Ведьма для беты (СИ)

Я моргнула, не веря своим ушам.
Он серьёзно?
— Нет.
Слово прозвучало жёстко, почти отрывисто.
— Что «нет»? — Начальник даже бровью не повёл, слишком привык, что ему никто никогда не отказывает.
— Я не буду этого делать, — отчётливо произнесла я. — Это не входит в мои обязанности. Да и в выходные у меня… выходные. - Голос дрогнул, но я продолжала стоять прямо, не давая эмоциям взять верх.
  
Больше я ни перед кем не прогнусь. Ни за какие деньги.
— Вот как мы заговорили… — шеф недовольно прищурился, явно не привыкший к подобному тону. Но заставить меня он уже не мог.
С раздражённым шипением он швырнул папку на стол.
— Пошла вон! - Я улыбнулась. Широко. Очаровательно. Нагло.
— Да пожалуйста. - Развернувшись, я спокойно вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
В отделе меня встретили десятки любопытных взглядов. Коллеги пытались по моему лицу понять, что же произошло там, за закрытой дверью, но нет… Пищи для сплетен я им не дам.
Всё с той же улыбкой я заняла своё место и доработала ровно до пяти. Ни минуты больше.
А потом… Как только я вышла из офиса, ноги сами свернули в сторону туалета. Я уже не могла сдерживаться. Но, конечно же, женская комната оказалась занята.
Сердце бешено колотилось, горло сдавило судорогой. Нельзя здесь. Нельзя при них. Почти не раздумывая, я прошмыгнула в кладовую, закрывшись там изнутри. И только тогда рухнула на пол, сжавшись в комок. И разрыдалась.
Громко. Безудержно. Словно внутри меня что-то разломилось. Надеюсь, никто не услышит мой одинокий вой.
  
