Даже если не бьется сердце...(СИ)

Скорпиус внимательно проследил за ними, потом потянул Гарри к себе и повторил то же самое, что и папа, делая очень серьёзное лицо.
– Каков ваш диагноз, доктор Малфой? – изо всех сил сдерживая улыбку, спросил Гарри, глядя на ребёнка, который тут же посмотрел на отца.
– Я думаю, что тут нужен постельный режим, – почесал переносицу Драко, точно так же пряча улыбку от сына.
  
– Да, я тоже так думаю, – с готовностью кивнул Скорпиус, почёсывая нос, от чего Гарри и Драко весело рассмеялись.
Затем Гарри залез под одеяло и удобно улёгся на подушку, Драко устроился к нему лицом, и Скорпиус, кряхтя, начал укладываться между ними.
Когда Нарцисса, левитируя перед собой поднос, открыла дверь в комнату, то увидела, что все трое крепко спят: Гарри обнимал Драко, словно закрывая от всего мира, а Скорпиус лежал между ними, положив голову на согнутый локоть отца и закинув ноги на Гарри. Нарцисса улыбнулась и тихо прикрыла дверь – позавтракать они смогут и позже. Пусть спят. Пусть набираются сил.
Но к вечеру температура у Гарри не спала.
– Тебе надо в Мунго, – констатировал Драко.
– Нет, – покачал головой Гарри. – Я никуда не хочу. Мне нормально, я просто… Ты же сам говорил, что температура – это нормально.
– Да, это нормально, но только в первые сутки. Я переживаю. Мы уже через столько прошли. Пожалуйста, ради меня. – Драко придвинулся к хмурому Гарри ближе.
– Может, до завтра ещё подождём, а?
– Нет, давай не будем рисковать. Я напишу Забини, кроме того, пошлём сову Гермионе, чтобы она посидела с тобой. Я ей доверяю, но как только сам буду в норме, то сразу её подменю. Я серьёзно, тебе сейчас лучше в Мунго.
Гарри кивнул и уткнулся носом в наволочку:
– Я её с собой возьму, ладно?
– Кого? – удивлённо спросил Драко.
– Подушку. Она тобой пахнет, – отвёл глаза Гарри.
– Ты в курсе, что ты маньяк? – улыбнулся Драко и, взяв волшебную палочку, призвал пергамент и перо.
Через несколько минут он отправил двух сов: одну в дом Уизли, вторую – своему другу Блейзу Забини, который был одним из ведущих колдомедиков в отделении реабилитации пострадавших от заклятий.
Забини аппарировал за Гарри чуть больше часа спустя, уверил Драко, что беспокоиться не о чём и что он даже останется в ночную смену, если понадобится.
И Драко отпустил Гарри, однако на душе было очень неспокойно. В общем и целом он уже чувствовал себя гораздо лучше, чем в первые два дня. К вечеру он даже спускался вниз и сидел с документами в кабинете, пока Гарри спал.
Сейчас, когда Блейз, забрал Гарри в больницу, в душе Драко появились сомнения: а будет ли Гарри так же нуждаться в нём теперь, когда он может выбирать, как жить дальше. Может, то, что Поттер считал любовью, на самом деле было благодарностью и восхищением? Ведь по большому счёту Драко был единственным, кто оставался с Гарри всё это время. Теперь он человек, и волен жить так, как хочет, а не так, как велят обстоятельства.
Драко обязательно поговорит с Гарри. Потом. После больницы. Когда всё успокоится и пройдёт какое-то время. Ведь самое главное то, что он жив.
========== Глава 16 ==========
Гарри лежал в отдельной палате. Он проснулся очень рано, когда только начало светать, и сейчас смотрел на восходящее солнце – до рези в глазах, до слёз. Он – человек!
Он чувствовал, как мёрзнут его ноги на холодном полу, как солнце приятно греет лицо, касаясь кожи золотыми лучами, как колется ярлычок от футболки. И это было здорово!
Гермиона так и не пришла, но самым странным было даже не это, а то, что она не прислала сову. Гарри успокаивал себя тем, что она всё же написала Малфою.
Он полностью погрузился в размышления, когда услышал, как скрипнула дверь в палату и в проёме появилась белобрысая макушка.
– Доброе утро, – улыбнулся Драко, продолжая стоять за дверью практически полностью. – Поттер, да вытащи ты хоть коленки из-под футболки! Как Скорпиус, ну ей-Мерлин! – рассмеялся он, глядя на выпрямляющего ноги краснеющего Гарри.
