендерными признаками. Так как женщина не сможет вынести эту неповоротливую, неизбежную и неукротимую силу, что таится в ханарах.
Ханары делятся на два пола – шеассы и ишилие. Шеассы – воины и защитники. Ишилие – более стройные и мягкие по характеру, способны зачать и выносить дитя от шеасса. «Ханарский феномен» заключается в том, что ишилие отличаются изумительным изяществом и грацией, и особенно хрупки на фоне своих шеассов (но вместе с тем невероятно выносливы), словно природа таким образом попыталась компенсировать внушительные габариты и неуклюжую мощь более сильных особей этой расы.
Ханары почитают жизнь и с уважением относятся к тому, кто может ее подарить, а потому среди них процветает культ ишилие. Они прячут их в лоне семьи до поры до времени, охраняя как сокровище, так как на одного ишилие из-за растущего дефицита приходится около десятка шеассов. Воспитываются ишилие отдельно.
В обществе ишилие пользуется всяческим уважением и почетом. Если какому-нибудь шеассу повезет создать семью с ишилие, то во главе этой семьи обязательно будет последний. Все важные решения принимает именно он.
С ишилие принято сохранять строгую субординацию, по отношению к ним этикет ханаров предусмотривает очень жесткий свод правил и диктует определенную линию поведения, требуемую от каждого шеасса. Проявление неуважения к ишилие или нарушение хоть одного из этих правил наказуемо. Нетрудно догадаться, что и причинение любого вреда ишилие карается жестокой и страшной смертью».
– Ты что, хочешь сказать, что Эйрим проецирует на меня этих самых ишилие? – удивился Найрити. – Я же на них ни капли не похож!
  
– Откуда ты знаешь? Ты их видел-то хоть когда-нибудь? – фыркнул Нир.
– Нет… Где бы я их видел, если ханары так тщательно прячут эти свои… «сокровища», – буркнул лийнар.
– А я видел. В учебнике правда. Так вот, ты на ишилие очень даже похож, сечешь?
– Тьфу! – раздраженно сплюнул Найрити и недовольно скрестил руки на груди. – Это что же получается, а? Он теперь будет трястись надо мной, как над этими своими ишилие? А этот их этикет предусматривает какую-нибудь линию поведения для самих ишилие, чтобы дать понять стоеросовому шеассу, что тот ему нравится?
– Предусматривает, – весело ответил Райнэ. – Ты должен сделать ряд определенных действий.
– Каких? – Найрити заинтригованно наклонился вперед.
– Во-первых, ты никаким образом не должен показывать ему свою заинтересованность в нем. Держись холодно и отстраненно, и всем своим видом показывай, что ты король и отношения к себе требуешь такого же. У них это нормально.
Най поморщился, такое ему пришлось не по душе.
– А во-вторых, между тем, как ты всячески изображаешь айсберг в океане, ты должен сделать выбранному шеассу подарок.
– Подарок? Что? Зачем?
– У ханаров не принято дарить подарки. Они делают это только в исключительных случаях, которых три. Первый – подарок дарят в день рождения. Когда в Роду (у них нет семей, все общество делится на Рода) появляется новый маленький ханарчик, ему что-то дарят. И больше никогда. Второй – подарок дарят, когда в клане кто-то умирает. Тогда проводят специальный обряд погребения, и каждый из Рода приходит и дарит ему прощальный подарок. И третий – подарок может подарить ишилие, когда избирает какого-нибудь шеасса для создания с ним семьи. Такое странное отношение к подаркам связано с менталитетом этой расы. Понимаешь, Най, ханары любят стабильность и постоянство, а перемены для них связаны с чем-то неприятным и тяготящим. Поэтому, когда происходит глобальная перемена в жизни, – а за такую они принимают либо появление новой жизни, либо смерть, либо создание Рода, – ханары отмечают это тем, что дарят подарок. Подарок, естественно, должен быть значимым. Чем масштабнее и круче будет подарок в понимании ханаров (а они любят все большое, крепкое и надежное, потому что сами такие же), тем благосклоннее воспримут дарителя.
– Хрена себе, – выразил свое отношение к такому повороту событий Найрити. – Это что мне такое надо сделать, чтобы Эйрим понял, что я хочу… Хм. А что я, собственно, хочу?
– Ну да, если ты не хочешь с ним семью создавать, то лучше не напрягайся. А то еще чересчур серьезно воспримет, и пиши-пропало… Ты же от него не отвяжешься тогда.
– Слушай, а просто потрахаться, без всего вот этого вот, никак нельзя? – жалобно спросил лийнар.
– Без обязательств, имеешь в виду? – заржал Нир. – Не-а. Ни хрена, друг мой. Не прокатит. У ханаров так не принято. Либо брак и верность до гроба, либо ни-ни, никакого тебе траха.
– Ну что за пиздец… – расстроенно протянул Найрити и опустился прямо на пол, выглядя ужасно огорченным.
Нир едва удержался, чтобы не начать хохотать до колик в животе.
Найрити в свое время тем ему и понравился, что был очень не похож на других азари. Те все, как раз-таки очень сдержанные и холодные, совсем как ишилие. Они предпочитают тратить все духовные и физические силы на реализацию своих способностей. А потому они очень хитрые, коварные, умные, продумывают все свои действия на тысячу шагов вперед, знают все на свете и про всех, отличные политики, чиновники и законодатели. Наверное, именно поэтому они и правят Дружественным Альянсом сейчас.
А вот Най был не такой. Легкий на подъем, общительный, дружелюбный и простой. Он не заморачивался по пустякам, не строил из себя невесть что, любил свою работу и простые отношения. С ним было легко и весело. И на него во всем можно положиться. А еще Най очень быстро перенимал всевозможные ругательства и забавные выражения, поэтому зачастую выражался совсем несвойственно до тошноты вежливым азари, обожавшим всяческие намеки, недосказанности, двусмысленности и метафоры.