Глава 2. Добро пожаловать в мир оборотней, Мирослава
 
Выплакавшись и немного успокоившись, я глубоко вздохнула, поднялась с пола и принялась приводить себя в порядок, достав из сумки пудреницу. Конечно, глаза немного припухли, но, если не вглядываться слишком пристально, я выглядела вполне сносно, а значит, можно было сделать вид, что ничего страшного не произошло.
Коротко выдохнув, я решительно дернула дверь на себя, надеясь покинуть это тесное помещение и забыть обо всём как о страшном сне, но она даже не шелохнулась. Попробовав ещё раз, я с раздражением толкнула створку посильнее, а затем ещё раз, всё ещё надеясь, что просто не до конца нажала на ручку, но, увы, результат оставался прежним.
Несколько секунд я просто стояла, пытаясь осознать, что, кажется, только что застряла в кладовке, а затем громко выругалась и принялась колотить в дверь, надеясь, что кто-то услышит и откроет её снаружи.
— Эй, народ! Выпустите меня, здесь вообще-то живой человек заперт! — раздражённо выкрикнула я, в очередной раз подергав за ручку, но в ответ услышала только глухое молчание.
С каждым мгновением злость разгоралась во мне всё сильнее, ведь даже если кто-то и проходил мимо, то явно не собирался помогать, а это означало, что меня здесь оставили специально.
Телефон! Конечно же, у меня был телефон! Оторвавшись от бесполезных попыток выломать дверь, я принялась лихорадочно рыться в сумке, надеясь, что смогу хотя бы кому-нибудь позвонить, но в этот момент свет в кладовке вдруг погас, заставив меня резко замереть.
Я чувствовала, как напряжение в груди нарастает, но постаралась не паниковать и снова начала яростно колотить по двери, теперь уже не просто требуя, а практически умоляя, чтобы меня выпустили.
— Ну-ка немедленно откройте, иначе я за себя не ручаюсь! — крикнула я, прекрасно понимая, что ещё немного, и нервы окончательно сдадут, а тогда уже неизвестно, что от меня ожидать.
К моему удивлению, после этих слов раздался тихий щелчок, и свет снова вспыхнул, а дверь со скрипом распахнулась, являя мне того, кто решил наконец-то меня освободить.
На пороге стоял высокий, широкоплечий парень с рыжими, немного растрёпанными волосами, наглой ухмылкой и глазами, в которых плясали задорные искры, а весь его вид буквально кричал о том, что этот человек — ходячая неприятность, причём явно с завышенной самооценкой.
— Ого, какая красотка! — протянул он, оглядывая меня с явным интересом, после чего повернул голову и громко крикнул кому-то в коридор: — Братан, чур она моя! - Внутри у меня словно что-то хрустнуло.
Я моргнула раз, моргнула два, пытаясь осознать происходящее, но в какой-то момент просто устала от всех сегодняшних событий и решила не тратить ни секунды своего времени на очередного самовлюблённого идиота.
Вот так взглянешь на человека — вроде бы нормальный, даже симпатичный, а как рот откроет, так сразу хочется либо закатить глаза, либо прописать чем-нибудь тяжёлым. В моём случае — второе, и именно к этому я сейчас и готовилась, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках чего-то, что могло бы послужить оружием.
Парень, который до сих пор не сводил с меня голодного взгляда, словно кот, выслеживающий добычу, чуть подался вперёд, и я, не раздумывая, отступила на шаг, только теперь осознав, что помещение вокруг меня изменилось. Кладовка, в которую я вбежала несколько минут назад, внезапно приобрела размеры целого сарая, и хотя это, безусловно, было странно, размышлять об этом времени у меня не оставалось.
Мой взгляд выцепил стоящую в двух шагах лопату, и, решив не медлить, я бросилась к ней, схватила за ручку и уверенно сжала в ладонях, чувствуя, как в груди начинает разгораться не страх, а злость.
Рыжий, кажется, нисколько не испугался, а только расплылся в самодовольной ухмылке, явно довольный тем, как я отреагировала.
— Эй, малышка, не дрейфь, я умею быть нежным, — протянул он тягучим голосом, и это стало последней каплей.
Короткий замах, резкий взмах, и вот уже моя импровизированная дубина летит в сторону его челюсти.
— Кия! — боевой клич, достойный самурая, сорвался с моих губ ровно в тот момент, когда лопата с хрустом впечаталась в его лицо.
Парень глухо охнул и рухнул на пол, разметав конечности в стороны, словно потерявший сознание боксер после нокаута.
— Ой, — только и смогла выдохнуть я, не веря, что только что уложила взрослого мужика одним ударом.
Руки дрожали, сердце колотилось где-то в горле, а в голове мелькнула паническая мысль: А вдруг я его убила?! Сделав осторожный шаг вперёд, я присела рядом и протянула руку, собираясь проверить пульс, но в этот момент его тело вдруг затряслось.
— О нет, это предсмертные судороги?!— в ужасе подумала я, застыв на месте, но уже через секунду поняла, что всё гораздо хуже.
Парень резко поднялся, сел и залился таким громким, раскатистым хохотом, что я от неожиданности уронила лопату.
— Вы случайно не родственники? — выдохнул он сквозь смех, вытирая слёзы с уголков глаз.
Я моргнула.
Я всё ещё пыталась прийти в себя. Мой мозг явно отказывался нормально функционировать после всего, что только что произошло. Ну ещё бы — сначала меня запирают в кладовке, потом я калечу человека (или, по крайней мере, думаю, что калечу), а теперь этот самый человек весело лыбится, будто мы лучшие друзья, которые просто подурачились.
— А?.. Ч-что?.. — выдавила я, не в силах составить нормальное предложение, потому что шок от происходящего всё ещё не отпускал.
— Да знаю я тут одну любительницу лопат, — рыжий снова ухмыльнулся, но на этот раз не так вызывающе, а скорее даже приятно. Ну хоть что-то человеческое в нём есть…
Я только собралась как следует его отчитать, но тут в сарай (а это, похоже, всё-таки сарай, а не кладовка, как мне казалось раньше) вошёл второй парень.
- Что тут у тебя, Дик? – И вот тут у меня пропал дар речи окончательно.
Если рыжий был воплощением нахальства и самодовольства, то этот… этот был грёбаным рекламным постером. Высокий, блондин, глаза цвета летнего неба, да ещё и с таким ухмыляющимся выражением лица, будто его единственная миссия в жизни — разбивать женские сердца.
— Ого, какая красотка! Ещё и рыжая, — заметил он, лениво проведя ладонью по светлым волосам.
Я, разумеется, не ждала от него чего-то глубокого, но обсуждать меня при мне?! Это, вообще, нормально?!