Плен – не подчинение (СИ)

Он смотрел на меня с тем же вызовом. Мол, «Ты же можешь выбрать меня, в чем проблема?!» Да, действительно.
— Лайфорд считает, что мы пара, — произнесла я. Хотя на ответ это не очень походило.
— Лайфорд не входит в список претендентов. Я пообещал его покойной матери, что позабочусь о ее единственном сыне. Соответственно, у Лайфорда будет пара, которая родит ему чистокровное потомство. Не ты. И к тому же, разве ты захочешь быть парой того, кто привел тебя сюда как приманку для более крупного зверя?
Я метнула недоуменный взгляд на Лайфа, и то, что отразилось на его лице, нельзя было назвать ничем другим кроме как безысходностью. Сожалением. Тоской.
— Хм… Разве он не рассказал тебе о пророчестве? — удивился альфа. — А я думал, что раз он считает тебя своей парой, то подготовит к тому, что, в конце концов, я убью твоего брата. Видишь ли, есть одно старое пророчество, которое гласит, что метис свергнет меня и займет мое место. Но разве я могу позволить подобной глупости случиться? Речь, конечно, о Колтоне. Он из вас единственный, кто смог бы бросить мне вызов в будущем. Сейчас, пока он недостаточно силен для меня, я должен изменить судьбу. Эрик был хорошей приманкой, но ему удалось сбежать. Лайфорд должен был присматривать за ним и прозевал. За это получил наказание. Но исправился, когда привел тебя. Теперь приманка ты, Тарин. И на этот раз я своей ошибки не повтор, присматривать за тобой будет другой ищейка.
Мы с Лайфордом смотрели друг на друга, а слова альфы в этот самый момент нещадно рвали все те мостики, что мы выстроили. Все наши связи. Все до единой.
— Выбирай, — повторил альфа. Я в это время пыталась просто дышать и не свалиться со стула.
— Пророчество? — переспросила я, и в моей голове мельком пролетели какие-то образы и звуки. Котелок с кипящим варевом, женский заливистый смех, какая-то девушка позвала меня по имени, а потом с обвинением заявила: «Жизнь подкинула тебе раскаленных камней под ноги, но вместо того, чтобы сплясать ламбаду, ты просто стоишь и позволяешь своим ступням гореть».
Эти слова так сильно зацепили меня. Я прокручивала их снова и снова, находясь в реальности лишь наполовину.
— Ему больше лет, чем тебе, — ответил альфа, беззаботно запивая еду вином. — Старая ведьма, которая служила моему отцу, оставила перед смертью нелепое предсказание. Якобы нечистокровные отпрыски моего младшего брата, рожденные вне стаи, вернутся сюда и займут мое место. Мы с твоим отцом Джеремаем были дружны в детстве. Он не верил в эту чушь, для него связь с какой-то волчицей была так же омерзительна, как и мне.
С этими словами он поднял глаза на Лайфорда, смотря на него с неприкрытым осуждением. Ведь я тоже была отчасти волчицей. Чем-то мерзким и постыдным в глазах альфы.
— То, что произошло с моим братом, я не могу назвать никак иначе, как помешательством, — продолжил альфа зло и на этот раз уставился на меня, как на причину своих бед. — Я бросил вызов альфе той стаи, где жила твоя мать. И он проиграл, а все его оборотни стали моими. Мне волки ни к чему, я отдал их своему союзнику в обмен на поддержание мира между нашими стаями на сотню лет. Вудворду. Слышала о нем?
То, как Харрисон вопросительно поднял бровь, и как в его глазах мелькнуло садистское удовлетворение, заставило мое сердечко сжаться в болезненный комок.
— Бесполезный кусок дерьма, — продолжил он. — Не продержался и двадцати лет, как его уничтожили. Но твоя сука мать даже не попала к нему. Джеремай тихо вывез ее и спрятал на нейтральных землях. Нашел какую-то ведьму, которая дала волчице маскирующее зелье. И потом приезжал к ней из года в год и делал новых ублюдков. Знал о гребаном пророчестве и все равно предавал меня!
Харрисон стукнул бокал об стол, припечатав его ладонью. Ему было плевать на кровь. Мне тоже. Я смотрела ему в глаза со всей ненавистью, что скопилась за годы к этому гаду. Он знал, что я его ненавижу, не мог не знать. И ненавидел меня так же.
— А когда я узнал о вас, он вас спрятал, — продолжил он цедить каждое слово. — Сам пришел ко мне на ковер. Встал на колени и начал просить о прощении, заверяя, что всех метисов убил. А твоя мать, эта дрянь, она просто околдовала его. Он не ведал, что творил. Десять лет! Знаешь, как я поступил с ним тогда?
 
