Даже если не бьется сердце...(СИ)

– Скажи, а зачем нужна вся эта перепись? – спросил Гарри.
– Ты имеешь в виду перепись заражённых? – Так Драко предпочитал называть оборотней и вампиров.
Гарри кивнул.
– Просто так легче контролировать и сдерживать этих людей. Хотя они также живут в семьях, но на случай агрессии в каждого из них вживлена капсула, которую в любой момент можно активировать. Кстати, Поттер, очень вкусно! Я бы даже сказал – потрясающе вкусно! – Драко отсолютовал Гарри бокалом, пытаясь перевести тему в более мирное русло.
  
– То есть заражённого можно в любой момент убить? – Гарри нахмурился.
– Теоретически да, но практически… Понимаешь, убийство того же оборотня, к примеру, тем более если он адаптирован к жизни среди людей, приравнивается к убийству обычного человека, если не будет доказано, что это он напал, а тот человек, на которого он напал, был вынужден обороняться. – Драко предпочитал объяснять Гарри всё или почти всё, чтобы тому было понятнее.
– И меня можно будет… убить? – спросил Гарри, в упор глядя на Драко.
– Ты не опасен, ты – человек! – Драко отодвинул от себя тарелку и скомкал в кулаке салфетку.
– И всё же ты не ответил, – мягко, но настойчиво сказал Гарри.
– Да… – кивнул Драко, поджав губы, а потом встал, чтобы налить себе чаю.
– А как? Ну, как, например, можно убить заражённого на расстоянии? – Гарри подошёл к столу и облокотился на него, заглядывая Малфою в лицо.
– Внутри каждого заражённого находится специальная капсула. У вампиров – со святой водой, у оборотней – с жидким серебром… Простое заклинание, да то же «Редукто» или «Бомбардо», и… – Драко отвёл глаза.
– Понятно, – кивнул Гарри и посмотрел на его руки, которые сжались в кулаки. Накрыв одну из них своей, он продолжил: – Спасибо тебе, Драко… Я не знаю, что тобой движет и почему ты мне помогаешь… – Малфой поднял на него глаза и хотел было что-то сказать. – Нет, не деньги. Ну, то есть деньги – это, конечно, тоже, но есть что-то ещё. Я знаю, чувствую… Просто хотел поблагодарить тебя.
Драко перевёл взгляд на свой кулак, на котором лежала ладонь Гарри. Гарри проследил направление его взгляда:
– Она холодная… тебе, должно быть, неприятно… – Чуть поморщившись, он хотел убрать руку, но сверху легла тёплая ладонь Драко.
– Мне не неприятно. Всё нормально. Ты – обычный человек. – Уголки губ чуть изогнулись в подобии улыбки, и Драко устало потёр переносицу.
– Спасибо… – тихо сказал Гарри. – Кстати, а почему ты не боишься, что я тебя укушу? Вот кинусь на тебя – и всё!
– Кинется он! – хмыкнул Драко, пряча улыбку. – Там, в подвале, я надел на тебя цепочку. Она заколдована. Это что-то вроде предохранителя. Твои зубы попросту не сожмутся на моей шее. Вот, смотри. – Драко показал перстень. – А это – гарант моей безопасности.
– А я могу попробовать? Ну, укусить, – прищурился Гарри.
Драко протянул ему запястье. Гарри поднёс его к лицу и вдохнул. От Драко так невероятно пахло! Всегда. Когда он возвращался домой, у Гарри появлялось совершенно иррациональное желание подойти к нему и вдыхать, вдыхать, вдыхать его запах…
– Ладно, верю. – Он отошёл от Драко. – Доедай давай, а то уже, наверное, остыло совсем.
Внезапно камин полыхнул зелёным пламенем, и через мгновение из него вышла стройная светловолосая женщина, держа за руку маленького мальчика.
– Драко… О, прости, я не знала, что ты не один! – смутилась она, в то время как малыш со всех ног кинулся к Драко на шею и крепко обхватил её тоненькими ручками.
– Всё нормально, Асти. Это Гарри. А почему Скорпиус с тобой? – Он обнял сына, гладя по спине и волосам.
– Ой, у нас дома просто лазарет! – воскликнула Астория. – Все разболелись, даже у Рафаэля температура. Всё, я побежала! Ты прости, что так, но мне правда пора. – Она растворилась в облаке каминного дыма.
Стало тихо, было слышно только тиканье часов и пыхтенье Скорпиуса, изо всех сил прижимавшегося к отцу. Потом Драко опустил сына на пол, и малыш заинтересованно посмотрел на Гарри.
