Нет покоя нечестивым (СИ)

Усталыми глазами посмотрев на накаливающуюся металлическую спираль лампы, он спрыгнул вниз и наткнулся на взгляд Виг. Не сумев зажечься вновь, лампа погасла, окончательно. Но снаружи проходил закат, поэтому через иллюминатор в каюту проникали остатки дневного света.
– Что происходит? – спросила она.
– Тревога, – озвучил очевидность Иван. – Пойду проверю, что да как.
Отворив дверь каюты, он вышел в узкий коридор, где уже стояло несколько рабочих и Бикс.
– Иван, – произнёс последний.
Гул сирены здесь был ещё громче.
– Что происходит? – спросил у него тот.
– Пока неизвестно, но точно что-то нехорошее, – ответил Бикс. – Так быть не должно.
– Пойду к экипажу, – решил Иван. – Скажи всем, чтобы сидели в каютах. Зурд чтобы держал ребят наготове.
– Слушаюсь, – ответил Бикс и пошёл к каюте Зурда.
Иван же прошёл к лестнице, поднялся на два этажа и оказался у бронированной двери в кубрик.
Не успел он постучать, как вентиль на двери самостоятельно раскрутился и дверь отворилась.
– Господин Иван? – спросил один из членов экипажа. – Что вы здесь делаете?
– Вопрос по поводу тревоги, – пояснил Иван.
– А, это нас преследуют пираты, – улыбнулся аэронавт.
Технически называть аэронавтами людей, летающих на стопятидесятитонных кораблях, несколько некорректно. На Земле, насколько знал Иван из журнала «Наука и жизнь», аэронавтами называли воздухоплавателей, то есть перемещающихся на аппаратах легче воздуха, поэтому термин совсем неверный. Но как-то называть этих людей было нужно, а лётчиками их звать язык не поворачивается.
– И как у них успехи? – поинтересовался Иван.
– Ну, у них есть пулемёт, как оказалось… – вздохнул аэронавт грустно. – Они дали очередь на пару корпусов вперёд, принуждают к зависанию.
– Служил? – спросил Иван.
– Четыре года в королевском броненосном флоте, – ответил аэронавт. – Два года вторым номером пулемёта, ещё два года первым номером.
– Как звать тебя? – спросил Иван.
– Бениттом зовут, – ответил аэронавт.
– Принудят зависнуть – дальше что? – задал Иван следующий вопрос.
– Дальше высадят абордажную партию, – ответил Бенитт. – Если им покажется, что товар стоящий, а им так покажется, прикажут следовать до их базы, а там нас всех порешат, потому что живыми мы после такого оставаться не должны. Даже если будем просто знать направление, куда они поведут корабль, нам всё равно конец.
– Они же могут попетлять, чтобы запутать… – начал Иван.
– А зачем? – спросил аэронавт.
– Действительно… – вздохнул Иван.
Он бы точно не стал заморачиваться и просто пустил в расход экипаж и пассажиров. Так выгоднее и проще.
– Значит, если ничего не сделаем, то точно умрём… – констатировал Иван.
– Да, – не стал спорить Бенитт.
– Где капитан? – спросил Иван.
– Здесь, – указал аэронавт в сторону мостика. – Что, есть идеи?
– Есть у вас ребята, умеющие стрелять и драться в ближнем бою? – задал Иван ещё один вопрос.
– Я, например, – усмехнулся Бенитт. – Ещё Уолло что-то из себя представляет. И Шомор неплохо ножичком машет.
– У меня есть двое, – произнёс Иван. – Я и лейтенант Зурд.
– Думаешь, мы что-то сможем против пулемёта? – усмешка Беннита стала грустной.
– Против пулемёта вряд ли, – покачал головой Иван. – Но абордажную партию убрать вполне реально. Мне нужно поговорить с капитаном.
//10 августа 2022 года, на высоте около 5000 метров //
Человек по прозвищу Гном точил свой тесак. Прозвали его Гномом не просто так, а за низкий рост, короткую чёрную бородёнку и не очень уживчивый характер. А ещё он очень сильно любил деньги и пиво.
Наблюдатели с постов на маршруте всего час назад подали сигналы и их малышка взлетела с тайной взлётной площадки посреди песков и направилась по координатам. «Дагот-II» – это разведывательный корабль, лишённый какого-либо вооружения, единственным преимуществом которого являлась высокая скорость и отличная автономность. Они приварили на нос станину для пулемёта и поставили подвижный стеклянный фонарь, чтобы можно было стрелять даже в движении.
