Ты дышишь солнцем (СИ)

— Зелье готово, — прервал Тома мистер Тики. — Я бы не рассчитывал больше, чем на полтора часа.
— Уже хорошо, — кивнул Алексей. — Тони, дай Тому мантию для министерства. Том, тебя я назначу поверенным. С защитой разума, я так понимаю, у тебя все хорошо?
— Более чем. Мне нужно будет приходить каждый день в министерство?
— Да. Я отправлюсь по семейным делам. При условии, откуда мы, скорость отъезда не будет казаться слишком странной. Тони поедет со мной. А Натали и Татьяна останутся под твою ответственность. Не переживай, в Лондоне сейчас еще мой брат, так что совсем один не останешься.
Дальше события завертелись со страшной скоростью. Зелье сняло с Алексея внешние симптомы драконьей оспы, он быстро оделся и они аппарировали в Министерство. Пропуск для Тома, знакомство с отделом, где Алексей числился консультантом.
— Я несколько спешу, — Алексей чуть морщился, любой бы сказал, что русского огорчают такие быстрые сборы. — Поэтому пока за меня побудет мистер Реддл. Все равно ему со следующего года у вас работать.
— Надолго, мистер Долохов? — беспомощно улыбался секретарь главы отдела.
— Не знаю точно. Месяц, наверное. Том будет знать, как со мной связаться.
Из министерства Алексей вышел еще сам, а до домика родственников Долоховых Тому пришлось его нести. В уме Том пролистывал список ингредиентов и где их можно достать. С чем-то поможет Малфой, что-то достанет Нотт. Лестрейндж просчитает точные цифры. Этим двоим он может доверять полностью — они его должники.
Гости к Долоховым заявились на следующий день. Два аврора, чиновники министерства и Дамблдор, непонятно зачем приведенный с ними. Том как раз зашел к Долоховым на ланч, принес букет для Наты. К тому же, нужно было обсудить с Татьяной как правильно замаскировать приготовление к ритуалу.
К этому моменту Том подключил к проблеме Вальбургиевых рыцарей. Кого-то использовал, не рассказывая причин, кто-то был посвящен в тайну. Татьяна Долохова должна была все оплатить и найти недостающие ингредиенты: покупать все через одни руки вышло бы слишком подозрительно. Натали смотрела на них с некоторым ужасом. Она понимала, что за жизнь отца будет уплачено чьей-то жизнью… Ее моральные принципы, непоколебимые до этого времени, дали трещину.
— У ворот гости, — прервала их разговор Татьяна. — Впускать?
— Конечно, вам ведь нечего скрывать, — качнул головой Том. — Вот только… Знаю, что дарить кольцо положено лишь на помолвку. Но… это артефакт.
Он выложил на стол колечко, с тревогой смотря на женщин.
— Я смогу найти Натали, оно защищает от первого удара. И немного защищает разум. Напора не выдержит, но уже не удастся прочитать мысли, смотря в глаза.
— Нона, пальчик порежь. И признай своим, — Татьяна метнула пораженный взгляд на Тома. — А я пойду встречать гостей.
Гости прошли в коридор, топая и громко разговаривая. Татьяна смотрела на них несколько высокомерно, отчего чиновник растерял часть своей бравады, авроры притихли, а вот Дамблдор стал улыбаться еще радостнее. Том вышел из гостиной как раз к началу разговора.
— Поступили сведения, — говорил чиновник, — что в вашем доме находится больной драконьей оспой. Так же поступили сведения, что вы готовите запрещенный ритуал. Мы получили соответствующие бумаги для обыска дома.
— Я просмотрю, — Том протянул руку за бумагами. — Мистер Долохов с сыном отбыли по делам семьи. Я так понимаю, подозрение в болезни связано именно с его резким отъездом? Обыскивать дом можно лишь в присутствии трех независимых свидетелей, я сейчас напишу мистеру Малфою и мистеру Лестрейнджу, чтобы они оказали нам услугу.
— Том, мы ведь понимаем, что обыск — лишь выполнение министерского приказа, — мягко проговорил профессор Дамблдор.
— При всем уважении, профессор, — чуть скривился Том, пролистывая заверенные бумаги, — но учитель попросил меня присмотреть за его семьей. И я считаю, что все должно быть строго по правилам.
