Долгая дорога в страну возрастных изменений

Мужчинам и женщинам они иногда шепчут разное, но в целом проводят неизменную и единую генеральную линию на ослабление организма. Мы начинаем отклоняться от нормы то там, то тут: замедляется реакция, повышаются утомляемость и раздражительность, растут агрессивность, безапелляционность, упрямство, подводят память, слух, зрение, скачет давление, сердце то тахикардит, то мерцательно аритмит, то угрожающе ишемичит. А наши бедные сосуды! Они постоянно пытаются закупориться, заводя дружбу с холестериновыми бляшками, и совместными усилиями толкают нас в объятия инсульта и инфаркта. Наш позвоночник остеохондрозит и обзаводится грыжами Шморля. Кожа сохнет и морщинится, мускулы дрябнут, желудок запорится.
  
Сильнее всего выдает возраст специфический запах, увы, не самый приятный. Он поражает не только человека, но и личное его пространство — одежду, мягкую мебель, воздух помещения. Особенно остро запах чувствуют окружающие, тогда как его носитель к нему привычен и никакого дискомфорта от этого не испытывает. Дело в том, что с годами эманация нашего тела начинает меняться, и все из-за нарушения метаболизма, сиречь обмена веществ. Как-то постепенно и неожиданно волосы начинают редеть, а их остатки грязнятся с бешеной скоростью. При этом выделения потовых желез все меньше возбуждают тех, кто рядом. Им все больше хочется почаще и подольше держать вас вместе с запахом в ванне с приятными ароматическими добавками. А затем, когда вы смажете увлажняющим кремом на натуральной основе все, что только поддается этой процедуре, — от ступни до мочки уха, — они настоятельно попросят вас надеть свежее белье и верхнюю одежду, прошедшую испытание химчисткой или стиральной машиной с утюгом. Желания окружающих не всегда совпадают с вашими собственными, хотя в общем и целом вы и разделяете их взгляды на соблюдение правил личной гигиены. Однако чем старше, тем сложнее становится поддерживать нужную форму. Попросту не хватает сил лезть в ванну или даже стоять под душем, а потом избавляться от лишней влаги между пальцами ног. Ведь спина плохо гнется, и вы уже не гуттаперчевый младенец, лихо подтягивающий правую ступню к мочке левого уха. Как же быть? Выход все же есть, но он требует усилий, главное из которых — меньше себя жалеть и чаще повторять крылатые слова студента Шурика из знаменитой комедии Гайдая: «Надо, Федя, надо». А в ванной комнате можно повесить растяжку с цитатой из гениального «Мойдодыра» Корнея Ивановича Чуковского: «Да здравствует мыло душистое и полотенце пушистое!» Кстати, нисколько не помешают пластиковая табуреточка в душевой кабинке и креслице при выходе из оной. Я уже ими обзавелась и высоко оценила их удобства.
Все чаще я задумываюсь о том, на кого, кроме моей любимой бабушки, я хотела бы походить, когда подойду к отметке в 72 года, что по возрастной шкале ВОЗ означает официальное достижение старости, в коей вы пребываете до 78 лет, после чего до 90 вас считают очень пожилым. А коли повезет перейти рубеж девяти десятилетий, то вас назовут долгожителем. Каких-нибудь пятьдесят лет назад возрастная сетка выглядела примерно так: с 0 до 20 человек формировался, с 21 до 40 — реализовывался, с 40 до 60 нес ответственность, а затем начиналась плавная подготовка к переходу в другое измерение. Возросшая продолжительность жизни, по мнению психологов, привела к дезориентации человеческого сознания. Многие люди потерялись во времени и не готовы к тяжелым испытаниям болезнями и страданиями, смерть кажется им неожиданностью, к которой они и не начинали готовиться.
Поскольку я еще не достигла узаконенной старости, а только к ней готовлюсь, то пока листаю страницы собственной жизни, художественной литературы, светской хроники, киношедевров в поисках подходящего имиджа для той, кому за шестьдесят. После первого визита в Лондон я решила, что мне подходит вариант а la мисс Марпл Агаты Кристи, потому что самое большое впечатление на меня произвели местные старушки и лично королева Елизавета II. Они выглядели не менее ухоженными, чем городские цветочные украшения, которыми так гордятся жители английской столицы и на которые муниципальный бюджет не жалеет средств. Очень возрастные дамы с искривленными прогрессирующим остеохондрозом спинами казались обворожительными. Из-под их шляпок или платочков выбивался перманент цвета соль-перец-немного чернил. Изуродованные отложением солей наманикюренные пальчики прятались в перчатках, а ноги в венозную сеточку были облачены в тонкие прозрачные чулочки и лодочки на небольшом каблучке. Их одежда радовала глаз, контрастируя с невыразительной людской толпой, моросящим дождем и порывистым ветром, который угрожал сдуть некрепко державшихся на ногах розово-кремово-голубых старушек.
В целях ознакомления с английской бытовой культурой я посетила культовый универмаг «Fortnum and Maison» на Пикадилли стрит, где на первом этаже сумасшедший выбор чаев, кофиев и печенюшек. На третьем же уровне торгового центра расположилось популярное кафе, предлагающее с 14.30 разнообразные чаи с чисто британской выпечкой (сконы и маффины), а также мини-пирожные и мини-бутерброды с тунцом, лососем, ветчиной, сыром и свежими огурцами, с теми самыми, которых в пьесе Оскара Уайльда «Как важно быть серьезным» не оказалось на рынке даже за наличный расчет. Приобщаясь к чайной церемонии, я наблюдала за весело щебечущими престарелыми очаровашками, баловавшими себя разговорами под five o'clock tea. Время от времени до меня долетали обрывки фраз: «… it is nice. Isn't it? … it's lovely!» («Как мило!..») Питием чая старинные подружки заканчивали нелегкий трудовой день, посвященный взаимопомощи в выборе какой-нибудь нужной вещицы, будь то пара перчаток, носовые платки, очередная шляпка или недорогой подарок племяннице на свадьбу. Надо полагать, памятная вылазка в центр Лондона будет долго-долго обсуждаться восьмидесятилетними «девчонками», страдающими артритами, артрозами и прочим несварением желудка. Кстати, встреченные мною старушки шествовали по торговым залам в сопровождении легкого запаха нафталина с примесью лаванды или розы. Очевидно, популяция моли столь велика в Соединенном Королевстве, что вещам в шкафах необходима сильнопахнущая протекция.
Возрастное ослабление обоняния заставляет человека применять глушители недоброкачественных запахов, то есть он начинает пользоваться мощными усилителями ароматов. Ими являются духи, одеколоны, жидкие спреи от пота или ядреные освежители воздуха для помещений. Позвольте привести пример для наглядности. Представьте, что к обеду вы жарили на кухне рыбу. Она вкусна и полезна, но при готовке распространяет специфический въедливый запах, задерживающийся в волосах и в одежде. Вы об этом знаете, но на себе рыбного амбре не чувствуете, да и нет времени на принятие душа, мытье головы и смену прикида, ибо вас торопит оголодавшая семейка. Недолго думая, вы глушите рыбу мощной порцией динамита марки «Шанель № 5». Уверяю вас, эффект превзойдет самые смелые ожидания, вплоть до отказа родных от источника фосфора и омеги-3.
По себе знаю, как непросто расставаться с иллюзиями возраста: все кажется, что ты так хорошо выглядишь. Мы с приятельницей решили подстраховаться и придумали способ получать абсолютно искренние комплименты. На вопрос «Сколько вам лет?» мы отвечали честно, накидывая лишних пять годков. Собеседник недоверчиво восклицал: «Не может быть! Никогда не дать столько! Выглядите потрясающе». Согласитесь, пустячок, а приятно. Все лучше, нежели вы кокетливо скинете пятилетку, а ваш визави не сможет скрыть безмолвную насмешку — мол, ври-ври, да не завирайся.
  
Иногда прозрение наступает после вечера встречи с одноклассниками. Неужели тот животастый, полулысый, с потухшими заплывшими глазами и отвислыми щеками на морщинистом лице каких-нибудь тридцать лет тому назад возглавлял список школьных донжуанов? А та тетка в кричащих одеждах, с фальшивой улыбкой белоснежной вставной челюсти и чрезмерным макияжем слыла когда-то красоткой намбер уан в десятом «Б»? Придя домой, вы бросаетесь к трюмо: «Свет мой, зеркальце, скажи да всю правду доложи. Я ведь так ужасно не изменилась?» А оно тебе в ответ: «Ты давно в Пушкинском музее была? Зайди, там портретик один висит, «Старая кокетка» называется. Посмотри на него повнимательней и соотнеси увиденное с собственной персоной».