Юрист с Рублёвки. Дилогия (СИ)

Вот это Денису и не понравилось.
После доклада он догнал меня у выхода и процедил:
— Не смей вставать на моём пути, Смирнов. Это моё дело! Это мой процент!
— Твой процент в овраге лошадь доедает, — парировал я и спокойно направился домой.
Может, дело было в этом?
— Э-э-э, Смирнов, ты там что, на горшке сидишь, когда я с тобой разговариваю?
Я посмотрел на воду, которая бежала из крана, и сложил два и два.
  
— Никак нет, Семён Борисович, я просто умываюсь. Насчёт Дениса я вас услышал. Никакой драки не будет.
— И Самойлову сегодня позвони. После показаний Кравченко он должен услышать план от нас, а не от банка. Всё, отбой.
Разговор завершился. Теперь причина злости Когана была понятна: он хотел оставить себе оба пути — мою защиту и быструю банковскую сделку Дениса. А Денис хотел только лёгких денег и не собирался мириться с тем, что я мог превратить Самойлова из должника в жертву.
Ладно… сейчас не об этом.
Я умылся, прошёл все утренние процедуры, ещё раз взглянул на телефон и понял, что встал этим утром, позднее, чем должен был. Биологические часы Громова дали сбой. Почему? Скорее всего, это из-за мышечной усталости.
Сделал зарядку, позавтракал и открыл окно кухни. Хотелось вдохнуть свежего воздуха и насладиться осенним солнцем. Но тут тишину «бытия» разорвал мощный, утробный рёв дизельного двигателя.
— Восемь утра, — пробормотал я. — Это ещё что такое?
Я высунулся в окно и увидел, что прямо посреди нашего двора, наполовину заехав на детскую площадку, стоял огромный жёлтый экскаватор. Его ковш был поднят вверх, готовый обрушиться на старые, но вполне крепкие качели. Рядом с машиной суетился невысокий мужчина в оранжевом жилете и строительной каске, держа в руках планшет.
— Вот тебе и утречко…
И самым паршивым в этом «рёве» было то, что рядом с экскаватором собирались люди. Понимая, что в ситуации нужно разбираться, я быстро натянул джинсы, свитер и выскочил из квартиры. На лестничной клетке уже было шумно: баба Зина буквально перекрывала собой вход в подъезд, не пуская кого-то в дом. Рядом с ней стояли ещё две соседки, активно жестикулируя и выкрикивая что-то про «детей», «пенсии» и «хамство».
— Что тут происходит? — спросил я, подходя к Зинаиде. — Я выйду?
— Лёшенька! — Баба Зина сделала шаг в сторону и тут же схватила меня за рукав. — Нет, ну ты слышал? Сносят!
— Что сносят? — нахмурился я. — Кого сносят?
В ту же секунду рядом появился мужчина лет сорока, с залысиной и папкой в руках. Бросив на нас раздражённый взгляд, он представился Рудневым, начальником участка ООО «Жилищник-Бутово», театрально вздохнул и пошёл к детской площадке. Похоже, конфликт был для него не неожиданностью, а частью рабочего плана.
Баба Зина аж покраснела от возмущения:
— Ага! Начальничек! Сразу убежал, как мы своего юриста позвали!
Позвали? Меня? Меня никто не звал…
— В чём дело? — ещё раз спросил я. — Что за шум?
— Да приехали, эти, бандиты! — выкрикнул кто-то из бабушек. — Говорят, что наша площадка аварийная!
— Да-да-да, — засуетилась ещё одна бабулька. — Мой Колька-то ещё до смерти сам её красил! Сам варил! Ироды!
— Сволочи! — поддержала разговор баба Зина. — Лёшенька, ты представь себе, они хотят всё снести, а там асфальт положить под парковку! Да как так можно?
В общих чертах всё было понятно. Я вывернулся из хватки бабы Зины, кивнул соседкам и направился на площадку. Там обнаружились два знакомых лица. Увидев их, я даже улыбнулся.
В общем, Витёк с Саньком уже были там. Витёк стоял прямо перед ковшом экскаватора, широко расставив руки. В одной руке у него тлела сигарета, а в другой была синяя пивная банка с цифрой три. Он верещал:
— Чё ёп, попутали? Черти! Да мой батя, своими руками…
«Любопытная ситуация, — подумал я про себя, глядя на Витю. — А вы-то чего?»
Не сказать, что я заочно плохо относился к Саше и Вите. Просто… в какой-то момент, а именно в первую встречу, я мысленно посчитал их маргиналами. По факту же, мнение сменилось спустя некоторые события. И я не мог их охарактеризовать, как негативные личности. И вот сейчас, глядя на них, я не понимал, почему они защищают эту площадку? Просто потому, что это весело?
Посмотрел на Сашу, а тот записывал всё на свой телефон. Он отпускал плоские шутки, и уговаривал водителя, бабахнуть Витю ковшом. Чисто, как он выразился:
— Во прикол будет!
«Эх, а я-то думал, они за двор стоят… Им просто весело».
Водитель в кабине нервно поглядывал вниз, явно не зная, что делать с этим живым щитом из дворовой шпаны. И ему очень не нравилось то, что Саша его науськивал на уголовку.
— Эй, мужик! — орал Витёк на представителя в жилете. — Ты чё творишь⁈ Тут дети играют! Ты куда копать собрался? Да я ща допью, залезу, и покажу, как…
Дальше я даже не слушал. Я смотрел на мужчину в жилете, которому эта ситуация казалась крайней дикостью. По его лицу было понятно: Александра и Виктора он просто побаивался.
Когда я направился к ним, до меня донеслось:
— … мужики, пожалуйста… не мешайте работать! — он пытался перекричать смех и возгласы Сани. — У нас есть предписание! Площадка аварийная. Демонтируем оборудование и расчищаем место под временную стоянку, чтобы машины не стояли на газоне!
— Да иди в оч… — осадил его Витя. — Э, Саня, бери крупным планом, в тик-ток выложим, на пивко…
Я быстро оценил обстановку. Мужчина явно был не из тех, кто принимает решения, ситуация для него была критической… и надо было спасать. Всех. Я протиснулся вперёд, мягко, но настойчиво отодвинул Витька с траектории ковша.
— Виктор, отойди. Машину не трогай, — сказал я. — Сань, убери телефон! Я сам разберусь!
Витёк засопел, но послушался.
— Доброе утро, — я обратился к мужчине в жилетке. — Меня зовут Алексей Смирнов, я юрист. Вы кто?
— Прораб подрядчика, — быстро ответил тот, заметно выдохнув. — Работаем по заказу «Жилищника-Бутово».
— Предписание можете показать?
Мужчина посмотрел на меня сверху вниз, переключился с «наших любимых маргиналов», и сделал вид, что ему вообще отвратителен я.
— А юрист тут причём? — фыркнул он.
— Покажи ему, — послышался голос сзади.
Я обернулся. Руднев стоял в нескольких шагах и явно хотел поскорее закончить разговор.
— Ладно… в общем, это технический вопрос. Держи, — он сунул мне планшет.
Я пробежался глазами по документу. Это было даже не предписание, а просто акт осмотра, подписанный техником УК. Аварийным признавался не какой-нибудь там трубопровод, под площадкой, а сами качели. Но в акте мелким шрифтом было приписано: «Рекомендована расчистка территории».
Рекомендована, а не обязательна. Это уже другое!
«Хм, ну, дело сделано».
Я вернул планшет прорабу и повернулся к Рудневу.
— В акте нет ни решения о переустройстве двора, ни разрешения на земляные работы, ни схемы сетей. Только рекомендация расчистить территорию.
— Уводи своих иди… — Руднев осёкся, увидев Сашу и Витю. — Уберите людей и идите домой. Это технический вопрос.
— Нет, — я скрестил руки на груди. — Мы не уйдём.
В тот же миг, за спиной появились бабульки. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понимать, они слушают меня очень внимательно. И прям болеют за меня.
— А я сказал… — только было начал Руднев, как я его перебил.
  
— А я говорю другое. У вас нет разрешения на земляные работы. Вы не имеете права вскрывать грунт без согласования с собственниками и без схемы подземных сетей. Это статья 36 Жилищного кодекса, общедомовое имущество.
— Слушай, умник, — Руднев начал краснеть. — Мне руководство сказало расчистить площадку. Не нравится — жалуйся!
— Пока не покажете схему сетей, копать нельзя, — сказал я.
Руднев демонстративно махнул рукой водителю. Тот поколебался, посмотрел на прораба, но всё же опустил ковш.