Овладевая судьбой (СИ)

 Bill©
 Просыпаюсь. Даже не удивляюсь, когда нахожу Тома спящим. Я привык уже вставать раньше него. Подхожу к его кровати, умиляюсь. Он обнимает Скотти, а пес держит голову у него на груди. Даже собака ему ближе, чем я...
 Улыбаюсь, потому что это неправда. И радуюсь. Иду в ванную комнату. Набираю воду. Как странно, все то, что вчера еще было совсем новым сегодня считается уже привычным. И даже Том, будь он неладен.
  
 Ополаскиваюсь, а Том все еще спит. Помню, как я будил его однажды. После душа, когда он еще спал, а я холодный весь запрыгивал на него... А потом сделал ему минет и отымел его в рот. Ах, черт... В узких трусах что-то жмется. И я понимаю, что это далеко не обычный утренний стояк...
 Вот и все. Все мои крепости пали. Перед ним. Перед его нежностью и силой. Вздыхаю и медленно подхожу к его кровати. Боже, что я за идиот, он же самый идеальный. Он теплый, он заботливый и знающий. Он настоящий. И все это в нем одном... В его красивом теле.
 Одним коленом встаю на кровать, Скотти поднимает голову, смотрит, да, мальчик, сейчас тебе придется подвинуться...
 Но... стук в дверь и я отхожу от постели Тома.
 - Кто там? - спрашиваю я, потому что если это кто-то из родителей, то я в принципе могу перед ними и в боксерах постоять, но если там кто-то из этой огромной семьи, то придется одеваться.
 - Я это, я, - мама проходит в комнату, - проснулся уже? Это хорошо, одевайся, через пять минут выход.
 - Куда?
 - На экскурсию в Эль-ю...
 - Что это?
 - Вот там и узнаешь.
 Вздыхаю. Том спит, а мама выходит из комнаты. Что ж, не судьба Том... хотя...
 Подхожу к полке, где уже вторые сутки стоит персиковая коробочка, беру ее в руки, и кидаю в урну. Вот и посмотрим, Эртройт, мужик ты или...
 Хоть бы первое.
 Tom ©
 Каким-то чудом я проспал сегодняшний завтрак. Может потому, что ни Билл ни Скотти меня не разбудили. Отлично. Два будильника, которые если подводят, то вместе.
 Зато спокойно умываюсь. Каулитца в комнате уже нет. Куда делся? Но я заметил одну штуку... Он снова кинул мой подарок в урну. Но теперь я точно знаю, что это провокация. Это негласное соглашение. И он сегодня ночью ответит за все. Маленький паршивец.
 Выхожу в... в... в общем в столовую, я не помню как это называется у арабов.
 На небольшом диванчике сидит Ранья, читает какую-то книжку.
 - Привет, - сажусь на диванчик напротив, девушка улыбается и откладывает в сторону книгу:
 - Привет, папа говорил, что ты сегодня проспал все на свете...
 - Твой папа прав... - смеемся, - куда все делись?
 - Отец ушел к своим друзьям, а немцы поехали смотреть статую в пустыне.
 - Ради одной статуи в пустыню?
 - Ну, да. Это статуя олицетворяет равноправие влюбленных, где правит муж, а управляет жена.
 - Очень интересно... - хмыкаю. Девушка снова пялиться на меня, - ты даже дома в платке ходишь?
 - Только когда в доме чужие. А так нет...
 - И давно носишь?
 - Ну,- она мнется,- года три...
 - А сколько тебе сейчас лет?
 - Семнадцать, я уже довольно старая....
 Тихо смеюсь:
 - Что за бред?
 - Это не бред, - она садиться напротив меня, нога на ногу, - просто девушки у нас уже в пятнадцать рожают не первого ребенка. А у меня ни мужа, ни детей.
 - По мне так это нормально, хотя конечно, как говорит твой отец, я человек рожденный в пороке, истощающий грех уже при первом своем крике, что я могу понимать...
 - Я согласна с тобой, Том, но нам нельзя говорить о таком. Вообще, я бы хотела уехать из Марокко, в страну, где люди свободны. Где женщина может жить одна и это не стыдно, где женщина может работать и носить красивые вещи. Нет, я люблю отца и семью, но я тут чужая. Я столько всего знаю об Америке, что очень хочу туда переехать жить...
 Она подбирает под себя ноги, так грустно смотрит на меня. А я только киваю:
 - Попроси своего отца, пусть он найдет тебе мужа из Америки и ты сможешь переехать туда.
 - Нет. Так нельзя, женщина нашей веры не может выходить за мужчину не нашей веры. Если только он примет ислам.
 - Почему, Ранья? Ведь муж может уважать ваши традиции и не противиться вашей вере...
 - Но считается, что слово за мужчиной, поэтому... Мы ведь ничего не решаем...
 - Тебе не нравиться, что за тебя все решают мужчины, да? - девушка кивает, - я тоже был бы против. Но твой отец сказал, что только так ребенок будет счастлив. Ибо у молодых в душах гуляет незнание... и бла-бла-бла...
 - Он может...
 Bill ©
 Наконец-то дом. Взбираюсь по лестницам и прямиком в комнату, в ванную комнату, включаю воду. Хочу охладиться, боже, как же там жарко, пыльно и душно. Смыть все с себя. Ношусь по комнате, взад-вперед, словно в жопу ужаленный. Раздеваюсь на бегу, беру полотенце и чистое белье, возвращаюсь к ванне, залезаю в нее.
 - Ммм...
 Больше ничего не нужно... ах, где же шляется Том? Я весь день держался за счет мысли, что Эртройт заметил мою выходку и исполнит наконец свое обещание. Ох, черт... Тише-тише, Билл не кипятись. Я всю поездку мысленно трахался с Томом, я отдавался ему и на кровати, и на подоконнике, и на полу, и возле двери... Черт, вот в своих фантазиях я был настоящей шлюхой. Я громко стонал, кричал, просил еще, просил жестче, и глубже, и...ах... черт...
 Вылезаю из воды, выхожу в комнату, как обычно на бедрах полотенце, вторым полотенцем вытираю волосы на голове и...
 - Ааа...- не успеваю вскрикнуть, как кто-то обматывает мое лицо полотенцем, несколько секунд и я приземляюсь на кровать. Бл*ть, что за на*уй, я ничего не вижу и орать не могу. С моих бедер слетает полотенце, я прогибаюсь под весом чьего-то тела, мамочки, эй, ну хватит...
 В меня входят, практически на сухую, сопротивляюсь, ерзаю, но лишь себе делаю хуже. Больно, завываю в полотенце, стараюсь сжать внутри чужеродный орган, пыхчу, мычу, кручусь, но все без толку...
  
 Чувствую, как пальцы начинают смазывать мой зад холодной смазкой.
 И он снова входит. Сразу во всю длину, выгибаюсь, все равно больно. Но уже легче. И он двигается. Быстро, бешено, его дыхание над моим ухом, а я задыхаюсь. На моем лице туго натянутое полотенце, благо оно влажное и через него можно дышать... охаю...