Судьба королевского наследника (ЛП)

Подождите. Откуда, черт возьми, мне знать?
— Мне нужно мнение ваших мальчиков.
Один встает со стула, застегивая пиджак. Он обращается ко всем нам, но я чувствую, как его глаза впиваются в мои. Он лезет в карман, прежде чем бросить золотую карточку.
— Позвоните мне, если будут какие-то изменения. Как вы знаете, я могу справиться с этим тихо, чтобы оно не переросло в еще больший беспорядок.
  
Он щелкает пальцами, и рядом с ним появляется черная галактика. Он проходит сквозь нее, когда она поглощает его целиком. Один за другим Старейшины уходят, и я жду, пока все уйдут, кроме нас, когда перевожу взгляд на девушку позади отца.
— Ты можешь уходить.
— Найт, — предупреждает папа, протягивая руку назад, чтобы схватить ее за руку.
— Я серьезно. Уходи, или я заставлю тебя уйти.
Отец непонимающе смотрит на меня, прежде чем открыть рот.
— Все вон, кроме Найта.
Стулья скрипят по полу, когда мои братья медленно исчезают тем же путем, каким мы пришли. Отец откидывается на спинку стула.
— Ваш процесс спаривания начался, так что я даю тебе презумпцию невиновности…
— Этого не может быть. Она Бездарная. Как, черт возьми, это может быть она?
Глаза отца на секунду вспыхивают, как будто он пытается сложить это в уме.
— Ты не можешь спариться с Бездарной.
Я пожимаю плечами.
— Ну, если ты говоришь, что это так, тогда…
— Найт, — рычит он. — Я говорю, что ты запустил процесс, потому что так и есть. Я чувствую ее запах на всем твоем теле.
Я моргаю. Сглатывая комок в горле, я пытаюсь стряхнуть с себя оцепенение. Я имею в виду, не то чтобы я не подозревал, потому что, черт возьми, конечно, подозревал. Я был одержим ею. Да. Я одержим ею. Но это точно нет. Этого не может быть.
Я не утруждаю себя тем, чтобы качать головой, потому что иногда отцу просто нравится слушать, как он говорит, даже когда спорит. Ни за что на свете. Я докажу всем, что она не такая. Что она всего лишь бессмысленный маленький гребаный человечек. Игрушка.
— Тебе лучше присматривать за своей матерью рядом с ней. Ты же знаешь, какой она становится.
Я вскакиваю со стула.
— Найт! — зовет он, как раз когда моя рука тянется к дверной ручке. — Если это так, то мне все равно, займешь ли ты трон сегодня или через сто лет. Еще раз так со мной заговоришь и попытаешься составить мне конкуренцию, и я целую неделю буду скармливать тебя драконам, слышишь?
Я толкаю дверь и захлопываю ее за собой, открывая портал и проходя через него.
Да. Мы, блядь, посмотрим на этот счет.
Двадцать четыре
Лондон
Син переводит взгляд с машины на меня, на его лице широкая улыбка.
— Тебе нравится?
— Ты гордишься этим? — спрашиваю я, приподнимая бровь. Мне неприятно это признавать, но я думаю, что мне нравится Син. Или Синнер. Ну, он мне нравится настолько, что я выхожу за ним из дома, чтобы посмотреть на его новый сюрприз. Который, так уж получилось, является… — Ты… наколдовал Феррари?
У него отвисает челюсть.
— Ты хочешь розовый?
Он щелкает пальцами, и цвет меняется на розовый.
— Эээ, на самом деле мне все равно.
Я выхватываю ключи из его ладони, бегу к водительскому сиденью.
— До тех пор, пока я смогу вести машину.
Он с любопытством наблюдает за мной, засовывая руку в карман джинсов.
Он и Найт идентичны на сто процентов. Это почти жутко. И все же каким-то образом я могу с легкостью отличить одно от другого, чего не может сделать никто другой… По крайней мере, так утверждает Син.
Или, может быть, просто Найт всегда угрюм, а Синнер почему-то легкий. Нет. Легкий — неподходящее слово. У меня такое чувство, что он такой же долбанутый, как и Найт. Может быть, он просто лучше скрывает свое внутреннее дерьмо там, где Найт позволяет своему бушевать.
— Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой? — выходит шепотом, почти как будто он задает этот вопрос самому себе больше, чем на самом деле задает мне.
