Как упаковать любовь (СИ)

— Может, хотите прогуляться? — предложил он. — Погода хорошая, а я уже давно не качался на качелях.
— Ура! Пойдём гулять! — закричала Поля и тут же кинулась к своим вещам, с энтузиазмом перебирая гардероб, достойный выхода «в свет».
Я смотрела, как Алексей встаёт. Уверенно, легко, без пафоса — как человек, который чувствует себя в этом пространстве естественно. И вдруг ощутила, что мне хочется шагнуть к нему. Просто обнять. Как сделала только что Поля — свободно, без лишних слов, просто потому что рядом с ним спокойно.
  
— Отлично, — сказала я. — Значит идем гулять.
  
Глава 45. Анна
 
Мы сидели на лавочке чуть в стороне от детской площадки, в приятной тени пары не слишком подстриженных тополей. В этом уголке было тихо и не жарко — как в маленьком саду, спрятанном в городе.
Поля с подружками гоняла вокруг карусели, которая, по задумке, должна была крутить их — но всё вышло наоборот. Девчонки крутили карусель, визжали от счастья и бегали по кругу, как заведённые. Я хихикнула: кажется, им правда так веселее.
Алексей сидел рядом и с серьёзным видом что-то листал в телефоне. Щурился, хмурился, сосредоточенно читал. 
Я ловила себя на том, что снова любуюсь — как и в офисе, когда он сидел в у себя или в переговорке, изучал экран ноутбука или о чём-то спорил по телефону и делал пометки. 
Только теперь он был не за стеклом, а рядом. Совсем рядом. 
Он, видимо, почувствовал мой взгляд и обернулся. Лицо тут же смягчилось, лоб разгладился. Улыбнулся — чуть лениво, но очень тепло и участливо.
Я протянула ему контейнер с клубникой, которую прихватила из дома.
— Будешь?
Леша взял пару ягод. Одну съел сам, а вторую, не торопясь, протянул мне.
— Теперь моя очередь тебя кормить. — сказал он, всё ещё с этой своей тихой улыбкой.
Я фыркнула, но всё равно взяла. И, почему-то, съела именно с его пальцев.
И это оказалось вкуснее, чем просто клубника.
Я заметила, что глаза у Алексея вспыхнули при этом и мне была приятна такая его реакция. На миг даже захотелось немного его подразнить. Проверить, насколько далеко может зайти этот новый, почти невесомый флирт. 
Но стоило поймать себя на этой мысли — как тут же сознание прожгла неловкость. 
А вдруг он подумает, что я слишком…? Что я неправильно себя веду? Что всё это — рано, неуместно? 
Я резко отвела взгляд, делая вид, что любуюсь деревьями. Щёки горели — и совсем не от солнца. 
— Эх, жаль, что у меня пока нет детского кресла в машине, — сказал вдруг Алексей, чуть склонив голову ко мне. — В следующий раз хочу вас отвезти на Поклонную гору, закат встретить. Там есть одно место, с видом… тебе точно бы понравилось. Пикник бы устроили.
Я оживилась — идея звучала невероятно заманчиво.
— Ой, если ты скажешь заранее, я попробую одолжить кресло у подруги. Она всё равно почти не ездит, и по идее...
Я не успела договорить. Алексей аккуратно накрыл мою руку своей. Тепло его ладони было удивительно спокойным. Уверенным.
— Всё в порядке, Ань, — мягко сказал он, заглянув мне в лицо. — Просто я не успел пока разобраться, какое кресло подойдёт. Завтра всё изучу и куплю.
Я моргнула. Несколько раз. 
Не от того, что не поняла — а от удивления. 
— Ты… серьёзно хочешь купить кресло? В свою машину? Для Полины?
— Почему это тебя так удивляет? — Алексей чуть усмехнулся. — Я же не посажу её просто на заднее сиденье. А если что-то случится?
Я открыла рот, потом закрыла. И снова открыла. 
— Просто… — выдохнула я, но дальше не нашла нужных слов. 
