Сопряжение. Чернильный маг. Книга 5

– Серебряные города, серебряные же наградные плашки. Такими награждаются проявивший героизм гражданские. Те, чьи заслуги можно поставить в один ряд с боевыми.
– Это правда? – глядя в глаза графа Войновича, произнес я.
Он не ответил, лишь кивнул, подтверждая слова Лилит.
Тупое, глупое, я бы даже сказал абсурдное покушение на князя. Сегодняшний прокол, позволивший проникнуть на прием джараксусу. Теперь все остановилось на свои места. Черт, и как я сам не догадался? Хотя откуда мне знать про серебряные наградные плашки и прочие светлые традиции воинского братства Европы? Был бы тут Семён, тогда да. А так…
  
– Я подозревал вас в предательстве, – честно признался я. – А это банальный непрофессионализм.
Грубо? Без сомнения! Но этот человек получил свою должность из-за панибратских отношений с князем. И его косяки мы сейчас и расхлебываем.
– Ладно, – я переключился на девочек. – Мне нужна ваша помощь.
– Физическая? – вдруг загорелась Пуговка.
– И она тоже, – к ее вящащей радости кивнул я.
– Но не от тебя, – произнес я уже Карине. – Тебе надо беречься.
В ответ Карина рассмеялась.
– Только узнал, что я беременна, и уже строишь из себя заботливого папочку?! У тебя нет ни такта, ни чутья, ни уважения к древности собравшихся здесь родов. Давай, – щелкнула она пальцами. – Иди, спасай князя и карай джараксуса, привет Адаму, кстати, а порядок в зале оставь мне.
Я хотел было возмутиться и попросить поддержки у Пуговки, но та прикусила губу, будто обдумывая слова Лилит.
– Ты знаешь каждого в этом зале. К тому же династия Лейнингейн имеет вес. Так что – это логично, – произнесла Пуговка.
– Хорошо, – наконец сдался я. – Но ты лично отвечаешь за Лилит! Если произойдет хоть что-нибудь… Официант перевернет поднос или сквозняк подует – пакуешь ее и на выход! И чтобы ни один волос…
В порыве эмоций я пригрозил Эмме кулаком. И что самое удивительное, втрое обогнавшая меня по уровням Эмма даже не думала хохмить. Наоборот, бывшая вампирша прониклась и, точно смиренная жена, кивнула, не проронив ни слова.
– Так-то лучше, – гордый произведенным эффектом, я расправил плечи. – А ты, – теперь мой палец переместился на грудь Лилит. – Слушай ее во всем! Ясно?
– Уоу-уоу-уоу! – попыталась съёрничать Карина, но я схватил ее пальцы и сжал их до боли.
– Я спросил: ясно? – припустив металла в голос, пригрозил я.
– Я поняла, – мгновенно сдулась Лилит.
– Знаете, граф, а вы умеете внушать авторитет! – стоило нам отойти на несколько шагов, произнес Никола Войнович. – И ужас. Скажите, в этом секрет вашей притягательности для женского пола?
Слышать такие слова от человека втрое старше меня было приятно. А уж от крестного Виктории – приятно вдвойне. Однако намек на мою полигамность прозвучал, и игнорировать это было нельзя.
– По поводу авторитета и ужаса – я это не специально. Так складывается ситуация. А что по поводу моей, как вы выразились, «притягательности для женского пола», скажу: я сразу предупредил девушек, что не буду выбирать какую-то одну. И Вика согласилась стать одной из четырех цветков моего сердца.
– Четырех? – Перебил меня граф. – Не шести? Не поймите меня неправильно, Магнус, но ваши близкие отношения с Эммой и Кариной Лейнингейн…
– Дядя? – словно вихрь в наш разговор ворвалась Вика.
Несмотря на то, что в прошлый раз я был объявлен во всем виноватым, сейчас девушка выказывала лишь интерес. Интерес, надо отметить, на весьма щекотливую для меня тему.
– Что Карина Лейнингейн? – Вика обожгла меня взглядом.
– Ничего такого, солнышко, – Никола поцеловал крестницу в макушку каштановых волос. – Просто баронесса Лейнингейн прониклась серьезностью ситуации и согласилась помочь вашей маме в улаживании междоусобных конфликтов.
И будто иллюстрируя свои слова, граф повернул голову девушки в сторону князя Суцу и Григориарди. Еще пару минут назад эти двое были готовы обнажить шпаги, а сейчас будто забыли друг о друге и мило беседовали с Кариной.
