Играть, чтобы проснуться. Первая книга (СИ)

Ледокол встал, ноги его были в порядке. Левой рукой он держал правую и холодом остужал рану:
— Проваливайте — и ты, и твой подарок! У меня хорошее настроение! — Ледокол отвернулся от призрака и зашагал в сторону своих командиров — Фарила и Ка.
Мирон долго смотрел на Эрика. Они стояли на краю лагеря, там, где сейчас не было ни души, — все бандиты чествовали нового вождя. Но призраку было не до этого. Он так смотрел на йети, будто бы тот был причиной всех его проблем. Будто не Мирон контролировал сейчас всю жизнь Эрика, а совсем наоборот.
— Раньше я всегда мог поговорить с братом. А теперь… У меня только ты. Я как будто таскаю с собой говорящего мертвеца… — Мирон щелкнул пальцами, вновь возвращая Эрику возможность говорить — Слишком часто ты лишаешь меня возможности возвращать тебе ясность ума…
Эрик прохрустел шеей, но так и не сумел подвигать руками или ногами. После этого он зло посмотрел на Мирона: — Идиот! Ты не задумывался, почему так много бандитов, в том числе командиров, переброшено на данж, в котором сложно укрыться от честных отрядов стражей?
— О чем ты?
— Как же с тобой сложно! Я не удивлен, что в конце концов брат устал тебя терпеть!
Мирон не останавливал Эрика. Он слушал его, будто бы забыв о том, что он главнее йети.
— Ледокол ищет брата, так? И он, наверное, догадался, что если Джейк уйдет из мира, он его никогда не найдет. И вот он решил начать поиски с самого опасного места. Если он пропустит Джейка тут, то уже никогда его не найдет.
Светлая мысль озарила разум Мирона. Будто бы он избавился от пары гнетущих мыслей. От скрытого стыда перед братом. И вновь чувство вины поглотило его. Но теперь по-иному. Он понял, что должен сделать.
— Я узнаю, — коротко сказал он.
— Хорошая идея. Только вот у всех у нас мало времени: у Лаки, у Ледокола, да и у тебя, предатель.
— Спасибо за совет! — Мирон щелкнул пальцами, и Эрик вновь поник и замолчал. — Я вернусь, ты только никуда не уходи!
Мирон пропал, смеясь над своим собственным остроумием.
Беран резко вдохнул. Он очнулся в часовне крепости Дробь. Первая смерть за многие годы, проведенные в игре… Паникуя, наводя страх на бандитов, он тут же выбежал на улицу. Ошарашенные подчиненные смотрели на него. Он не мог сделать вид сдержанного вождя даже на секунду. Все понимали, что произошло. Он проиграл. Беран, несгибаемый, непобедимый, — проиграл. Начались перешептывания: «Ледокол его победил», «Он больше не вождь», «Где Калинн?». Калинн смотрел на все это свысока. Он знал, что скоро тут появится один из командиров. Подождав немного и не увидев более никого, он понял: это была не битва, а дуэль. Значит, Беран повержен. Последний командир крепости появился резко — он ждал в одной из хижин рядом с часовней. Калинн направился к орку, по-прежнему не выражая эмоций под шлемом. Да и внутри не горели какие-то особенные переживания. Давно он мечтал о возможности нарушить субординацию. Убить вождя. Мог бы и до этого, безусловно. Но его бы не поняли. Сейчас — за милую душу.
— Калинн, он меня предал! Он… — Беран шел к командиру, спотыкаясь и падая из-за трясущихся ног. Однако его опередил меч рыцаря. Меч быстро, механически, был выхвачен из огромных ножен и, загоревшись синим светом, резко разрубил голову орка пополам. Тот упал на колени, а потом на живот, на секунду схватившись за две половинки черепа, машинально пытаясь предотвратить смерть.
— У нас новый вождь! Кто не согласен — может прилечь рядом с Бераном! — сказал Калинн.
Никто не издал ни одного недовольного звука
— В таком случае окружите часовню и убивайте оборотня каждый раз, когда он будет возрождаться! — приказал Калинн. — Оставьте ему один сейв… Ледокол явно еще захочет поиграть с ним!
Калинн ушел в сторону ворот, в командный шатер, а часовня уже была окружена людьми, готовыми растерзать бывшего вождя.
  