Потому что как объяснить? 
Что я не привыкла к такому. 
Что меня трогает до слёз его готовность позаботиться. Потратить деньги, силы, внимание — ради ребёнка, которого он почти не знает. Ради нас. 
Хотя мы ещё даже не были на настоящем свидании. 
Хотя между нами — пока ещё нет ничего, кроме полунамёков, одного поцелуя и десятка пельменей. 
А если у нас ничего не получится. Не буду ли я чувствовать себя обязанной ему за то, что он так вложился.
Хотя… Кто знает, может быть, иногда — именно с таких жестов всё самое важное и начинается.
И если я хочу, чтобы это случилось, — мне стоит быть честной.
— Я помню, что должна тебе объяснение, — сказала я, выдохнув. Голос чуть дрогнул, но я не отводила взгляда.
Алексей кивнул. 
— Только если ты сама этого хочешь. Я не настаиваю. Если тебе неприятно — можем не говорить об этом сейчас. Ну или вообще не упоминать. 
Я машинально сжала и разжала кулаки, будто старалась выдавить напряжение из себя через кончики пальцев.
— Нет… я хочу, — сказала я тише. — Потому что если не рассказать, всё это будет висеть между нами.
Он просто ждал, молча, спокойно. Без нетерпения. Без попытки подтолкнуть. И это помогло.
— Мы с бывшим мужем расстались... скажем так, не по-дружески. Скорее наоборот. Он до сих пор зол и, похоже, решил мстить. Вчера он привёл к нам полицию. Якобы было какое-то заявление о жестоком обращении с ребёнком. Поэтому я и сорвалась с работы, даже не объяснив тебе ничего.
— Он сам заявил на тебя? — Алексей приподнял брови, и по его глазам было видно: он не просто удивлён — возмущён.
— Не знаю. Они сказали, что «было заявление». Связаться со мной не смогли — и привлекли его как отца. И он, конечно, не упустил шанс...
Я почувствовала, как к глазам подступили слёзы. От усталости. От обиды. От этого странного, липкого ощущения стыда, которого не должно было быть, но оно всё равно было.
— Это было так унизительно, — прошептала я. — Они ходили по комнате, открывали ящики, трогали вещи, задавали вопросы, от которых стынет кровь. И всё — при ребёнке. Я до сих пор не понимаю, как Поля всё это выдержала.
Лицо Алексея стало жёстче. Взгляд сузился.
— Они показали тебе документы? Копию заявления, хотя бы что-то?
Я покачала головой.
— Кажется, нет. Я вообще была в таком состоянии, что всё как в тумане.
— То есть... к тебе просто пришли сотрудники полиции, в компании бывшего мужа, и начали шарить по вещам — без документов, без объяснений? — голос его стал ровнее, но в этой ровности чувствовалась сталь.
Я напряглась. 
Сердце стукнуло быстрее, и в голове тут же загорелся знакомый маяк: «Он считает, что ты сама виновата. Что доверчивая. Слабая. Глупая.» 
— Ты хочешь сказать, что я идиотка? Что сама впустила их и виновата в том, что случилось? — выпалила я резче, чем хотела.
Но Леша просто спокойно дотронулся до моей руки. Коротко. Уверенно. 
И на удивление — мне это помогло. Помогло не упасть снова в привычную защиту. 
— Ань. Я не это хочу сказать. Я хочу понять, что произошло. И сказать тебе одну простую вещь — ты в этом не виновата. Ни в чём. 
Ты оказалась в жуткой ситуации. И, судя по всему, там нарушили не только твой покой, но и ваши с Полей права. 
  
Я сглотнула, опустив взгляд. В груди что-то защемило.
— Прости, — прошептала я. — Я не хотела срываться. Просто… я так долго живу с ощущением, что всё — моя вина. Что если что-то случилось, значит, я где-то недосмотрела, не спасла, не уберегла.