Судьба королевского наследника (ЛП)

Ледженд похлопывает меня по плечу, и я слегка обнажаю зубы, гнев струится по моим венам, как огненные лозы.
Он отступает назад, поднимая руки.
— Вау! Что, черт возьми, с тобой?
Мой рот захлопывается. Я говорю откровенно, и я даже не знаю, что со мной и почему я на взводе.
— Ничего. Уберите это, пока Министерство не пронюхало. Буквально. — Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, где девушка, но она уже шагнула через портал, и прежде чем я успеваю сказать ей остановиться, он закрывается и исчезает.
  
Мне нужно сваливать отсюда нахуй, пока я кого-нибудь не убил. Сегодняшняя тренировка никак не успокоила мой разум. Если уж на то пошло, я еще больше рассержен, черт возьми.
Иногда быть лордом чертовски раздражает. Мы всегда застреваем, подчищая глупые решения других, просто чтобы защитить себя от дерьма, которого нам не следовало бы делать. Либо мы вцепляемся в гребаных идиотов вокруг нас, либо сталкиваемся с гневом наших родителей после того, как их заставляют сидеть на встрече с Министерством, слушая, как они говорят о своих опасениях по поводу Лордов Деверо и их неспособности приспособиться к человеческому миру.
Мы на все способны.
Мы просто, блядь, не хотим.
Все это чушь собачья. Нам никогда не следовало скрывать или утаивать наши гребаные дары. Наши родители согласны, но нам сказали оставаться в тени, а наши родители ни хрена не отдают нам приказов. Всегда есть причина, мы им доверяем.
Хватаю пустую бутылку виски возле ступенек, проталкиваюсь сквозь толпу и пробираюсь к передней части дома, отчаянно желая убраться к чертовой матери.
Подальше от моих братьев.
Подальше от нее.
Я собираюсь выйти на пешеходную дорожку и открыть портал, чтобы вернуться в свою комнату, когда кто-то хватает меня за руку.
Я останавливаюсь, оборачиваясь через плечо, чтобы увидеть, как Алекс смотрит на меня глазами лани.
— Куда ты идешь? Ночь только началась.
— Мне скучно. — Я свирепо смотрю на нее, поднося бутылку ко рту и делая большой глоток. Я шиплю сквозь жжение в горле. — И я, блядь, ненавижу обычные вечеринки. — Я отстраняюсь от ее прикосновений.
— Тогда давай перенесем ее обратно в логово. — Ее палец приближается к моей груди, проводя идеально белым ногтем вниз.
Я перевожу взгляд с нее на это движение.
— Алекс, если ты не уберешь от меня свой палец, я его, блядь, отрежу.
Алекс пожимает плечами, как раз когда движение привлекает мой взгляд за ее плечом, и я поднимаю голову, чтобы увидеть Крида, Ледженда, Сильвера и Синнера, стоящих там со своими игрушками на ночь. Посредственные. Каждая из них до единой.
— Я думаю, что девушка права, Найт. — Ледженд подмигивает мне, щелкая пальцами, когда передо мной материализуется большой золотой шар. Похожая на зеркало вода колышется в центре, и я чувствую вкус магии в глубине своего горла. — Думаю, уже пора. — Я смотрю, как Ледженда и его игрушку поглощает портал, прежде чем остальные из них проходят через него, пока мы с Кридом не остаемся стоять вдвоем.
— Мы можем поговорить об этом завтра, — бормочет Крид, но мне похуй, что он говорит, потому что я замечаю, как серебристые волосы выделяются из массы людей, рядом с ее маленьким лучшим другом. Кассандра Оукли зажата у него под мышкой, сверкая улыбкой с глубоко посаженными ямочками на щеках.
Ха. Бен смог. Кто бы мог подумать? Не то чтобы Кассандра была жесткой в постели. Это не так.
— Даже не думай об этом, — предупреждает Крид, и я наклоняю голову набок, наблюдая, как ее голова откидывается назад, когда она сдерживает смех.
— Это могло бы быть весело. Я имею в виду, поиграть с маленьким человечком, — поддразниваю я, обходя Крида. Я почти никогда не дразнюсь. Я оставляю игры Синнеру и Ледженду, поскольку они всегда заполняют свое время скучным дерьмом. Секс и хаос — удел таких, как мы, если только вы не Син и Ледженд, которым нравится заниматься другими хобби, чтобы занять себя.
Его рука опускается на мою грудь.