— Почему бы и нет? — Я наклоняю голову набок. — Мне нужен напарник по неприятностям.
— Я не твой напарник, — предупреждает он, только его губы слегка кривятся в нежной ухмылке.
— Прекрасно. — Я закатываю глаза. — Тогда мне нужен телохранитель. Я предполагаю, что есть причина, по которой твой брат потащил меня, не-а, украл меня. И я предполагаю, что ты хочешь помочь ему.
Его улыбка превращается в широкую ухмылку.
— Бинго.
Я открываю водительскую дверь и осторожно закрываю ее. Проводя рукой по кожаному рулю, я усмехаюсь.
— Я бы никогда не подумала, что когда-нибудь буду в чем-то подобном, не говоря уже о том, чтобы сесть за руль! — Синнер фыркает, перекидывая ремень безопасности через грудь и застегивая его. Я свирепо смотрю на него. — Ты, блядь, реально? Ты бессмертен, но все же пристегнулся ремнем безопасности?
— Девочка. — Он приподнимает бедра, чтобы достать маленькую жестянку из заднего кармана. — Без обид, но меня не волнует, сколько жизней у меня есть. Я не собираюсь оставлять без внимания единственную девушку, и-за которой мой брат ведет себя как дикий заключенный. Чтобы он превратился в собственнического засранца? Либо у тебя волшебная киска — и мне немного грустно, что я не успел окунуться в нее до того, как ты поняла, что нас двое, либо ты внутри сумасшедшая сука. Это, без сомнения, либо то, либо другое.
— Знаешь что? — Я включаю передачу и медленно нажимаю ногой на педаль газа. — Включи музыку.
Син не обижается, а просто пожимает плечами. Я хочу спросить его, можем ли мы перенести эту детку обратно в мой мир, но у меня такое чувство, что его просто-напросто не будет. Может быть, этого не существует, и все это сон. Один из многих моих кошмаров.
Я еду по дороге, хотя и не знаю, куда, проводя ногтем большого пальца по другому. Если это сон, это должно меня разбудить.
Только я все еще здесь. За рулем машины стоимостью в полмиллиона долларов в мире, о существовании которого я и не подозревала, не говоря уже о том, чтобы существовать на самом деле.
— Ты знаешь, куда едешь, малышка? — забавно спрашивает Синнер с пассажирского сиденья.
— Я не знаю, но я хочу сказать «да»?
— Хорошо.
Он хихикает, его палец постукивает по обтянутому джинсами бедру в такт Metallica.
— Вы, ребята, слушаете нашу музыку? — Я думаю, куда бы я ни направлялась, это будет долгое путешествие. Если бы только порталы не вызывали у меня тошноту.
Если бы я только знала, куда я, блядь, направляюсь.
Что, если я окажусь перед другой ведьмой, или о боже мой! Что, если я встречу фею?!
Подождите. Нет.
Я не должна быть в восторге от того, что может предложить этот мир.
Страх. Гнев. Надежда вернуться домой. Это те вещи, на которых мне нужно сосредоточиться.
— Ваша музыка?
Син склоняет голову набок, и я моргаю, когда темное небо медленно приобретает мягкий пастельный оттенок. Сатурн парит прямо над нами, его кольцо сверкает ярким золотом. Я никогда не видела ничего подобного. Это что-то, из чего сделаны мечты.
— Ты же знаешь, что Джеймс Хэтфилд здесь постоянный посетитель?
— Нет.
Я снова сосредотачиваюсь на дороге.
— Но я ничего не знаю о вашем мире. На самом деле, всего за несколько дней до этого я не знала, что существует какой-либо другой мир, кроме моего собственного.
Он хихикает, поворачивая голову к окну.
— Люди. Всегда такие чертовски самовлюбленные, думающие, что они единственные, кто когда-либо существовал.
Я открываю рот, чтобы возразить, но закрываю его, когда понимаю, что он прав. Ну и черт возьми.
— Итак. — Я сворачиваю с единственной дороги, которая выглядит как шоссе, только машин нет. — Я что, единственная, кто здесь водит машину?
— Не-а. Если здесь есть люди, они обычно водят машину. Портал заставляет вас всех чувствовать одно и то же, так что, попав сюда, вы больше ничего не сможете предпринять без гребаной тонны практики, и вы пробудете здесь достаточно долго для этого.