Даже если не бьется сердце...(СИ)

А Гарри-то, дурак, размечтался! Он ведь специально целиком и полностью сосредоточился на Скорпиусе, чтобы постоянно не пялиться на Драко. На его длинные пальцы, то и дело задевающие его, когда они вдвоём щекотали Скорпиуса; на тонкие ключицы, выглядывающие из расстёгнутого ворота рубашки, которые хотелось облизать и даже укусить, потому что сейчас можно; на капризно изогнутые губы, которые Малфой будто специально облизывал, лишая Гарри любых мыслей, кроме как о поцелуях. Хотелось всего Драко. Полностью. Чтобы как тогда, в лесу, до всхлипов, до стонов, до последней капли, до хрипоты в голосе.
  
Гарри зажмурился. Нет, ну какой же он дурак! И даже ненавидеть Малфоя не получалось, потому что тот вернул ему жизнь. Гарри уже решил, что плевать он хотел с высокой башни на чьё бы то ни было мнение об их с Драко отношениях. Где был весь этот магический мир, когда он не был человеком? Где была семья Уизли? Да всем было плевать! И только Драко находился рядом с ним постоянно – поддерживал, не давал падать духом, помогал принять себя таким, какой есть. Благодаря Драко он понял, что даже если у тебя в груди не бьётся сердце, это совсем не значит, что ты не человек, что ты не можешь чувствовать.
Драко… Гарри закрывал глаза и вспоминал, как тот признался ему в любви. Он слышал. Но, по всей видимости, это была терапия. Метод сработал – Гарри жив и практически здоров. А ещё он решил, что обязательно поговорит с Драко и попросит видеться со Скорпиусом, а там уже можно будет показать, как ему важен Малфой. Да и просто быть рядом, пусть лишь в качестве друга, что уже не так плохо.
========== Глава 17 ==========
Драко аппарировал в издательство буквально за пять минут до начала пресс-конференции. Он просто извёлся на выходных. Так хотелось заявиться в больницу, набить Поттеру его наглую физиономию за лживые слова любви! А Драко-то губы раскатал! Любит его Поттер, как же!
Гарри, конечно же, уже был в издательстве и, увидев подходящего к нему Малфоя, заметно напрягся.
– Добрый день, Поттер. Готов ответить на вопросы? – спросил Драко, поправляя белоснежные манжеты.
– Думаю, да. Хотя вообще слабо представляю, о чём говорить, – ответил Гарри, отводя глаза.
– А где же твоя шлюховатая группа поддержки? Дома ждёт? – не удержался Драко.
– К-кто? – непонимающе уставился на него Гарри.
– Мистер Миддлтон, – скривился Драко.
– Но он… Драко, ты всё не так… – Гарри хватал ртом воздух, и тут появилась Джинни.
– Прошу вас, – опасно прищурилась она, открывая двери в зал, полный журналистов.
Как прекрасно расположилась Уизлетта – по правую руку от Гарри! Драко был очень возмущён таким ходом событий, но, видите ли, репортёры хотели посмотреть на очеловеченного Поттера рядом с невестой, и Моргана с ней, что с бывшей! Всю конференцию Драко в прямом смысле слова рычал на журналистов, от чего Поттер только хлопал бестолковыми зелёными глазищами и старательно делал вид, что совершенно не понимает, с чего это Драко такой заведённый. Джиневра же, чтоб ей зараз родить столько, сколько её мамаша за всю жизнь нарожала, только хихикала и прикладывалась тупой головой к безотказному геройскому плечу. В общем, скрежет зубов Драко к концу интервью был отчётливо слышен даже на последних рядах. А как его задел вопрос о том, могут ли у Гарри быть дети!
И прежде, чем рыжая успела рот открыть, ответил:
– У Гарри детей быть не может, но у его супруги очень даже могут быть! – и тут же осёкся, уловив краем глаза новое движение головы рыжей стервы в сторону Поттеровского плеча.
Он вообще отвернулся от Гарри, дабы больше не видеть этого безобразия. Нет, ну как, скажите на милость, это называется?! Бедный-несчастный Драко столько терпел у себя дома этого горе-вампира, поил своей кровью, а теперь тот, видите ли, сидит и не шелохнётся, пока навязчивая, словно самка гиппогрифа во время течки, Уизлетта кадрит его при журналистах! Да ещё и сопляк Миддлтон со своими разговорами про смазку совершенно не шёл из головы. А ведь Гарри-то как Драко в любви признавался, лживая гриффиндорская львина!