— Убил, — ответила я, и по моим щекам покатились слезы, которых я уже даже не чувствовала. Или привыкла к этой горечи, что застыла комом в горле.
— Разорвал на куски, — в красках описал этот урод. — На глазах у всей стаи, чтобы никому повадно не было. Чтобы все запомнили, какая участь ждет любителей замарать нашу кровь.
Он заслуживал смерти. Видит бог и все силы вселенной, что столь темной душе нет места в этом мире. И, черт возьми, если это пророчество правда, то пускай оно сбудется как надо. Я буду только рада, если Колтон убьет урода. Харрис поднял ладонь, вытащил из нее осколки и начал обтирать салфеткой.
— Признаться, с годами я стал мягче. Попади Джеремай ко мне сейчас, возможно, я бы сохранил его жизнь. Я был слишком расстроен его предательством, поглощен яростью. О чем сейчас жалею. Все же он был моим братом. И в знак моей любви к нему, я пообещал себе пощадить тех его детей, которые присягнут мне на верность.
Он злобно усмехнулся.
— Эрик и Колтон отказались. Я давал им шанс. Даю его теперь и тебе. Ты можешь выбрать себе самца, принять меня, как своего альфу. И тогда живи себе спокойно в стае, доживай свой срок.
Я улыбнулась, послала эту злую, горькую ухмылку Лайфорду. Он смотрел на меня с каким-то отрешенным тихим ужасом.
— Скажи мне только одно, дядя, — попросила я. — Ты посылал своих ищеек, чтобы те нашли и убили нас с Колтоном, когда мы были детьми?
Он развел руками — я увидела боковым зрением, но смотрела исключительно на Лайфа. Мне надо было видеть его лицо, когда он услышит правду от альфы.
— Кто бы не сделал того же, будь он на моем месте? Убрать врагов, пока они еще не обрели силу — самый простой путь. Но мой колдун, Клодий, заверил, что есть и другой. Мы заключили с ним сделку. Вы все трое нужны ему для исследований. Он уверен, что ваша внутренняя сила уникальна, и он хочет изучить ее. Эрик принес ему много пользы. Теперь твоя очередь быть подопытным кроликом. За то, что все еще жива и невредима, ты должна благодарить Клода.
Лайфорд… Он казался совершенно закрытым. Такой себе закупоренной консервной банкой без единого намека на содержание. Но я все равно чувствовала, что он на грани взрыва прямо сейчас.
— Ты знал? — спросил он огрубевшим и осипшим голосом. Альфа медленно перевел на него недоуменный взгляд. Но Лайф продолжал смотреть только на меня. Безжизненно. — Ты знал, что Тарин была у Вудворда в плену? Она и Колтон?
Харрисон расслабленно откинулся в кресле и сомкнул руки в замок на коленях.
— Возможно, он несколько раз упоминал о том, что его новые игрушки — полукровки. Он не называл имен.
— Но полукровок в наше время не так и много, не так ли? — задал риторический вопрос Лайф, этим и закрепляя ответ. Конечно, этот ублюдок знал, раз они с Вудвордом дружили. Дерьмо тянется к дерьму.
Харрисон не стал на это отвечать. Он вновь изучал меня.
— Лайфорд подавал большие надежды. Я даже подумывал сделать его своим приемником в будущем. И он вновь доказал мне свою преданность, когда привел тебя.
Эти слова стали последним четким звуком, прозвучавшим в комнате. Лайфорд взревел и в момент обращения откинул стол, пытаясь смести им Харрисона. Но тот, предвидев этот выпад, резко отскочил в сторону и сам начал обращаться. Он подал своим оборотням какой-то знак, и все пятеро накинулись на Лайфорда прежде, чем тот успел дойти до главаря.
 
Я сидела на стуле как приклеенная, и не могла пошевелиться от сковавшего меня ужаса. Лайф, кажется, был готов бросить вызов альфе. Но Харрисон, обратившись, оказался огромным медведем. Намного… Намного больше Лайфорда. Теперь я понимала, что только избранный способен победить этого монстра. Кажется, даже Колтон не был настолько большим.