Жестокая нежность (СИ)
Потом поднимаемся в нашу спальню, но хочу взглянуть на Макса, убедиться, что он крепко спит и одеялом укрыт. Не хочу, чтобы ребенок замерз.
— Ты куда? — останавливает Ян, обвивая рукой мою талию.
— Зайду к Максу.
— Сладкая моя, — он касается легким поцелуем. — После того, что ты с нами сделала, просто обязана выйти за нас замуж.
— За вас? И что же я натворила?
— Да, за нас. Приручила меня, что можешь веревки вить, и Максу сразу понравилась, о нем родная мать никогда так не заботилась. Применила запрещенные методы. Поэтому должна…
— Это предложение? — хитро улыбаюсь.
— Это констатация факта, — твердо заявляет он. — Не отвертишься.
— А я не собираюсь сопротивляться, — смело говорю, намекая, что готова. — Хотя в моих действиях нет ничего особенного.
— Есть. Ты умеешь любить — это бесценно.
Утром ощущаю тяжесть в ногах, будто сверху что-то положили. Пытаюсь повернуться, но не могу. Открываю глаза. И вижу, что там лежит Макс. Он и придавил мои ноги, не давая пошевелиться. Я не сильно удивилась его приходу. Сама в детстве часто пробиралась к родителям в спальню.
Аккуратно подтянув к себе ноги, чтобы не разбудить мальчика, встала.
«Как сладко он спит и смешно сопит… И так похож на Яна…» — провела рукой по его светлым волосам, не удержалась и поцеловала в лоб, ощутив детский и такой чудесный аромат — молочно-медовый.
Взяв нелегкого Макса в руки, уложила на подушку и укрыла одеялом.
«Мои мальчики» — улыбнулась своим мыслям, а главное, проснувшемуся материнскому инстинкту и желанию стать ею для него, насколько это возможно.
Смотреть на них могу сколь угодно долго… Мои…
Пока они спят, решаю заняться завтраком.
Спускаюсь по лестнице и не сразу слышу маленькие шаги вдогонку.
— Тина? — звонкий голос Макса.
— Ты проснулся? — какой он забавный, даже волосы топорщатся в том же месте, как у отца.
— Да. Давно. Не хотел будить вас…
— Я уже собиралась вставать…
— Что ты будешь делать? — интересуется он.
— Сначала умоюсь, потом буду оладья печь. Ты любишь оладья?
— С джемом? — уточняет, а на лице такая серьезность, словно важный вопрос решает.
— С чем захочешь: джем, сметана, сгущенка…
— Тогда буду. Все хочу!
— Пойдем, умоемся, — протягиваю руку, за которую он быстро схватился. — Поможешь мне готовить?
— А можно?
— Конечно, — улыбаюсь его постоянным вопросам и блеску, что загорается в глазах, когда слышит что-то интересное для себя.
Уже на кухне доверяю ему взбить яйца с сахаром. Макс залез на стул коленями и усердно старался, морща свой нос. Остальное доделала сама.
На аромат готовой еды спустился Ян. Когда заметила его в дверях за подглядыванием, такого довольного, поймала себя на мысли, что мы заслужили наше счастье. Он — после неудачных попыток устроить личную жизнь, в которой все сводилось к коротким связям (даже не отношениям), что превратило его в циника на долгое время. Что касается меня, то встреча с ним — награда изголодавшейся душе по теплу и любви…
— Папа! — Макс, увидев отца, кинулся к нему обниматься.
Держа на руках сына, Ян подошел ко мне и поцеловал.
— Доброе утро.
— Доброе… — стесняюсь немного, поэтому сразу предлагаю: — Давайте, поедим…
Макс уплетал с таким заразительным аппетитом, что невозможно устоять, и мы присоединяемся к нему.
— Я все. Спасибо, — говорит Макс и слезает со стула. — Мультики буду смотреть.
— Макс? — зову его. — Ты ничего не забыл? — уточняю.
Мальчик внимательно смотрит. И не понимает, что хочу от него, ведь поблагодарил. Пожимает плечами. А потом подходит ко мне и целует в щеку жирными от еды губами.
— Уверен, что точно все?
Не понимает и целует вторую щеку, оставляя еще один жирный след.
— Макс. Руки вытри и рот, а лучше помой, — улыбаюсь.
— А, забыл! — смеется.