– Драко, что с тобой? Нехорошо себя чувствуешь?
Озабоченный шёпот заставил Драко повернуть голову. Помимо заботливо-обеспокоенного выражения лица Гарри, он уловил ещё и очень недовольный взгляд Уизлетты, и желание язвить пропало. Само собой как-то отвалилось, за ненадобностью.
Драко сложил брови домиком и, тяжко вздохнув, произнёс:
– Я так устал… Голова что-то кружится. Мне бы домо…
Он даже договорить не успел, как Гарри вскочил со стула и объявил всем, что на сегодня все мероприятия окончены, а когда журналисты начали возмущаться, что пресс-конференция заявлена ещё на два часа, сказал, что непременно сообщит о времени и дате следующей встречи.
Журналисты потянулись к выходу, и Драко, облегчённо вздохнув, уткнулся лбом Гарри в плечо. Ведь, в отличие от Уизлетты, он-то точно имел на это право.
– Гарри, мне с тобой очень нужно поговорить! – Джинни положила ладони на предплечья Поттера, заискивающе заглядывая ему в глаза.
– Джинни, давай в следующий раз, а? Драко не очень хорошо себя чувствует, мне его проводить надо, – спокойно сказал Гарри, гладя под столом обтянутое дорогой тканью тощее Малфоевское колено.
Этот жест не ускользнул от глаз Джинни.
– Гарри, да всё с ним нормально уже! Он просто прикидывается! – не выдержала она, практически переходя на крик, от чего Драко болезненно поморщился.
– Уизли, если что, ну так, между прочим, я ещё не восстановился полностью после кровопотери, – вздёрнул он подбородок. – Да, и к тому же… опять же так, между прочим. Что-то я тебя не наблюдал во время реабилитации Поттера. – Драко совсем забыл, что должен был изображать умирающего лебедя.
– А что, я должна была к тебе домой идти? – подбоченилась Джинни.
– Нет! Что ты! Лучше бы, конечно, к братцу в подвал! – выплюнул Драко, всё так же сидя рядом с Гарри.
– А может, хватит?! – не выдержал Гарри, вставая и убирая руку с колена Драко, из-за чего тот возмущённо уставился на него. – Джинни, не надо повышать голос на Драко, он меньше всего заслужил, чтобы кто-либо орал на него. Тем более после того, что он сделал для меня.
– Гарри, ну неужели ты не видишь, что он просто пользуется тем, что помог тебе? – не унималась девушка.
– И он имеет на это полное право, – совсем спокойно ответил Гарри. – Он спас меня, он дал мне нормальную жизнь. И он не отвернулся от меня, когда я был… чудовищем!
– Поттер, сколько раз можно повторять, что ты всегда был человеком, просто за… – Драко накрыл ладонью кисть Гарри, лежавшую на столе.
– Просто заражённым, – устало улыбнулся Гарри, оборачиваясь к Драко – Пойдём домой, а? Я тоже чертовски устал. Быть человеком – это так утомительно.
В тот момент, когда Гарри обернулся и Драко увидел, каким теплом светились его глаза, ноги Драко подкосились бы, если бы он не сидел.
– Гарри, а… – открыла рот Джинни.
– Позже, Джинни, я пришлю тебе сову позже, – перебил её Гарри, подталкивая Драко к камину.
– Да, совсем когда-нибудь позже! – ехидно добавил Драко.
– Ну ты и язва! – Гарри беззлобно потрепал его по волосам, и спустя минуту оба исчезли в зелёной вспышке пламени.
Они вышли из камина в кабинете у Драко, и в тот же момент Скорпиус с криком понёсся к ним навстречу, повиснув у Гарри на шее.
– А ты почему не приходил? Ты меня разлюбил? – в лоб спросил он.
– Нет, ну что ты, просто дела были и…
– Это хорошо, что ты пришёл! Я соскучился! К тому же бабуля совершенно не умеет играть в рыцарей. Ты же поиграешь со мной? – сложил бровки домиком младший Малфой.
  
– Драко, можно…
– Идите уже, мне всё равно нужно будет кое-какие письма отправить, – сказал Драко, глядя на счастливые улыбки сына и Гарри.
Нарцисса спустилась к Драко, а Гарри со Скорпиусом ушли играть в комнату.
Спустя два часа Драко поднялся к сыну.
Скорпиус ёрзал на бёдрах Гарри, который сидел на полу, вытянув ноги. Они играли в крепость и немного утомились. Тем более что человеком Гарри, конечно же, стал уставать ощутимо быстрее.