Нелегал. Том 2

– Жалуются на тебя, Петенька! – объявил Макар Демидович, показавшийся если и не подвыпившим, то определённо слегка нетрезвым.
– Из Общества звонили? – усмехнулся я. – Не особисты хоть?
– Не особисты. Заместитель по воспитательной работе.
– Я их слушателя и пальцем не тронул, только обезоружил. А его родственнички сами напросились. Да и в Обществе они не состоят. Я уже рапорт куда следует подал.
Звонарь глянул в ответ остро и совершенно трезво, ещё и спросил с подковыркой:
– А к грубой физической силе ты был вынужден прибегнуть, потому что…
– Сверхъестественное воздействие могло повлиять на состояние внутренней энергетики соискателей, – без заминки ответил я.
– Соображаешь! – похвалил меня доцент, взвесил в руке бутылку коньяка и с тяжёлым вздохом переставил её на поднос. – Ничего-ничего! Теперь злее будут. Сами князьку своему голову отрежут, если тот в ногу со временем идти не пожелает. Работа с иностранными соискателями предполагается системной и всеобъемлющей.
– К слову, об иностранных соискателях!
Я доложил о проведении предварительного обследования наших заокеанских гостей, заодно попросил согласовать расход медицинского спирта. Сразу и бумажку из портфеля на подпись выложил.
– Первый и последний раз, – предупредил Звонарь, скручивая с авторучки колпачок.
– Макар Демидович! – возмутился я. – Мне с ними ещё работать и работать! Городец вас предупреждал же!
– Работа работой, а хищение хищением! – буркнул в ответ доцент. – Против снабжения твоих подопечных алкоголем… В разумных пределах, разумеется! Я в принципе не возражаю. Но через кассу!
Я озадаченно хмыкнул.
– И как расход спирта с его оплатой увязать? Кто документы в бухгалтерию готовить будет?
– Нюру попрошу, – успокоил меня Макар Демидович и распахнул окно, запуская в комнату свежий воздух. – Ладно, что о своих подопечных скажешь? Староваты они, так?
Мы обсудили неизбежные проблемы инициирования возрастных соискателей с учётом предварительных итогов обследования, и Звонарь поручил мне к следующему заседанию рабочей группы подготовить соответствующие рекомендации, а я в свою очередь указал на бутылку коньяка и уточнил:
– Проверяющие нагрянули?
– Да нет! – усмехнулся дышавший свежим воздухом Макар Демидович. – Тузы в программу детишек пристраивают.
– А смысл? – удивился я. – В общем порядке заявку подать что мешает?
– У людей образ действий такой, всё через личные контакты решают. Да и хлопочут о зачислении не в институт, а в Общество изучения сверхэнергии. Туда не так-то и просто попасть, обидно будет, если из-за медотвода все усилия втуне канут.
– Против физиологии не попрёшь, – хмыкнул я.
Звонарь покачал головой.
– Провести коррекцию при индивидуальном подходе куда проще, нежели в общем потоке. Ну да это тема другого разговора. Как отдохнул?
– С семьёй повидаться ездил.
С боем выбитый недельный отпуск я провёл в Зимске, куда в конце года перебрались родные. Убедить папу с мамой на столь кардинальные изменения в жизни удалось исключительно благодаря содействию Георгия Ивановича, который предложил отцу вакантную на тот момент должность заместителя начальника отдела спецсвязи при тамошнем главпочтамте.
– Это дело! – похвалил меня Звонарь. – У тебя ведь брат в возраст вошёл? Об инициации не думали?
Я покачал головой.
– Результаты обследования у него не ахти. Да и сам инженером стать хочет.
– Передумает – обращайся. Отправим на коррекцию.
– Спасибо!
На этом наше общение и подошло к концу. Макар Демидович тяжко вздохнул и несколько раз, будто бы на пробу, растянул губы в улыбке, потом с обречённым вздохом пояснил:
– Нужные люди!
Я попрощался с ним и двинулся на выход, немного даже озадаченный статусом посетивших патрона гостей, если уж с ними вынужден считаться подполковник корпуса и глава Службы реабилитации, курирующий направление подготовки соискателей. Вот уж действительно – тузы! Но всё же не республиканского масштаба – те бы напрямую на ректора или главу ОНКОР вышли. Как ни крути, Общество изучения сверхэнергии теперь всего лишь филиал РИИФС – пусть и привилегированный, но филиал.