— Если ты сделаешь это, ты не сможешь забрать свои слова обратно. Как ты объяснишь все, что она увидет?
— Что? — Я обвожу рукой помещение, делая все это волшебное дерьмо. Я смеряю его свирепым взглядом. — Ты хочешь сказать мне, что не думаешь, что она одна из самых горячих человеческих девушек, которых ты когда-либо видел? И то, как она разделась…
Губа Крида подергивается, но он ничего не выдает. Меньше, чем я ожидал.
— Я не прошу разрешения. — Я разъясняю это дерьмо, наблюдая, как Лондон принимает пыльцу фейри, этого она не должна была видеть, но выяснить, кто ей ее дал, проблема другого дня, и раздает ее по очереди своим друзьям. — И, кроме того, девчонка чертовски пьяна.
Я отталкиваю Крида с дороги, и как раз в тот момент, когда она и ее маленький отряд собираются идти в противоположном направлении по дороге, я сбрасываю печать, которая скрывала нас, и тянусь к ее руке. При ударе моя ладонь вспыхивает пламенем, и она медленно поворачивается, ее глаза встречаются с моими.
— Найт?
Я игнорирую идиотов, которыми она себя окружает.
— Ты идешь со мной.
— Но мои друзья. — Она указывает на них, и прежде, чем успевает сказать мне «нет», я притягиваю ее ближе. Она не может видеть портал, она не соткана из магии, но если бы она это сделала, я бы мог списать это на пыльцу, которую она приняла, как гребаный теленок сосал сиську своей матери.
— Найт. — Ее голос прерывается, когда я закрываю ей рот рукой и веду нас обоих. Она перестает бороться, когда гравитация уступает место и наши тела переворачиваются с ног на голову. Вокруг нас проливается разноцветный дождь, когда ее маленькое тело обмякает. Я слышу громкий треск, вибрирующий позади меня, когда портал закрывается, и мы продолжаем плыть сквозь время. Либо Крид тоже втянул в это свою команду, что, зная его, он бы и сделал, либо он закрыл его и играет с Беном в интеллектуальные игры.
Яркий свет отражается на нас из глубины туннеля, и по мере того, как секунды пролетают мимо нас, тот же самый круг становится все больше и больше. Приземление жесткое, особенно если вы не знаете, как это сделать, чего Лондон не знает. Кроме того, она так же человек. Это убьет ее при ударе. Так и должно быть. Я должен просто позволить ей разбираться и покончить с этим.
Острая боль пронзает мою грудь при этой мысли, и я стискиваю зубы, игнорируя эту суку.
Я усиливаю хватку вокруг ее рта и разворачиваю нас, поэтому приземляюсь первым, чтобы остановить удар. Щелчок! Задняя часть моего черепа трескается при столкновении, и смерть на секунду проводит своими длинными пальцами по моим щекам, прежде чем отступить.
Лондон не двигается в моей хватке, и когда я вижу, как Крид прыгает через портал, и он захлопывается за ним, я не знаю, радуюсь ли, что он не столкнул кого-то вроде Бена вниз вместе с собой, или паникую? Злюсь? Мне все равно. Держать ее в своих объятиях — все, чего я хочу. Я хочу проникнуть в ее разум, чтобы увидеть, что там происходит. Может быть, она могла бы сказать мне, почему я так чертовски одержим ею. Или, может быть, я должен просто наказать ее.
Я отталкиваю ее от себя, и она откатывается в сторону, делая глубокий вдох.
The Weeknd звучит в темной комнате, а маленькие сферы света плавают над нашими головами, давая ровно столько, чтобы показать то, что вы хотите увидеть.
Крид непонимающе смотрит на нее, прежде чем вернуться ко мне.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Да, блядь. Я тоже.
Он направляется к бару в углу комнаты, где на задней стене размещены бутылочки, демонстрируя все яды, которые вы когда-либо хотели увидеть. Пыльца фейри, капсулы Купидона, драконий пепел и растения эльфов, выращенные из земных эльфов. Это дерьмо вырубит вас сразу, и все это запрещено на земле. Если люди доберутся до этого дерьма, это грозит разоблачением. Не то чтобы правительство уже не знало. Почти уверен, что в Пентагоне на нас есть целое досье — не то чтобы они когда-либо признались бы в этом. Людям нравится прятаться за своим нарциссизмом. Возможно не может быть никаких других существ, кроме них. В нашу защиту и в защиту других, кто живет там, это работает. Нам нравится, что они чертовски глупы. Нам легко прятаться.