Оставьте меня в упокое! (СИ)

Я хочу ответить спокойно, но… голос предательски срывается.
— А то Вы не знаете, почему! Раз уж помните имя моей сестры, то должны знать, какая участь ее постигла на отборе! На том самом отборе, куда по Вашей милости, между прочим, еду я! И знаете, я, конечно, сразу поняла, что Вы — тот еще гад! Но говорить о моей мертвой сестре в подобном ключе, это…это, — я буквально задыхаюсь от злости, — это не смешно! Совсем не смешно!
Маг смотрит на меня так, будто у меня отросла вторая голова. Неужели не ожидал подобной вспышки гнева? Или полагал, что раз я теперь знаю, что он — советник самого светлейшего, то буду молчать в тряпочку?
Я жду, что Дариан Хеверсби попытается отплатить мне той же монетой. Скажет что-нибудь колкое или вообще ударит заклинанием. Но он лишь серьезно произносит:
— Да, это совсем не смешно.
Дальше мы едем молча, не проронив ни звука. Каждый из нас думает о своем.
Постепенно мой гнев оседает, как та пыль, что поднимается на дороге после наших коней. Кстати, о последних. Скакуны в последнее время ведут себя беспокойно, и это явно не моя разыгравшаяся фантазия. Словно братья близнецы они то и дело всхрапывают, а их уши тревожно дергаются. Всем телом я чувствую, что животное подо мной напряжено. Не долго думая, я останавливаю коня и соскакиваю с него. Я глажу вороного, заглядываю в его карие глаза, разговариваю с ним, убеждая, что все в порядке. Краем глаза замечаю, что советник полностью отзеркаливает мои действия. Разница лишь в том, что на своего скакуна он воздействует… магией? Что за чертовщина?
Я открываю рот, чтобы поинтересоваться у Дариэна Хеверсби что происходит, но тут же замираю, ощущая каждой клеточкой своего тела, как сгущается вокруг нас воздух.
А затем на поляне появляются они. Одним неуловимым движением, словно призраки. Такие разные, но одинаковые в своей идентичности. На лице каждого будто застыла восковая маска. И лишь две детали выделяются яркими пятнами на этих масках. Первая — это горящие голодом глаза. И вторая — удлиненные клыки, которые по остроте могут посоперничать с самыми заточенными кинжалами.
В моих жилах стынет кровь. А в голове лихорадочно бегает лишь одна мысль:
«Тьма! Ну почему, почему я не засунула свою гордость куда подальше и не развернула коня обратно.»?
Потому что нас советником взял в кольцо клан вампиров.
Первое правило при встрече с неизученным видом нежити — не терять самообладание. Второе — не делать резких движений. Ну а третье — защитить более слабого спутника. И пусть вампиры — не нежить, в обычном понимании этого слова, но в своем стремлении убивать все и вся они ушли недалеко. Поэтому я поступаю точно также, как если бы действовала на одном из рейдов.
Я замираю на месте, будто врастая в землю. Попутно формирую в голове заклинание. Увы, боевая магия — не моя специализация. Но кое-что я все же умею. Я делаю сумасшедший коктейль из смеси убойного, упокоительного и развоплотительного плетений. У меня нет уверенности в том, что это сработает. Но это всяко лучше, чем дожидаться участи быть выпитой досуха.
О том, что в походном мешке у меня лежит с пару дюжин сильнейших зелий и эликсиров, я вспоминаю гораздо позднее.
А пока я принимаю оборонительную позу. Вжимаю голову в плечи. Прикрываю руками живот. Не зря же ходят слухи, что именно шея и живот — две излюбленные части тела для кровососущих?
Ах, да…Дариэл Хеверсби. Надеюсь, он не будет путаться под ногами и не попадет под горячую руку? На всякий случай чуть слышно приказываю:
— Не мельтешите.
Все. Я готова к атаке. Я собрана, словно кобра перед прыжком. Пусть кто-то только попробует к нам приблизиться. И, будто в ответ на мои мысли, одним неуловимым движением вперед выступает вампир. Он как две капли воды похож на своих сородичей, и в то же, время, кажется куда старше и матерее. Неужели, главный?
Я концентрируюсь еще больше. Наращиваю силу, черпая ее изнутри в большом объеме. Немигающим взглядом прощупываю малейшее движение главаря. Чтобы знать, в какой именно момент лучше всего ударить. Когда он будет уязвимее всего.
 
