Ольвия (ЛП)

Неуловимые скифы то исчезают на день-другой, и персы тогда совсем беспомощны, ибо не знают, в какую сторону даже повернуть, то выныривают внезапно на горизонте, и персы тогда оживают, потому что знают теперь, хоть в какую им сторону бросаться… Но сколько бы они ни гонялись за кочевниками, расстояние между ними и персами всегда оставалось неизменным: один дневной переход.
Уже с первых дней похода Дария нет-нет да и беспокоило такое странное поведение скифов. Но персидский царь еще крепко верил в свою победу, ведь перевес был на его стороне, у него было большее войско. В конце концов, у него была орда, которая могла бы просто поглотить, проглотить кочевников со всеми их стадами и табунами! И хотя скифов не удалось застать врасплох и захватить их табуны и стада, но они все же отходят, а персы идут за ними. А отходят потому, что боятся персов. Но так долго продолжаться не может, настанет день, когда скифы, волей-неволей, а вынуждены будут принять бой, которого так жаждет Дарий. А почувствовав на своих шеях мощь персидских мечей, они тогда и думать забудут о своей «странной» войне.
  
А пока «странная» война продолжается.
Пока отходят и отходят скифы, водят и водят за собой персов, и каждый день такой погони по безводным степям под палящим солнцем изнуряет персов и отдаляет от них победу.
***
Дарий о самом себе
Отрывок
«…как военачальник, я — отменный военачальник… Я владею неутомимой силой в руках и ногах, как всадник, я — отменный всадник. Как стрелок из лука, я — отменный стрелок из лука, как в пешем, так и в конном бою. Как копьеносец, я — отменный копьеносец, как в пешем, так и в конном строю. Это способности, которыми меня наградил Ахурамазда, и я сумел использовать их. По воле Ахурамазды то, что мною сделано, я сделал благодаря этим способностям, которыми Ахурамазда меня наградил. О, подданный, знай твердо, каков я, и каковы мои способности, и каково мое превосходство. Да не покажется тебе ложью то, что услышишь ушами. Да не покажется тебе ложью то, что мною сделано».
  