 
Задумчивость сыграла злую шутку. Слишком ушёл в себя и никак не отреагировал, когда уже на крыльце кто-то вдруг повис на плече. Я даже дёрнуться не успел, как звонкий девичий голос прокричал прямо в ухо:
– А вот и вы!
Каюсь – вздрогнул. Но сразу опомнился и попытался отстраниться от вцепившейся в руку барышни, только без толку.
– Вы мой герой! – затараторила та, будто невзначай прижавшись к моему локтю крепкой и при этом отнюдь не маленькой грудью. – Как вы этих абреков раскидали! Я в восхищении!
Выдёргивать руку я не стал, постеснявшись показаться невежливым. К тому же невысокая светловолосая девица была совсем молоденькой и отчаянно хорошенькой, а своим неуёмным энтузиазмом в какой-то мере напомнила Лию. Фигурой – тоже. И при этом князь точно приставал не к ней. Это была какая-то совершенно посторонняя барышня. Видел её первый раз в жизни.
– Это было потрясающе! – продолжила восхищаться девчонка. – Бац! Бац! И все лежат!
Я растянул губы в вежливой улыбке и возблагодарил всех богов, когда взявшую меня в оборот вертихвостку призвала к порядку присоединившаяся к нам барышня чуть постарше.
– Виктория, прекрати немедленно! – потребовала она. – Вешаться на мужчин просто неприлично!
– За собой последи! – фыркнула в ответ девчонка и чуть отстранилась, но мою руку всё же не отпустила. – А если он убежит? Он такой скромный! Даже покраснел!
– Вот именно! Ты его в краску своими закидонами вогнала! Где твои манеры?
«Сёстры!» – понял вдруг я, уловив не столь уж и очевидное внешнее сходство.
Та, что пришла мне на помощь, была выше, стройней и не симпатичней даже, а откровенно красивей. И вместе с тем – строже. В отличие от Виктории мальчишеского в ней не было ни на грош, а серые глазищи смотрели с каким-то непонятным сожалением. Наверное, так смотрят жалостливые люди на кролика, угодившего в железные объятия удава.
– Не мешай! Не видишь, я общаюсь?! – отшила сестрицу Виктория и потянула меня за руку. – Мой герой, скажите же скорее, как вас зовут!
– Пётр.
– Пётр, я непременно расскажу о вас папеньке! Он должен вас увидеть! Приходите к нам на приём по случаю Старого Нового года! Тринадцатого числа в шесть вечера! Вот, держите визитку. Только обязательно, обязательно, обязательно приходите! Пётр, я буду ждать! Пообещайте!
– Отчего же не прийти? – хмыкнул я, приняв украшенную золотым тиснением карточку.
– Обещаете?! – обрадовалась Виктория. – Пообещайте же!
Руку, положим, она бы мне не оторвала, а вот пиджак в случае промедления запросто мог лишиться рукава, поэтому я широко улыбнулся и сказал:
– Ради вас, что угодно!
Не соврал даже, просто отделался банальной благоглупостью, столь же неискренней, сколь и наигранные эмоции девицы.
– Пётр, вы мой герой! – обрадовалась та. – Непременно приходите! Я предупрежу вахтёра!
– Вика! – одёрнула её сестра. – Нам пора! Иди в машину!
– Да уж без тебя разберусь! – фыркнула вздорная девица, привстав на цыпочки, неуклюже чмокнула меня в щёку и поспешила к одному из припаркованных у крыльца легковых автомобилей. – Пётр, я буду ждать! – крикнула она напоследок.
Её сестрица смерила меня пристальным взглядом и протянула руку.
– Ника!
– Пётр, – сказал я, аккуратно пожимая тонкие пальцы.
– Вы ведь не всерьёз пообещали прийти, так? – спросила вдруг барышня.
– Ну почему же… – начал было я, но осёкся и понимающе кивнул. – А! Вам бы этого не хотелось!
Ника покачала головой.
– Нет, не хотелось бы.
Никуда идти я не собирался, но ощутил вдруг какое-то совершенно иррациональное чувство обиды, вот и спросил:
– И почему же, если не секрет?
– Это будет нечестно.
– По отношению к кому?
Но Ника кинула взгляд мне за плечо и сказала: