Карфаген 2020. Апгрейд (СИ)
— Не успеют, — без зазрения совести лгу я.
Следующие полчаса отец семейства читает информацию с флешки и делается с каждой секундой мрачнее. Эд утешает его, что донора и реципиента нужно долго готовить к операции, никто сразу не станет резать их сына, и мы успеем его вытащить, а заодно вытащить и десятки других похищенных детей, но его слова действуют слабо.
Мужчина забирает маячок, сжимает в кулаке.
— Он сейчас на тренировке, а я молюсь об одном — чтоб ничего не случилось, пока я еду его забирать. Вживлю в подошву его ботинок и велю носить только их. Они надежные, со шнуровкой.
Эд говорит свой номер, и в этот момент у меня и у него начинают мигать красным кнопки браслета — нас срочно вызывают на работу, место сбора стандартное: ангар флаера. Хозяин квартиры приносит ботинки сына и при нас поднимает стельку и кладет маячок в углубление, словно специально для этого созданное.
— Спасибо за ваш труд, — говорит он, провожая нас до двери.
Сидя на трицикле позади Эда, весь путь на работу я думаю не о том, почему нас вызвали, а о том, какие все-таки люди одинаковые, будь то атеисты, трикстеры или культисты Ваала.
* * *Кириан уже топчется в ангаре. Едва мы переступаем порог, как он всплескивает руками и возмущается:
— Задолбали вы шляться! Полчаса вас жду. Оллеб требует нас всех в контору на ковер. Потому что ты, — он тычет в меня пальцем, — объяснительную не написал!
Обращаюсь к Эду:
— Все-таки надо было дать ему убиться при крушении.
— Ага, — кивает Эд, — нудный он.
«Ковер» представляет собой комнату-аквариум, где собираются за своим столами сержанты, отгородившиеся друг от друга картонными перегородками, для совещаний, сдачи отчетов и общественного порицания. В середине комнаты под потолком — четыре экрана, расположенные так, чтобы всем было видно оратора. Трансляция пока не ведется, шагаю за Эдом по лабиринту между столами к рабочему месту Оллеба.
Сержант, глядящий в монитор, замечает нас, только когда тень Эда накрывает его стол. Косит глазом, откидывается на спинку кресла и скрещивает руки на груди.
— А вот и вы. Наконец-то, — он отправляет кому-то сообщение и сворачивает месседжер. — Леонард, выношу благодарность от всей команды, что вытащил нас из горящего флаера. Это не для протокола.
Он разворачивает к нам камеры, привинченные к столу, и говорит в коммуникатор:
— Господа, моя команда в сборе!
На экранах под потолком появляется крысиная рожа Оллеба, которая торжественно произносит:
— От лица всех полицейских и лично от себя выражаю признательность моей команде и в частности — Леонарду Тальпаллису, который, рискуя жизнью, вытащил боевых товарищей, включая меня, из горящего флаера… — Он берет секундную паузу, чтоб набрать воздуха в легкие, доносятся жидкие аплодисменты, Оллеб продолжает: — Я горжусь своей командой! Благодаря таким людям живет вера, что есть еще место подвигу!
Глаза наивного Кириана сияют, Эда — наливаются свинцом, а я буквально кожей ощущаю фальшь и готовлюсь к подставе.
— Я считаю своим долгом поспособствовать карьерному росту своих сотрудников и еще утром послал заявку на повышение их в звании. Час назад мою заявку одобрили, и все члены моей команды, — он перечисляет нас, — получают звания сержантов!
Улыбающийся от уха до уха Кириан хлопает ему, и комната взрывается аплодисментами. Выждав паузу, Оллеб продолжает, с опаской кося на меня глазом:
— В звание вступите через неделю, каждому поступит в распоряжение тройка добровольцев, вызвавшихся защищать наши интересы в Карталонии.
Кириан продолжает лыбиться и аплодировать, он не понимает, что Оллеб таким образом избавляется от команды, он повышает нас только для того, чтобы мы гарантированно отправились в Карталонию на войну. Отказ от звания — конец карьеры полицейского. Эд и Кириан попали. Зато у меня больше нет сомнений, когда заявляться на шоу «Выживи на Полигоне» — сейчас.