Глава третья
 
Осиное гнездо Скифии
 
Не знал Дарий, что «странную» войну владыка скифов Иданфирс просто вынужден был вести с персами. Иного выхода у него не было, как не было и достаточной силы, чтобы противостоять Персиде и дать ей решающий бой. В первые дни, как только дошли слухи о походе персов, Иданфирс спешно отправил своего посланника к соседним племенам с заданием во что бы то ни стало склонить их на скифскую сторону. Одних склонить лестью (потом за эту вынужденную лесть можно будет и отомстить!), других — обещаниями не трогать их больше, если они помогут скифам, третьих взять угрозами: справимся, мол, с Персидой, возьмемся за вас, непокорных… А тогда — берегитесь, тогда не будет вам места в степях. Но угрожать, конечно, нужно было намеками, дать им понять, а не говорить в глаза.
Личным своим посланцем владыка избрал Тапура.
Молодой вождь восточных кочевников — и о том хорошо знали в степях — не больно-то и слушался владыки, своенравничал, поступал по-своему, а порой и вовсе наперекор ему. И уж если он — непокорный вождь — действует заодно с Иданфирсом и прибыл от его имени, значит, угроза и впрямь велика. Иначе самолюбивый Тапур не примирился бы с владыкой.
Примерно так рассуждал Иданфирс, когда размышлял, кого послать своим гонцом на совет племен.
Тапура же он напутствовал:
— Поедешь в урочище Пантикапы. Там, оповещенные моими людьми, соберутся представители савроматов, будинов, гелонов, тавров, агафирсов, меланхленов и невров. Сумеешь склонить их на свою сторону — малой кровью одолеем Персиду. Ибо первыми в бой мы выставим чужие племена, пусть они потреплют персов, а когда и они, и персы обессилеют — ударим мы, свежими силами. И малой кровью одержим победу. Таков мой замысел. Но о нем чужим племенам не говори. Будь лисом и хвостом заметай свои следы. Мол, Персида напала не только на нас, скифов, но и на вас…
В глазах Тапура вспыхивали огоньки.
— Понял тебя, владыка. Я и сам так думаю: одолеем Персиду малой кровью, а потом прижмем и союзничков.
— Ты мудр, как змея! — сказал удовлетворенно владыка, и в его устах это прозвучало как величайшая похвала. — Счастливого пути!
Но вернулся Тапур с не слишком утешительными вестями.
Хитрый замысел Иданфирса осуществить полностью не удалось.
На совете вождей и старейшин у Иданфирса Тапур сразу по возвращении доложил об итогах своей поездки.
Когда посланцы племен собрались в урочище Пантикапы и сошлись в большой круг, скифы разнесли всем чаши с вином, сыр и вяленое мясо.
Совет начал Тапур, подняв свою чашу.
Начал тихо и мирно, даже несколько заискивающе перед посланцами племен:
— Да дарует нам бог Папай доброго здоровья и силы молодецкой!
Посланцы гелонов и будинов одобрительно закивали чубатыми головами, а посланец тавров вызывающе кивнул:
— У нас есть свои боги, с чего бы нам у чужих, скифских, занимать здоровье да силу?.. Как бы нам это здоровье боком не вышло.
— Скифы задаром ничего не дают! — вставил слово и посланец невров, но чашу со скифским вином выпил единым духом.
— Так говорят в наших степях, — сдержанно молвил Тапур. — А здоровье и сила, от чьих бы богов ни исходили, еще никому не вредили.
— Верно, — сказал посланец невров, сказал, словно соглашаясь с Тапуром, но по тону его было ясно, что думает он о другом.
Остальные посланцы пока в разговор не вмешивались.
Тапур коротко рассказал о приходе персидского царя в… он хотел было сказать «в скифские степи», но в последний миг передумал и с нажимом закончил:
— В наши степи!
— Верно, — отозвался посланец невров, — в наши… — Но снова по тону его выходило, что он думает о другом.
— Кони наши уже оседланы, акинаки наточены, а стрелы наши, как всегда, жаждут чужой крови! — воскликнул Тапур. — Все наши мужи уже собрались, и над нашей землей уже прозвучали боевые кличи родов. Теперь время кричать вам свои боевые кличи. Персы идут тьмой, и нам придется худо, если мы не договоримся о совместных действиях.
— Не нам, а вам! — крикнул посланец тавров. — Вам, скифы!
— О персах мы слышали, — отозвался невр. — «Великое ухо» разнесло весть о персах по всем усюдам. Но персы пришли к вам, скифы, вы и встречайте своих гостей. А мы тут при чем?
Ища поддержки своим словам, он взглянул на тавра.
— Хитрые скифы хотят, чтобы мы подставляли за них свои головы под персидские мечи, а груди — под их копья и стрелы! — воскликнул тавр. — Персы — не наши гости, и не нам о них речь вести. Мы живем в горах, и персы до нас не дойдут. Да и чего им к нам идти? Мы — народ маленький и с персами не враждовали. А вы, скифы, шатались по миру, были в Мидии и других краях, там досадили персам, вот они и пришли к вам.
— Но наши степи… — начал было Тапур, но его перебил посланец агафирсов:
— Не только ваши степи, скифы, но и наши тоже! А вы, скифы, когда-то пришли сюда ордой, выгнали киммерийцев и захватили их край, сделав его своим. Вы обижаете нас, грабите наши поселения и кочевья, а теперь хотите, чтобы мы вам еще и помогали? Воюйте с персами сами!
Того же мнения был и меланхлен.
— Агафирс правду говорит, — коротко бросил он.
— Мой народ тоже так думает, — подытожил тавр. — К скифам пришли персы, пусть они и воюют. А своих воинов выставлять за скифов мы не будем.
Поднялись шум и крик.
За скифов были савроматы, будины и гелоны.
— Мы согласны помочь скифам, — сказали они. — Повоюем Персиду, захватим добрую добычу.
  
— А потом вас захватят скифы, — вставил невр. — Если мы поможем скифам, они станут еще сильнее. А тогда нам не будет от них житья. Скифам верить нельзя.
— Раз так — берегитесь! — вскочил Тапур. — Управившись с Персидой, мы и о вас вспомним!
— Слыхали?! — закричал невр. — Слыхали, как угрожает нам скиф?
Посланцы агафирсов, тавров, невров и меланхленов покинули совет, а те, что остались, пили вино, ели сыр да вяленое мясо и пели песни целый день.