Глава 35. Новое оружие
 
Егор Кравченко сидел неподвижно все в той же комнате, где проходили собрания «Следующей смены», и лишь его нога быстро стучала о пол незаметно для него самого. Он сейчас держал правой ладонью, прилагая большие усилия, левый большой палец, который сильно дрожал в последнее время. Он не мог нормально работать на клавиатуре — его просто вымораживал палец, самостоятельно прыгающий по буквам даже в состоянии покоя. «Это из-за нервов», — говорили ему коллеги и друзья. Все, кроме Миши.
 
Конечно, Егор знал, что это из-за нервов. Но это знание ему не помогало, напротив, заставляло сильнее переживать. Что он и делал. «Скоро все закончится…» — думал он, предвкушая сегодняшнюю операцию.
Теперь помещение уже не было таким пустым. Помимо пары десятков человек здесь было собрано списанное задним числом оружие, которое, конечно, было собственностью «ЛайфКрио». Изобретено оно было тоже здесь. Из всех высокотехнологичных видов оружия Язык смог утащить лишь несколько, да и то — электрическую дубинку и копье, которое могло выстрелить своим наконечником и обездвижить противника. Оружие, конечно, было не смертельным. Да никто и не хотел убивать людей. Это не игра. Умираешь здесь — и уж точно умираешь навсегда. Никаких точек возрождения.
Язык подошел к Егору и присел рядом с ним на корточки.
— Скоро все начнется. Не переживай. Ты все сделал. Еще несколько часов, и люди будут спасены.
Егор тяжело выдохнул, подняв глаза на Языка.
— А если все-таки… Если его инструкции нельзя нарушать?
Мужчина средних лет рассмеялся и чтобы не упасть, схватился рукой за плечо Егора.
— Не смеши меня! Егор, ты же знаешь сам. Люди пока не умирают, но находятся в ужасной опасности. Мы не можем проводить технические работы. По многим причинам. И не можем их оттуда вытащить.
— Можем, — сказал подошедший Ярин. Он светился широкой улыбкой, будто бы скоро предстояло не самое важное событие в истории «КриоЛайф» со времен запуска проекта, а ярмарка меда в Сокольниках.
— К тому и веду, — сказал Язык, посмотрев на Егора. — По инструкциям — не можем. Но мы должны вытащить людей оттуда.
Егор встал, молча похлопав по плечу Языка, потом прошел мимо Ярина, по-дружески ткнув его кулаком в плечо, и подошел к стене, возле которой стояли копья. Так они только назывались. По сути, это были жезлы с навершием, которое источало сильный электрический заряд. Кнопка на рукояти выстреливала это навершие, которое раскрывалось в полете, образуя три лепестка, и цеплялась к своей цели, поражая ее электрическим зарядом. Егор тяжело выдохнул и взял дубинку с наиболее слабым зарядом.
— Я смог достать только два ствола. Думал, ты возьмешь один, — сказал подошедший Языков и протянул Егору пистолет.
В целом он не отличался для тех, кто хоть немного разбирается в пистолетах, от привычного тульского-токарева, внешний вид которого и послужил прототипом. Даже видоизмененная звезда на рукояти напоминала ТТ, только она была четырехконечной и больше походила на изображение розы ветров. Сам же пистолет не имел особых отличий, кроме основного: он не стрелял пулями. Его ствол ближе к концу немного расширялся, образуя форму, похожую на громкоговоритель. Такая форма позволяла оружию формировать видимые электрические заряды. Скорость полета таких зарядов была ниже, чем у боевых патронов, однако они и не выполняли задачу убивать. Мощь заряда могла оглушить или лишить человека сознания, однако вероятность его смерти была крайне мала, как, впрочем, и от остальных видов оружия. Это была примитивная версия, одна из первых. Именно поэтому их не так ценили, как прочие, и Языку было просто немного повредить пистолет, который и без того легко ломался, списать его, а после починить. Модель называлась «ЭПП-3». Все виды оружия, как и это, в «КриоЛайф» были способны разве что обезвредить человека. По крайней мере, по документам было так.
— Возьми сам. Или дай Ярину. Я не хочу наносить людям физический вред, — сказал Егор с явным нежеланием брать ствол.