– А меня Скорпиус зовут! Скорпиус Гиперион Малфой! – звонко выпалил мальчик, протягивая ему ладошку.
Гарри присел на корточки, и в этот момент Драко похолодел. Ему впервые стало страшно. Вот уже ладонь Поттера почти дотронулась до детской ручки…
Драко рывком спрятал Скорпиуса за себя.
– Пошёл вон отсюда! Наверх! Быстро! – зашипел он на Гарри, выставив вперёд волшебную палочку. – Закройся в своей комнате и не выходи!
Плечи Гарри опустились, и он послушно побрёл к лестнице. Поднявшись на несколько ступеней, он обернулся и, глядя Драко прямо в глаза, тихо проговорил:
– Ты бы ещё «место» или «к ноге» скомандовал…
И ушёл, прикрыв за собой дверь.
Драко и сам прекрасно понимал, что не надо было так резко, можно было совершенно по-другому сказать, просто он в одну секунду понял, что рисковать собственной жизнью – это одно, а рисковать жизнью Скорпиуса – совсем другое. Сердце колотилось где-то в горле.
– Пап… мне больно… – услышал он и только сейчас заметил, что всё ещё крепко сжимает плечо сына.
Он разжал пальцы и опустился перед Скорпиусом на колени.
– Скорпи, я очень тебя люблю! – Он потрепал лёгкую, словно белый пух, чёлку.
– И я тебя люблю, пап! – широко улыбнулся ребёнок. – А почему ты прогнал его? – Он вопросительно склонил голову набок.
– Я… я не прогнал… Просто… Понимаешь, Скорпи, он очень необщительный и… не любит детей. А ещё… – Было слишком тяжело подобрать правильные слова.
– Я понял, пап. Ну и ладно! Может, потом он привыкнет ко мне! Я же его обижать не буду! – горячо заверил отца малыш.
========== Глава 3 ==========
Ближе к полуночи Драко уложил сына в кровать и, поцеловав, сел в кресло рядом. Но не прошло и двух минут, как Скорпиус снова закопошился и комнату наполнил шёпот:
– Пап, па-а-а-апа!.. Ты же не спишь! Ну папа же!
– Чего тебе?! – недовольно буркнул Драко, наблюдая в темноте за мелькающей светловолосой головой сына.
– А почини моего единорожика! У него опять рожик погнулся и глазка выпала… – хныкающим тоном протянул Скорпиус.
– Скорпи, давай завтра просто купим тебе нового, а? На этом уже живого места нет!
– Нет-нет-нет, папочка, я Люфиму люблю! Ты сам сказал, что нужно беречь того, кто рядом. Вот ты старенький будешь…
– Ага, и у меня погнётся рожка и выпадет глазка, – не сдержал улыбку Драко.
– Да, папочка! Я уже буду большой и тебя починю! И всегда буду рядом. Потому что очень тебя люблю!
Вздохнув, Драко подошёл к кровати сына и, направив палочку на многострадального фиолетового единорога с основательно измятыми перламутровыми крыльями и рогом, произнёс, наверное, сотое «Репаро». Кажется, стало лучше. Во всяком случае, Скорпиус, довольно пискнув, прижал своё любимое сокровище к груди и завозился, устраиваясь поудобнее.
Драко был уверен, что сын уснул. Уверен до того момента, пока маленькие ножки не протопали мимо него к выходу и не выскользнули за дверь…
Гарри сидел на подоконнике и задумчиво рассматривал противоположный берег реки. Ночное зрение позволяло разглядеть даже мельчайшие детали. Было тихо, только в речке плескалась рыба и где-то в глубине леса копошился какой-то зверь, а ещё Гарри услышал тихое пыхтение, и уже через секунду его подёргали за пижамную куртку.
– Привет! Я знаю, что ты детей не любишь и что ты необщительный, но ты не бойся, я тебя обижать не буду! – быстро-быстро зашептал Скорпиус, сильнее сжимая в кулачке ткань пижамы.
– Тебе же папа запретил со мной общаться. – Гарри внимательно всмотрелся в лицо ребёнка.
– Ну нет, он не совсем запретил. Просто он сказал, что ты детей не любишь и… О! А посади меня тоже на подоконник, а? – обезоруживающе улыбнулся Скорпиус, и Гарри отметил, что его неожиданный маленький гость был очень похож на своего отца. Очень.
  
Гарри легко подсадил мальчика, и тот, прижав колени к груди, тут же натянул на них пижамную курточку.
Скорпиус, проследив за взглядом Гарри, поджал губы: