Владетель Альдеррийский (СИ)

— Эддард! — воскликнул знакомый голос и от медвежьих объятий прогнулась кираса и захрустели кости, — Вот это встреча! А мы тебя уже похоронили давно!
— Деккер, здорово! Я тоже рад тебя видеть, — Эдик с трудом вырвался из рук Орденского Рыцаря, — Отпусти, сломаешь. Вот ведь медведь здоровый.
— Ты как здесь очутился? — продолжал удивляться гигант.
— Давай об этом позже поговорим, — отмахнулся от расспросов парень. — Мне надо туда.
Эдик уже совсем собрался бежать к увиденному сверху порталу, когда его остановил чародей. Причём обращаться к незнакомцу напрямую он почему-то посчитал ниже своего достоинства.
— Мы не можем допустить, чтобы непосвящённый спутал нам все планы, сэр Деккер, — орденский маг выступил вперёд, — У нас персональный приказ Первого Магистра Ордена!
— И какой же? — не удержался от язвительного вопроса Эдик.
— Нейтрализовать троих Осквернителей! — снизошёл до ответа чародей, смерив парня пренебрежительным взглядом.
— А ничего, что я двоих уже того? Нейтрализовал? — если бы слова могли источать вложенный в них яд, собеседник Эдика уже давно отравился. — Вы не могли не заметить мои заклинания.
— Это попросту невозможно. Настолько мощная стихийная магия недоступна никому из ныне живущих волшебников. Не сто́ит приписывать себе несуществующие заслуги, молодой человек! — не поверил ему чародей.
— Да о чём тогда с тобой вообще разговаривать! — разозлился парень. — Деккер, мы зря теряем время.
— У меня связаны руки, Эддард, — виновато промолвил рыцарь. — Приказ начальства, я не могу его нарушить.
— Я лорд Альдеррийский и у меня тоже приказ! — разозлился Эдик, — Сам король разрешил мне действовать по своему усмотрению!
От такого известия Деккер опешил и потерял дар речи. Ещё бы! Он-то помнит ничего не понимающего паренька, случайно встреченного в подземельях замка. А теперь, поди ж ты! Лорд Альдеррийский. И вдобавок заявляет, что владеет стихийной магией на уровне, недоступном даже магистрам ордена. Онемеешь тут.
— Если у вас нет письменного подтверждения, заверенного королевской печатью, то мы будем разбираться с вашим случаем позже, — продолжал настаивать на своём занудливый маг, хоть и слегка сбросил обороты. — А пока я вынужден вас попросить отойти в сторону и не мешать нам выполнять волю Первого Магистра.
— Да видал я вашего магистра…
Где видал Первого магистра ордена Эдик рассказать не успел. Над сопкой показалась голова с парой пронзительных глаз, сверкающими из-под капюшона. И глаза эти сияли сапфировым цветом. Цэнхер-Нудтэй, Эдик не ошибся в своих предположениях.
Погонщики Скверны не упускали ни единого шанса получить преимущество. Не упустили и на этот раз. Люди слишком увлеклись перетягиванием одеяла и потеряли инициативу после стремительной атаки с воздуха. Может быть, если орденские бойцы ударили сразу же, или сам Эдик развил бы успех, то Осквернители предпочли убраться восвояси по-тихому. Но у затянувшейся после нападения паузы не было вразумительных объяснений, и Цэнхер-Нудтэй решил лично выяснить, в чём тут дело. И не прогадал. Застал своих преследователей врасплох и абсолютно не готовыми к незамедлительным действиям.
Деккер только зубами скрипнуть успел, увидев давнего противника. А потом Синеглазый ударил. Ветвистых молний, вылетевших из его рук, хватило бы, чтобы всех без исключения превратить в пепел. Да так бы и произошло не среагируй Эдик вовремя — успел ответить Водяными Кругами. Защитным заклинанием из небольшого списка, которыми он владел. Круги с треском впитали электрические разряды, на этом магическое противостояние закончилось. Осквернитель исчез за сопкой, а орденские командиры вспомнили, зачем они вообще тут находятся.
Расклад оказался хуже, чем был в первую встречу с Синеглазым в замковых подземельях. Это стало ясно, когда отряд выскочил на вершину холма. И тот факт, что сейчас бойцов было в три раза больше, чем тогда, совершенно не спасал ситуацию. Погонщиков Скверны тоже было много. Штук восемь, если не считать самого Цэнхер-Нудтэя.
 
Эдик успел заметить, как они возятся с конструкцией, похожей на замысловатый алтарь, пытаясь запихнуть его в зеркало перехода. А потом стало не до наблюдений. Цэнхер-Нудтэй рыкнул что-то своим соплеменникам, видимо, чтобы поторапливались, и швырнул в людей новым заклинанием.
— Вниз! — заорал Деккер, плашмя падая на снег.
Но сделать это успел только он. А Эдика не зацепило лишь потому, что он стоял немного в стороне. Чужеродная магия мелькнула у, падающего ничком, рыцаря над головой чернильным росчерком и накрыла остальной отряд плотной аэрозольной взвесью. Заклинание замедления. Бойцы завязли в нём, словно мухи в густом смородиновом варенье. Они что-то кричали, но вместо криков выходило лишь непонятное тягучее мычание. Орденский волшебник, конечно, попытался отбить атаку. Он и сейчас пытается сотворить ответную волшбу, но только о-о-очень медленными движениями. Стыдно, но тут Эдик немного позлорадствовал. Местные маги и так не чемпионы мира по скоростному касту заклинаний, а этот, так и вовсе до морковкиного заговенья колдовать будет. Дятел мартовский!
Полностью насладиться моментом ему не позволил всё тот же Цэнхер-Нудтэй. Он показал пальцем на Эдика и спустил с поводка невозможных тварей. Не забыл, кому обязан потерей прошлых любимцев, чтоб ему пусто было. Вот ведь любитель домашних животных выискался! Да ещё и злопамятный.
На этот раз питомцев было трое. Как Эдик умудрился их раньше не заметить, оставалось только догадываться. Слишком был увлечён преследованием, да и не ждал ничего подобного, если честно. А стоило бы. Как там Аларок говорил, когда устраивал очередное изощрённое издевательство? Стихийный маг должен быть готов ко всему.
Эдик, как бы, и не спорил с учителем. Больше того, был абсолютно с ним согласен. Да, ко всему. Но не к этому же! Вот честное слово, лучше бы Осквернитель обычных кошек любил!
В мощных поджарых фигурах, стремительно приближающихся с каждой секундой, было что-то от бойцовых псов. И размер от годовалого телёнка. Без того страшно, так кто-то ещё догадался приладить к ногам металлические накладки со стальными когтями и сплошную маску, полностью закрывающую морду. Очень страшная, наверное, тварь, раз хозяин не пренебрегает безопасностью и использует намордник. Но когтей и длинного шипастого хвоста будет вполне достаточно без всяких зубов. Чёрт, да таким монстрам даже названия нет в этом мире. Получается, что Эдик первооткрыватель, и может дать название обнаруженным чудовищам. Да ну её на хрен, такую привилегию.
  
Глава 6
 
Название у монстров на самом деле было. Терриблы Макгира, так назывались эти создания. Или Вселяющие Ужас Псы. И их непросто так кто-то назвал красивыми словами, желая поупражняться в словоблудии. Они действительно обладали способностью насылать на своих жертв необоримую панику, лишая воли и желания к малейшему сопротивлению. Тем, кто попадал под ментальную атаку, оставалось только бегство. А беглецов Терриблы легко догоняли и разрывали на куски ужасными клыками. Вожак завыл, и Эдика накрыло чувство необъяснимого страха.
Парень к подобному воздействию оказался совершенно не готов, и его реакция со стороны могла показаться странной. Тем более потому что поступил он как обычный мальчишка, а не как подобает стихийному магу, да к тому же в ранге заклинателя. Но пусть тот, кто никогда не убегал от собак, первым бросит в Эдика камень. Впрочем, его поведение можно легко объяснить. Под влиянием паники Терриблы Макгира стали восприниматься не как магические существа, а как обычные сторожевые собаки. И от этого, скорее всего, сработали рефлексы, выработанные во времена далёкого детства, когда они с приятелями таскали яблоки из колхозного сада. Псов там держали целую свору, специально для таких случаев. Вот и сейчас Эдик почувствовал себя восьмилетним пацаном и лихорадочно искал дерево, на которое можно забраться.
И не находил ничего подходящего. Не росли деревья на просторах мелкосопочника предгорий провинции Роры. Как максимум — густые заросли кустарника вдоль оврагов и ручьёв, и редкие худосочные берёзки с чахлыми осинами. Но это — вообще не вариант в конкретном случае. К слову, магические способности ему всё же пригодились. Немного не так, и не для того, к чему его готовил наставник, но, тем не менее Эдик вспомнил, что он ранжированный волшебник четырёх стихий. И применил первое умение, какое пришло в голову.