Потом будет поздно.
Глава 19
Танит
Как и планировал, вечер я посвятил тренировкам, делая упор на развитии ловкости, но получалось у меня, как бальные танцы у паралитика, хотя я не такой уж и раскоординированный. В итоге выпил один из волшебных витаминных коктейлей, коих у тренера я приобрел два, дополз до кровати и завалился спать, перед сном вкинув свободные очки характеристик в ловкость.
Программа предупредила о необходимости отдыха перед перераспределением ресурсов организма а так же о том, что сегодняшние достижения я увижу только утром, посоветовала съесть что-нибудь калорийное белковое, но так срубало, что я проигнорировал совет и заснул, едва голова коснулась подушки.
Завтрашние тренировки покажут, что изменится, когда ловкость увеличится до тринадцати.
Просыпаюсь глубокой ночью от дикой боли в мышцах. Их сводит судорогой, как у наркомана во время ломки. Перед глазами всплывает, заслоняя мир, жирный красный текст:
Внимание!
Преобразование прервано ввиду отсутствия в организме достаточного количества микро и макронутриентов!
Необходимо съесть богатую белками питательную пищу!
Ну да, логично: организм перестраивается, нужен строительный материал. Покачиваясь, бреду в ванную. Дрожащими пальцами высыпаю второй коктейль в чашку, заливаю водой и жду, когда он растворится. Ноги то подгибаются, то распрямляются, руки норовят выронить чашку, и ставлю ее на пол. Изнемогая от голода и жажды, считаю до десяти и несколькими глотками выпиваю коктейль, мысленно восхваляя себя, что не поскупился сразу на два.
Судороги прекращаются, становится тепло, спокойно, гул в голове прекращается, и в тишине проступает храп Кириана. Я снова заваливаюсь спать и дрыхну аж до обеда. Просыпаюсь в час дня — снова от голода. И, прежде чем бежать в столовую, тестирую ловкость— делаю сальто через голову и приземляюсь ровно на ноги, даже не покачнувшись. Просматриваю свои характеристики, предварительно сделав запрос, чтоб видеть весь прирост за неделю:
Физическое развитие: 13,5.
Сила: 15 (фактически 15,78; +0,17 за последнюю неделю);
Ловкость: 13 (фактически 13, 59, +2,33 за последнюю неделю);
Выносливость: 13 (фактически 13, 91, +0,18 за последнюю неделю).
Не терпится протестировать новые умения.
Если еще немного поднажать, выносливость поднимется, надо себя погонять… Вот только когда? После обеда нужно подать заявку на участие в «Полигоне», потом лететь за Элиссой.
Нет, сперва подам заявку, потом пару часов проведу в спортзале — времени должно хватить, ведь к Лике нужно аж в семь вечера.
* * *Заявку можно было подать в офисе в центре ступени, находится он, если немного не доехать до промышленной части зиккурата, а можно — в электронном виде, для чего достаточно заполнить анкету с фотографией, написать краткую историю жизни, перечислить достижения и подвиги и вставить контактную информацию.
Перед тем, как заполнять анкету, требовалось прочесть правила участия: соискателю не должно быть меньше двадцати одного, должны отсутствовать хронические заболевания и иметься спортивные достижения или, если соискатель военный, — награды.
И, как напоминание, чтоб я не задирал нос раньше времени,— памятка:
Уважаемые соискатели! Просим вас принять во внимание, что пройти предварительный отбор довольно сложно. Если с вами не связались в течение пяти дней после заполнения анкеты, значит, ваша кандидатура нам не подходит.
Смотрю на пустое место в левом углу анкеты, где должна быть фотография. Фото делают прямо у нас в общежитии — тут есть такая услуга.
Можно не париться, сфотографироваться как есть, сейчас я похож на озверелого: лохматый, с недельной щетиной. Но кто-то будто нашептывает, что к созданию образа надо отнестись ответственно. К тому же я засветился среди черноротых, а они тоже смотрят шоу, взять тех же рабочих конвейера, не хватало еще, чтобы они меня узнали — прошло совсем немного времени.