– Потрясающих дипломатических талантов девушка, – прокомментировал он эту сцену. – Кто знает, возможно, она переплюнет даже свою бабушку! Хотя это вряд ли возможно. Учитывая, что герцогиня Елизавета… Впрочем, я увлекся. Вика, как там ваш… хм… ваши тата?
– Еще не убили друг друга. Но скоро, – будто улыбаясь хорошей шутке, произнесла Вика. – Камердинер отца и дядя Марк клянутся, что сопровождали настоящего.
– Но Луки по-прежнему два, – хмыкнул Никола. – А что думаешь ты? Не вычислила самозванца?
– Да вы, лять, издеваетесь! – не выдержал я этой сценки. – Вика, ты понимаешь, кто такой джараксус? Это монстр! А твой отец не одаренный! Ты понимаешь, что стоит нам ослабить внимание, замешкаться или вовсе выбрать не того, и твой отец умрет! Умрет окончательно!
В ответ девушка улыбнулась. Так обычно улыбается маленькому неразумному ребенку, когда малыш скажет что-нибудь умилительное.
– Ты плохо знаешь тату!
– Скажи это прошлому убийце, – прорычал я в ответ. – Если бы не я… Если бы не Фубля…
– Папа прекрасно бы справился самостоятельно! – вновь повторила девушка. – Магнус, поверь, он – заговоренный луной. Он не может умереть!
Спорить с ней дальше было выше моих сил. Поэтому я закатил глаза и посчитал до десяти, а когда время вышло, отправил Викторию успокоить свою маму.
– Я думал, мы никогда не закончим, – произнес крестный Виктории.
– Кстати, спасибо, – запоздало произнес я.
– За что? – театрально удивился Никола.
Последние двадцать минут с этим человеком раскрыли его даже больше последних двух недель. Если сначала я считал его как минимум профессионально непригодным лизоблюдом, этаким другом детства, которому посчастливилось сидеть за одной партой с будущим героем Сербии, то сейчас отчетливо наблюдал за умным дипломатом.
Вряд ли прямой, как правда, и горячий, как сердце Че Гевары, Лука Драганович стал бы князем без помощи этого «серого кардинала».
– Вы не передали Виктории наш с Кариной разговор.
– Пустое, – отмахнулся он – Виктория – потрясающая девочка! Упертая, как тата, и умная, как ее мама. Не обманите ее и ее надежды, граф.
– Обещаю, – произнес, будто поклялся, я.
– Ну что? Мы наконец сможем подойти к кхм… князьям? – деловито поинтересовался он. – Может быть, ваш свежий взгляд поможет определить самозванца.
Я промолчал, прикидывая возможные способы проверки. Если честно, меня даже накрыла легкая паника.
Попытаться поймать джараксуса на вопросах, ответ на который знает только князь – глупо. Джараксус тем и опасен, что копирует не только облик, но и память жертвы. Уверен, присутствующие из свиты князя, равно как и Вика и ее матушка, попробовали этот вариант. И раз мы все еще здесь – безрезультатно.
Но что тогда они хотят от меня? Почему в попытке определить настоящего Луку Драгановича граф Войнович и сам князь надеются на меня? Да вашу эльфийскую бабушку, я граф без году неделя! Посол так вообще меньше часа! Не говоря уже про мои оценки в академии, которую я, кстати, бросил. Как, по их мнению, я должен вычислить джараксуса?
– Пару минут, – пряча за улыбкой растерянность, произнес я. – Мне нужно подготовиться. А вы, пожалуйста, проследите, чтобы они не убили друг друга еще чуть-чуть. И еще, – я сунул в руки графа торбу контрабандиста. – Подержите.
До конца не понимая, что я от него хочу, Никола принял раскрытую сумку, ну а я, не долго думая, просто сиганул внутрь.
 
Глава 8
 
– Признаться, я был бы не против, если бы вы меня предупредили, – произнес граф Войнович, едва моя голова показалась из торбы.
  
– Прошу прощения, чувак. Прошу прощения.
Вылезать из торбы на глазах трех десятков мужчин и десятка женщин было неловко. Однако к черту стеснение. Если я хотел предстать перед высокородными господами Европы в благочинном свете, то уже поздно. Опоздал на пару месяцев. История о наших с дубликатом злоключениях уже давно стала достоянием желтой прессы. И в этом противостоянии Карина уже побывала во всех возможных амплуа. Впрочем, как и я. С одной лишь только разницей, что после убийства дубликата для любителей нюхать чужое грязное белье я стал стопроцентным злом.