Берет салфетку, вытирается сам, потом мои щеки. И от его заботливого жеста я пропала… Это ребенок покорил меня навсегда.
Виолетта Павловна и мама вернулись к одиннадцати часам. И мы смогли уехать. Надеюсь, они справятся… Макс не растерялся и решил, что две бабушки лучше и наградил мою маму этим званием досрочно. Она, конечно, растаяла от таких слов. Этот ребенок никого не оставит равнодушным.
У Яна накопилось много работы и сегодня я нужна, чтоб помочь с бумажными делами. Такой возможности провести весь день вместе только рада.
— Тина? Надо решить вопрос с практикой.
— Да, много пропустила… Ничего не успеваю…
— Только скажи: и я закрою этот вопрос навсегда, необходимости ходить туда не будет, более того, даже диплом можешь получить раньше, основания найдутся.
Я нахмурилась. Идея мне не по душе.
— Ты уже отучилась, остальное — формальности, — настаивает он.
— Не знаю… Как-то это…
— Нормально это. Никто не сомневается в твоем уме.
— Все можешь? — он отвлекается на пару секунд от дороги и улыбается уголком губ.
— С одной стороны, я не хочу разрываться, и это было бы кстати, но…
— Хватит сомневаться. Не можешь решиться — тогда решу за тебя.
— Ян…
— Займись лучше творчеством. И я все еще жду обещанную картину. Ты на самом деле талантлива. То, что сделала для Макса — это потрясающе.
— Хочу твой портрет попробовать написать.
— Только не это…
— Это условие: я соглашаюсь на твое вмешательство в свою учебу, а ты — будешь моей моделью.
— Что ж… Разумный компромисс… Шантажистка!
— Беру пример с тебя.
Домой возвращаюсь одна.
Ян задержится, рабочего дня не хватило на решение разных вопросов.
По пути заезжаю в квартиру, обмерить комнату, из которой тоже планирую сделать детскую, комфортно должно быть везде, в городе мы тоже будем оставаться.
Неожиданно для себя, думаю, что хочу ребенка. Одного похожего на Яна мне мало. А Макса я уже считаю своим и отношение к нему не изменится — никогда не почувствует себя ненужным и одиноким. Мне кажется, он обрадовался бы сестре или брату. И из него получился бы хороший помощник и старший брат. Надо аккуратно у него спросить.
Но не тороплю ли я события? И предложение пока не услышала… От романтики и красивого жеста не откажусь. Увидеть Яна, стоящего на коленях передо мной, по- моему, звучит заманчиво. Я подожду его действий, и не без удовольствия, посмотрю, что он скажет.
«Что-то я увлеклась» — оглядев комнату, выхожу из квартиры.
На первом этаже дома есть супермаркет, захожу туда и покупаю разные сладости, думая о Максе. Не могу вернуться с пустыми руками.
При виде меня, он несется навстречу, чуть не сбивая с ног. Обнимает за талию, уткнувшись в живот. Так приятно, что чуть не плачу, особенно после разыгравшихся мечтаний.
— Я скучал, — громко говорит Макс.
— Я тоже, — присаживаюсь возле него. — Смотри, что у меня есть.
Показываю пакет. Он открывает его, глаза расширяются от удивления. Как мало надо этому ребенку для радости.
— Это все мне?
— Тебе. Но если хочешь поделиться с кем-то — я не против.
— Всех угощу! — целует меня в щеку и бежит в оранжерею, выкрикивая имя бабушек, уже двух.
***
На часах десять вечера и Яна пока нет…
Что бы время пролетело незаметно, пока жду его, отвлекаюсь чтением, погрузившись в сюжет, так похожий на нашу встречу, словно столкновение, дальнейшую борьбу за право быть счастливыми и отношения на грани противоречивых чувств…
Это заставило вспомнить события последних месяцев.
Отложив в сторону книгу, увидела жмущегося в дверях Макса. Он неуверенно переминался с ноги на ногу.
— Не спится? — спрашиваю и похлопываю по кровати рядом с собой. — Ложись, пока папа не пришел. Все равно не сплю.
— Правда, можно?
Киваю. И он радостно прыгает в постель.
— Сказки любишь?
— Не знаю… Мама не читала. Няня всегда мультики включала или конструктор давала, чтобы «не путался под ногами» — так она говорила. Но картинки в книжках я люблю смотреть.