 
Слишком долго не везло, уже кончались деньги и припасы на базе, поэтому они просто не могли позволить себе упустить такой прекрасный шанс.
Грузовиком-жертвой руководил капитан Бренд, отставник из королевского флота, известная личность, стоящая на службе у «Воздушных перевозок Нолиса», крупной фирмы, держащей небольшой флот «Ахем-А». И команда у Бренда из отставников.
Только вот известно, что вооружения, кроме пары-тройки винтовок, у этих бедолаг нет, а ещё их слишком мало. Нужно только посмотреть, что конкретно везут, проследить, чтобы грузовик успешно добрался до базы, после чего порешить экипаж и возможных пассажиров. А дальше гуляй рванина: Гном заплатит по накопившимся долгам, а на остатки вдоволь покутит в Палиме, в лучших кабаках и борделях…
Затрещала тревога. Пора.
Гном отложил точило и пощупал кобуру с револьвером.
Протрещал пулемёт, побуждающий к немедленной остановке, а Гном пробежал к выходному отсеку.
На месте уже собралась партия абордажников, вооружённая короткими револьверами и тесками, чтобы подавить и раздавить любого, кто посмеет оказать сопротивление.
Гном встал рядом с Мерзавцем, лысым дядькой пятидесяти пяти лет, склонным почёсывать свою лысину кромкой шкуросъёмного ножа, которым мастерски орудовал. Как почти у всех людей их профессии, характер Мерзавца был не очень, за что его, собственно, так прозвали.
– Сразу стрелять и резать запрещаю! – давал инструкции квартирмейстер, Сутулый Доус. – Иначе сами потащите эту бричку на базу! Среди вас ведь нет рулевых и штурманов?!
Члены абордажной партии нестройно ответили, что, действительно, нет среди них таких.
– Так я и думал! – заулыбался квартирмейстер. – Поэтому держите себя в руках, девочки!
В иллюминатор из закалённого стекла было видно приближение корпуса грузовика. Затем он исчез, после чего погрузочный люк опустился, с металлическим лязгом коснувшись крыши грузового судна. Рулевой сработал на отлично, поэтому входной люк грузовика был всего в трёх метрах от опущенной рампы.
– Вперёд! – скомандовал квартирмейстер Доус.
– Хамма-а-а-а! – во все глотки заорали члены абордажной партии и застучали деревянными подошвами сапог по металлу, сначала рампы, а затем крыши грузовика.
Гном спрыгнул в темноту люка третьим по счёту, приземлился на стальной настил и сразу же отбежал в сторону, чтобы пропустить следующего.
В шлюзовом отсеке было пусто и тихо. Это нетипично, так как обычно терпилы сразу сдаются, собравшись у шлюза, чтобы абордажники не злились и не искали их по всему кораблю. Тут же совершенно пусто…
Вслед за Гномом вниз спустился уже упомянутый Мерзавец, затем Пусик, самый молодой из них, затем Чёрный Улис, Меченый, беглец с каторги, Берен, двоюродный брат Мерзавца, потом капрал Сульт, единственный из них, кто служил в королевском флоте, а затем и Сутулый Доус, квартирмейстер, а значит и лидер абордажной партии.
– Значит, сучата, поиграть захотели? – процедил последний, оглядевшись. – Сыграем…
Вся партия держала оружие наготове и ждала, пока квартирмейстер примет решение.
– Расходимся – прочёсываем корабль, – приказал он. – Окажут сопротивление – стрелять и резать. Похоже, придётся звать старпома, чтобы он совладал с этим корытом… Вперёд! За работу, девочки!
Доус – это, по мнению Гнома, грубый мужик, но дело своё знающий. Говорят, он начинал в Фелице, резал прохожих в богатых районах. Когда стало совсем жарко, с объявлением награды за голову, он ушёл в Гетесту, где не на шутку сцепился в кабаке с гулявшим там капитаном Монтом, их нынешним руководителем. По итогу драки они выпили и сдружились, после чего Доусу было предложено войти в их дружную команду. Гнома тогда ещё не было, он ещё бессмысленно тратил своё время на городских стройках, но это совсем другая история…