Скорее всего вампир чувствует магию, идущую от меня. Но это не страшно. Пусть знает. Пусть знает, что я не сдамся без боя! Что я отказываюсь быть десертом для его клыков!
Однако, главарь удостаивает меня лишь одним мимолетным взглядом. Таким смазанным, будто я всего лишь букашка под его ногами.
А затем устремляет настороженный прищур алых глаз в сторону советника.
— Приветствую, лорд Дариэн. Могу ли я узнать, чем обязан Вашему визиту?
Эти двое — знакомы? В неверии трясу головой. Нет, такое решительно невозможно! Всем известно, что вампиры — это порождение зла! Никто в здравом уме не будет вести с ними дела! Но ответ лорда прямо противоположен всем законам логики.
— И вам того же. Мимо проезжал. Дай, думаю, загляну к старым знакомым. На огонек погреться. — Тон советника насквозь пропитан привычной насмешкой. А вот в голосе упыря чудится опаска.
— Неужели?
— Ставите мои слова под сомнение? — Знакомо выгибает дугой бровь лорд.
Проходит несколько томительных секунд, в течении которых я задаюсь вопросом, — «не зря ли я выбрала выжидательную тактику»?
А затем вампир расплывается в оскале, от которого низ живота скручивает, и делает приглашающий жест рукой.
— Будем рады гостям в нашем логове.
Советник коротко кивает, будто ничего иного и не ждал, и поворачивается в мою сторону.
— Лорен, не возражаете, если я поработаю с Вашим скакуном тоже? Животные не любят вампиров.
«Да кто их вообще любит?», — проносится в голове. Но я лишь молча отхожу в сторону, позволяя Дариэлу Хеверсби успокоить вороного. Несколько ударов сердца — и конь стоит смирно и сморит стеклянным взглядом вперед.
Подозреваю, что мы с ним сейчас здорово похожи. Потому что мои движения, как и движения вороного, происходят скорее по инерции. По инерции позволяю советнику заняться скакуном. По инерции опускаю ладони, которые чуть немеют в районе кончиков пальцев от не выпущенного на свободу плетения. А еще — я по инерции иду вперед. Вперед по тропинке, вслед за вампирами. И пусть я замыкаю шествие, но от факта, что меня и кровососущих разделает лишь широкая спина лорда Хеверсби, здорово не по себе.
Какое-то время я иду вперед совершенно безропотно. Даже не стараясь запомнить дорогу. Точь-в-точь, как зачарованные скакуны. Разница лишь в том, что я не нахожусь под воздействием магии.
А потом меня посещает нехорошая догадка и меня окутывает ореолом ярости. А ведь мне тогда не показалось! За нами действительно следили! И советник это знал! Не мог не знать, раз уж в курсе, что здесь обитает целое поселение вампиров! Гад! Какой же он гад!
Я улучаю момент, когда, как мне кажется, наши сопровождающие теряют к нам всякий интерес, и гневно шиплю в адрес советника:
— Вы мне соврали!
— Когда это?
— Когда сказали, что мне только кажется, будто за мной следят!
— Допустим, деревья за вами действительно не наблюдали, — протянул мужчина, ничуть не смутившись.
— Вы…Вы… — у меня не то, что слов нет, у меня едва искры из глаз не сыплются!
А советнику хоть бы хны. Мужчина лишь ухмыляется и возвращает мне мои же слова:
— Лорен, не мельтешите.
Увы, ответить наглецу я не успеваю. Потому что тропинка, по которой мы идем, вдруг заканчивается.
И все же, я не намерена спускать с рук советнику его поведение. Мысленно даю себе обещание еще вернуться к этому разговору. Чуть позже. Когда не будет лишних ушей. Я заставлю Дариэла Хеверсби со мной считаться, чего бы это не стоило!
 
А пока я вытягиваю шею, в попытке что-то разглядеть за спинами наших сопровождающих. Как выглядит жилище вампиров? Что-то вроде склепа? Или кладбища? Быть может, они и вовсе живут в норе под землей? Меня раздирает любопытство.
И каково же мое удивление, когда передо мной оказывается самая обычная с виду человеческая деревушка! С избами в два ряда и оградами в виде побеленного забора. С огородами разной степени ухоженности. С колодцем. Здесь даже живность есть! По улице бегают куры и индюшки. А где-то в загонах слышится поросячье хрюканье. Единственное, что отличает это место от обычного поселения — это отсутствие детей. Их здесь нет. Только взрослые вампиры обоих полов. Они внимательно осматривают нас с ног до головы, но нападать не спешат. Судя по всему, здесь царит жесткая иерархия. И без разрешения вампира, которого я мысленно окрестила главарем, к нам никто и пальцем не притронется.