Эдуард Лимонов
Глобальной целью было объявлено «создание Империи от Владивостока до Гибралтара на базе русской цивилизации. Цель будет достигнута в четыре этапа: а) превращение РФ в национальное государство Россию путем Русской Революции; б) присоединение населенных русскими территорий бывших союзных республик; в) сплочение вокруг русских евразийских народов бывшего СССР; г) создание гигантской континентальной Империи».
Соответственно выдвигалось требование денонсации Беловежского договора и объединения всех русских в одном государстве. «Территории отколовшихся от нас “республик”, где русское население составляет более 50 %, будут присоединены к России путем проведения местных референдумов и их поддержки Россией (Крым, Северный Казахстан, Нарвский р-н и пр.). Стремления нац. меньшинств к сепаратизму будут безжалостно подавлены».
Во внешней политике декларировался поворот лицом к Азии. «На континенте возможна дружба с Германией, Ираном, Индией, Японией».
В экономике планировалось создание Русского Социализма, с принадлежностью земли государству, а также исключительным правом продажи им нефти, газа, драгоценных металлов и оружия. Результатом должно было стать создание полной хозяйственной автаркии (самодостаточности) России.
Ключевым для нацболов было и остается определение понятия «русский»:
«НБП не левая и не правая, но национальная партия русских. Русский определяется не по крови и не по вероисповеданию. ТОТ, КТО СЧИТАЕТ РУССКИЙ ЯЗЫК И РУССКУЮ КУЛЬТУРУ СВОИМИ, ИСТОРИЮ РОССИИ СВОЕЙ ИСТОРИЕЙ, КТО ПРОЛИЛ и готов ПРОЛИТЬ СВОЮ И ЧУЖУЮ КРОВЬ ВО ИМЯ РОССИИ И ТОЛЬКО РАДИ НЕЕ И НИКАКОЙ ДРУГОЙ РОДИНЫ И НАЦИИ НЕ МЫСЛИТ, ЕСТЬ РУССКИЙ».
В разделе «Кадры» утверждалось, что «НБП опирается в своей деятельности исключительно на активное меньшинство. Прежде всего на социально неудовлетворенную молодежь: провинциалов, “предпринимателей”, рабочих, военных, студентов, маргиналов, милиционеров. Кто был ничем, тот станет Дзержинским, Геббельсом, Молотовым, Ворошиловым, Чиано, Герингом, Жуковым. Россия вся будет принадлежать нам».
Лозунг НБП: «Россия — всё, остальное ничто!» Приветствие: выброшенная вперед и в сторону рука со сжатым кулаком и возглас: «Да, смерть!» Знамя красное, с белым кругом посередине, в круге черные серп и молот. Партийный символ: изображение гранаты-лимонки.
Автором партийного флага и эмблемы-лимонки стал художник Дмитрий Кедрин. Он оформлял книги Лимонова, выходившие в издательстве «Глагол», и поставил черный серп и молот в белом круге на красном фоне на обложку сборника «Исчезновение варваров» еще в 1992 году. А затем по просьбе Эдуарда смакетировал и первый номер газеты.
Любопытно, что художник приходится внуком и полным тезкой первоклассному советскому поэту Дмитрию Кедрину — автору стихов про то, как солдатский огонек горит в сталинской трубке, а также монументальной поэмы «Христос и литейщик». На самой известной фотографии поэт Кедрин запечатлен в футуристических очках в виде гаек, вполне в стиле газеты, появившейся через полвека после его трагической гибели под колесами подмосковной электрички.
Помимо программы существовали еще законодательные предложения НБП, печатавшиеся в «Лимонке» в 1993–1996 годах и потом объединенные в сборнике «Программные документы», к примеру:
«Поддержите русского производителя! Покупайте только русские товары! Рубль — да, доллары — нет!»
Или:
«Требуем изменения границ! Требуем проведения референдумов в русских землях в “республиках” и последующего присоединения их к России! Нарва, Севастополь, Луганск, Харьков, Семипалатинск — русские города!»
Или:
«Опустим железный занавес! Требуем послать Международный валютный фонд на три буквы! Требуем закрытия границ для иностранных товаров!»