И еще: со свидетелями у бравых авроров не получится прикарманить семейное серебро и рукописные книги. Том был уверен, что они еще и подкинуть что-нибудь способны. Поэтому он, заклинанием скопировав министерские бумаги, пригласил незваных гостей в гостиную. Чай не предлагали.
 
Абраксас и Элдрич прибыли довольно быстро. Они были старше Тома на два года, к тому же, не работали в министерстве, поэтому считались подходящими свидетелями с «обвиняемой» стороны. Третьим свидетелем стал Дамблдор, который тоже не числился в министерстве, и чье пребывание здесь все еще было неясным.
Дом и сад обошли чуть больше чем за час. Понятное дело, в доме не было никаких запрещенных предметов. Все запрещенное, если оно и оставалось, хранилось в том самом домике, принадлежащем дальним родственникам Долоховых. А то немногое, что оставалось, Том увез к Реддлам, хорошенько запечатав ящик.
Они вновь вернулись в холл, чиновник присел за небольшой письменный стол, оформляя бумаги. И тогда разума Тома коснулись. Осторожно проверили защиту и чуть усилили нажим.
— Профессор! Влезать в чужой разум как минимум неприлично. Хоть и недоказуемо перед законом.
Дамблдор опешил, встретившись взглядом с Томом. Реддла затопила брезгливость и злость, вторжение в разум всегда невероятно злило Тома, особенно если вторгался Дамблдор.
— Я… — начал было Дамбдлор.
— Лишь хотели проверить, где именно находится Алексей Долохов? — поморщился Том. — У граждан этой страны все еще есть право оставлять в секрете семейные проблемы. Даже если при этом их подозревают в чем-то противозаконном.
— Том, он пытался проникнуть в твой разум? — вспылил Малфой. — Это противозаконно! Нужно написать жалобу…
— О, мой дорогой друг, — поморщился Том, — проникновение в разум не оставляет следов, особенно если легилимент достаточно искусен для подобной операции без использования палочки. Поэтому наш профессор и не стесняется пользоваться этой лазейкой в законе.
Дамблдор на несколько секунд потерял свой образ добродушного профессора, даже черты лица, кажется, заострились. Но тут же сделал покаянный вид, пробормотал что-то про необходимость убедиться в невиновности Долоховых. Вскоре бумаги были подписаны и проверяющие наконец покинули дом Долоховых.
— Виски? — ровным голосом поинтересовалась Татьяна.
— Было бы неплохо, — кивнул пораженный Малфой. — Быть может, стоит организовать такую же проверку нашему профессору?
— Не стоит, — устало выдохнул Том. — У него точно дома нет ничего противозаконного. Но теперь я уверен, что он связан с Гриндевальдом.
— Почему? — удивился Элдрич Лестрейндж.
Том вздохнул. Не сказать что эта его уверенность лишена предубеждений, ведь Дамблдора он не любил с момента их первой встречи.
— Потому что Алексей подписал требование министерства магии Великобритании. Они написали Гриндевальду официальную ноту протеста. В качестве ответчика, если потребуется вызов на дуэль, письмо подписал мой учитель. На это место претендовал Дамблдор. Он до сих пор второй в списке — если не будет Алексея, дуэль состоится с ним.
Быть может, для кого-то все доводы Тома покажутся надуманными, высосанными из пальца, но он был уверен: их профессор как-то связан с Гриндевальдом. Дамблдор всегда казался Тому коварным человеком, бескомпромиссным. С того самого момента, как учитель залез в разум Тома, а тот это почувствовал. Взыграла, видимо, кровь — и проявились таланты предка. Дамблдор был талантливым педагогом и тонким психологом. Том часто видел, как тот тонко манипулирует своими львятами, добиваясь нужной реакции.
— Абраксас! — Натали позвала Малфоя, с которым не так уж часто общалась.
— Да? — он присел рядом с ней на диван, пока Том и Элдрич склонились над расчетами в другой части комнаты.
— Я знаю, что вы ищете подарок для Тома, — девушка чуть запнулась, подбирая слова. — Знаете про медальон Слизерина?
— А кто не знает? Считалось, что он хранится в семье Мраксов.
— Ты ведь дружен с этим… ну, с владельцем лавки в Лютном.