– А почему ты не заходишь? – перевёл тему тот, любуясь счастливым лицом Драко.
– Закрой глаза, – хитро улыбнулся он.
Гарри повиновался. Он слышал, как скрипнула дверь, как щёлкнул на ней замок. Чувствовал, как прогнулась кровать, когда Драко присел на неё, и услышал тихое:
– Открывай.
Драко сидел на кровати в больничной палате и держал в руках три огромные разноцветные порции сладкой ваты. Счастливые зелёные глазищи, совсем такие же, как у Скорпиуса, с неописуемым восторгом смотрели то на лакомство, то на Драко.
– Драко, ты… ты… Ты самый лучший, ты понимаешь?! Ты самый… – Гарри радостно подпрыгнул на кровати, а Драко смущённо отвел глаза.
– Ты есть-то будешь? – хмыкнул он протягивая Гарри одну порцию, а вторую ставя в вазочку для цветов.
Гарри сидел такой счастливый, откусывая от своего белоснежного облака, оставляя не только вокруг губ, но и на кончике носа кусочки сахарной ваты. Драко же аккуратно отщипывал понемногу от своей порции.
– М-м-м! Драко, как же вкусно! Ты волшебник, ты знаешь? – счастливо жмурился Гарри.
– Вообще-то я догадывался об этом примерно так с рождения, но вот сейчас ты сказал, и я полностью убедился, что так оно и есть, – хохотнул Драко.
– Спасибо тебе большое! Так вкусно и так… приятно!
– Да, в принципе, не за что, – смущённо улыбнулся Драко и облизал подушечку большого пальца.
Гарри гулко сглотнул.
– Что-то не так? – спросил Драко
– Н-нет… Всё супер. Просто ты… А у тебя с каким вкусом? – глухо отозвался Гарри.
– На, попробуй. – Драко с готовностью отщипнул от своего ярко-розового облака приличный кусок и поднёс ко рту Гарри.
Гарри послушно взял лакомство. Пальцы Драко погрузились во влажный рот, а язык принялся, лаская подушечки, слизывать всё, до последней сахаринки. Это было, наверное, самое вкусное, что пробовал Гарри: сладкая вата и вкус Драко.
По коже Драко пробежали щекотные мурашки, и тепло, исходившее ото рта Гарри, от кончиков пальцев растеклось по всему телу, скапливаясь внизу живота. Драко убрал пальцы, и Гарри вопросительно уставился на него.
– Что ты так смотришь? Ну, мало ли что у тебя на уме, Поттер! Вот возьмёшь и откусишь, – пытаясь придать лицу непроницаемое выражение, проговорил Драко.
– Даже и в мыслях такого не было. Все знают, что слизеринцы ядовитые, – отмахнулся Гарри, поглощая вату.
– Да, мы такие, – задрал нос Драко. – Кстати, где Грейнджер?
– А я не знаю, – пожал плечами Гарри. – Я думал, что она тебе ответила. Её не было. Может, у них что-то случилось? Надо связаться по камину.
– Не переживай, найду я Грейнджер и сразу сообщу тебе. Ладно, отдыхай, мне уже идти надо, – улыбнулся Драко, вставая с кровати.
– А ты когда ещё придёшь? – Гарри посмотрел Драко в глаза.
– Если сегодня больше не получится, то завтра точно. И не переживай, Забини сказал, максимум, что тебе грозит, это пробыть здесь до конца недели.
– Хорошо… Мне нужно будет поговорить с тобой. – Гарри посерьёзнел, а Драко стало совсем не по себе.
– Ладно. Ты выпишешься, и мы поговорим. Отдыхай, – кивнул он и вышел.
Вот чего не ждал Драко, так это толпы журналистов у входа, среди которых была Уизлетта. Ну как же, она же одна из ведущих репортёров «Ежедневного пророка», как она могла пропустить сей жареный факт! Вопрос в другом: откуда она узнала?
– Мистер Малфой, вы совершили настоящий прорыв и изобрели лекарство от вампиризма. Расскажите об этом подробнее!
– А Гарри Поттер, пока был вампиром, кого-нибудь кусал?
– На вас нападал мистер Поттер, пока был вампиром?
– А где находился Гарри Поттер, пока вы его лечили?
  
Посыпался град вопросов. Драко сжал челюсти, метнул свирепый взгляд на Уизлетту и, процедив: «Без комментариев!», – аппарировал.
А дома его ждала Гермиона.
– Драко, мне так жаль! Мы с Роном вчера были в министерстве на приёме, а Джинни сидела с Рози. Она и получила твою сову. Мне очень жаль! – оправдывалась она.