Отец питерского нацбола Владимира Линда, голландец и бывший губернатор провинции Ява в Индонезии Яап Линд, когда его сын попал в тюрьму за участие в захвате приемной администрации президента, писал в открытом письме российскому руководству, что первая программа партии выглядит как «полный абсурд». Но ведь русские вообще часто кажутся европейцам абсурдными, а некоторые пункты программы спустя много лет были успешно претворены в жизнь Кремлем…
В течение первых полутора лет издания в газете вышли «Лимонки в…»:
Проханова;
либералов;
стукачей-интеллигентов;
Сергея Ковалева;
телегенералов;
избирателя;
противников войны;
устроителей выборов;
статью закона РФ о СМИ;
власть чиновников;
политических чудовищ (Руцкого и Рыбкина);
церковь;
хорватов;
мирную жизнь;
временное правительство;
зверей и их обожателей (чеченских террористов);
племя Черномырдиных;
парламент;
толпу;
женщину;
избирательные блоки;
выборы;
стадо избирателей;
телеящик;
стабильность;
народ.
Как видно, огонь велся во все стороны, не исключая и народные массы, перед которыми политикам положено заискивать. Однако в первую очередь период становления «Лимонки» и партии (с конца 1993-го по лето 1996-го) был периодом штурма и натиска не столько в отношении власти, сколько тогдашней оппозиции. (Этим он очень напоминает 2011–2013 годы, посвященные размежеванию с «болотной» оппозицией и ее критике.) Шанс на взятие власти, имевшийся в 1992 и 1993 годах, когда на митинги под красными флагами выходили огромные толпы народа, был упущен и раздавлен танками в черном октябре. А дальше оппозиция быстро разделилась на системную и несистемную. В Государственной думе оказались КПРФ и ЛДПР, обеспечившие легитимность ельцинской власти, а уличные трибуны красных и коричневых — Виктор Анпилов и Александр Баркашов — остались на улице с редеющим числом соратников. Поэтому стрелы гнева Лимонова были направлены в первую очередь против парламентских оппозиционеров, вроде Геннадия Зюганова, Владимира Жириновского и Ивана Рыбкина.
В одном из первых номеров «Лимонка» приветствовала начавшуюся в конце 1994 года первую чеченскую войну. Эдуард от имени руководства НБП даже обратился к президенту Борису Ельцину и премьер-министру Виктору Черномырдину с призывом «обопритесь на нас» и предложением о встрече с «лидерами партий, поддерживающими вашу политику». Обращение, как и следовало ожидать, осталось без ответа.
Другой программной темой, начиная с ранних номеров, был Крым и украинский вопрос. В газете регулярно публиковались отчеты о пророссийских акциях и волнениях в Севастополе, в частности — одного из организаторов русского движения города Анатолия Круглова, а также лидера «Движения славянского единства» Олега Бахтиярова из Киева.
Особое негодование Лимонова вызвало упразднение поста президента Крыма весной 1995 года. «Подлые украинские власти ликвидировали 17 марта президентство Крыма, — писал он в статье «Весенние страсти». — Просчитав, что Россия, связанная войной в Чечне, проглотит оскорбление. Черноморский флот мог бы навести порядок в Крыму, но где приказ?.. В Крыму нужно было воевать. Выдать наглым Киева последний ультиматум и затем сократить их недвижимое имущество до размеров Киевской области и Западной Украины. Отдать город, политый русской кровью, — значит отказаться от истории, продать душу дьяволу, стать жалким народом, которого всякий может пнуть ногой».
А первой партийной акцией, которая освещалась в «Лимонке», был митинг возле консульства Украины под лозунгами «Крым — русский, хохлов — в Канаду!» и «Государства Украины не существует» с требованием разорвать с ней дипломатические отношения.
Понятно, что такое издание даже в относительно свободные 1990-е годы быстро привлекло внимание компетентных органов. В 13-м и 16-м номерах газеты появились тексты Лимонова «Черный список народов» и «Лимонка в хорватов». В них Эдуард вспоминал о зверствах хорватских усташей во время Второй мировой войны и о виденных им самим в Югославии адских картинах, припомнил сотрудничество с гитлеровской Германией значительного числа чеченцев и крымских татар и «подвиги» чехословацкого корпуса во время Гражданской войны. «Плохие народы существуют. Коллективная вина народов существует», — был его вывод, которым он оправдывал сталинские переселения народов. В результате Министерство печати вынесло предупреждение «Лимонке» за публикацию этих статей, а Хамовническая межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело в отношении автора по статье 74 УК РФ (разжигание межнациональной розни, оскорбительные характеристики чеченцев, хорватов, латышей, чехов, словаков, крымских татар, призывы к войне), которое, правда, через пару месяцев было прекращено.