Нет покоя нечестивым (СИ)

– А изобретения откуда? – задала следующий вопрос Виг.
– Всё это уже изобретено в тех краях, откуда я родом, – объяснил Иван.
– Так я и подумала, – удовлетворённо кивнула Виг. – Значит, чужеземец с беспонтовой легендой о происхождении… Я была более высокого мнения об имперской разведслужбе…
– Всё ещё считаешь, что я шпион? – Иван обновил чай в кружках.
– Твою легенду легко проверить, а ещё она топорная, – начала перечислять Виг. – Я бы, будь у меня хоть пара часов, придумала что-нибудь получше. Очень паршивая легенда, Иван. И почему Иван, а не Ван? Хотел привлечь к себе ещё больше внимания контрразведчиков?
– Потому что меня действительно зовут Иваном, – ответил тот.
– Эх, не хочешь говорить правду – не говори, – вздохнула Виг.
– Я слишком плохо тебя знаю, Виг, – произнёс Иван.
– И что я должна сделать, чтобы ты лучше меня узнал? – спросила девушка.
– Ничего, – ответил Иван. – Просто дай времени идти и не поднимай этот вопрос. Тогда, возможно, настанет тот день, когда я всё тебе расскажу. Истина такова, что в неё сложно поверить.
– Ты – мессия? – спросила Виг.
– Чего? – внутренне похолодел Иван, но внешне изобразил недоумение. – С чего ты взяла?
Виг внимательно смотрела ему в глаза несколько секунд.
– Не, это бред, – произнесла она. – Если кто-то и встретит мессию, то точно не такая, как я. И вообще, религиозные бредни – это не про меня. Буду считать, что ты шпион имперцев. И прибыл ты сюда, чтобы разузнать всё, передать своим дружкам, чтобы они пришли сюда и всех поработили.
– Как хочешь, – пожал Иван плечами.
– Чего с утра приходил этот мрачный дядечка? – сменила тему Виг.
– На цеха напали, – ответил Иван. – Облили крышу керосином, но охрана пресекла попытку поджога.
– Я так и знала, что местные не дадут нормально работать, – хмыкнула Виг. – Какие планы на день?
– Попробую выяснить, кто именно напал, – ответил Иван. – Затем подумаю, как сделать так, чтобы этого больше не случалось.
– Республиканский страж, – предложила Виг. – Ты приносишь городу деньги, поэтому он заинтересован в том, чтобы защищать тебя и твоё дело.
– Посмотрим, – произнёс Иван. – Ладно, пойду я. Не расставайся с дробовиком.
Нужно было задуматься о приобретении ещё одного револьвера, чтобы Виг не приходилось заваливаться на спину после каждого выстрела. Отдача дробовика – не то, что нужно человеку без ног.
– Как вернусь, приступим к занятиям, – произнёс Иван и пошёл на выход из дома.
– Ага-ага, – ответила Виг, допивающая чай.
Придя к цеху, Иван не стал заходить внутрь, а сразу начал изучать окрестности. Воняло керосином, но последствия диверсии сейчас заливал водой один из рабочих. Он макал швабру в ведро и утирал ею черепицу.
Место перестрелки – главные ворота. Неизвестные пытались выбить дверь в воротах, но не учли, что Иван не пожалел денег и оплатил армирование двери стальными прутами. Засов тоже был стальным, поэтому им бы потребовалось порядочно времени, чтобы разрубить его. После осознания тщетности своих действий неизвестные оставили этот план и забросили треугольную канистру с керосином на крышу, где она благополучно разлилась. Дальше они попытались поджечь её ветошью, но слишком долго провозились, что позволило охране взять себя в руки и контратаковать.
«Если охранника ранили здесь», – посмотрел Иван на кровь у ворот, – «то стрелок находился там».
Он рассмотрел направление струи крови из ноги охранника, после чего прошёл в заданном направлении и начал искать там гильзу. И гильза нашлась в песке. Калибр около десяти миллиметров, чёрный порох, судя по обилию гари и специфическому запаху.
Рядом нашлось пятно крови. Вероятно, охранники ранили не стрелка. Судя по тёмному цвету уже почти что запёкшейся крови, поражена вена.
Капельки крови вели на юго-восток. Иван извлёк револьвер и направился по следу.
Спустя сорок метров, за саманным забором, раненому пытались оказать помощь, порвали рубашку на лоскуты и перевязали рану. Дальше Иван уже видел отчётливые следы сапог на сухой глине, так как раненого взяли на руки и потащили так.
 
Капли крови встречались всё реже, но затем вновь участились. Вероятно, всему виной были неудобная переноска и полное промокание перевязки.
След из кровавых капель привёл Ивана к саманному дому на окраине города. Домик этот был подкосившимся и грязным. Вероятно, заброшенный. Тихо взведя курок, Иван медленно и аккуратно обошёл здание. Посторонних звуков не было, никто не разговаривал – скорее всего, внутри никого нет.
Открыв дверь и отойдя в сторону, Иван не дождался выстрелов, заглянул и увидел, что внутри никого нет. Зато была лужица крови, окровавленные тряпки и несколько пустых гильз. А ещё воняло чёрным порохом. Запах новогодних петард в этом мире означал нечто иное…
Предположительно, рану потерпевшему затворили прижиганием, что есть очень неоднозначное решение. Но это также значит, что больше кровавых следов не будет. Правда, они теперь не особо важны, так как Иван видит отчётливые следы на глине и песке, поэтому знает направление движения налётчиков. А даже если бы он не увидел этих следов, его путь всё равно бы лежал к ближайшему врачу. Потому что это логично.
Ближайший врач, Асам Амис, обитал в пансионате господина Исира, что расположен в двухстах метрах к западу, на улице Сипи, здание 19. Очень странно, что такой неплохо зарабатывающий человек предпочитает жить почти на окраине города.
Дойдя до пансионата, Иван отметил для себя кровавый след на поручне лестницы, что означало необходимость быть начеку.
С Асамом Амисом он лично знаком не был, но отправлял к нему человека, чтобы назначить встречу. Но врач не захотел иметь с ним никаких дел, так как… а непонятно, почему «так как». Посыльный сказал, что бумагу с коммерческими предложениями врач принимать отказался, и был крайне нелюбезен.
А Иван всего-то хотел предложить ему несколько перспективных идей для патентов…
Теперь им придётся встретиться лично.
Дверь, на которой тоже есть небольшой след крови, была закрыта, поэтому Иван послушал, что за ней происходит, удостоверился, что внутри явно больше трёх человек, поэтому начал экспресс-штурм.
Выбив дверь ударом ноги, он вскинул револьвер и начал стрельбу.
Вооружённый парень лет двадцати пяти получил пулю в левую ногу. Ещё один схлопотал пулю в удачно расположенное левое плечо, а затем Иван заставил себя остановиться, так как остальные присутствующие не представляли непосредственной угрозы.
– А-а-а… – упал на ковёр первый подстреленный.
Ему вторил другой, с раненой рукой.
– Оружие на пол, – потребовал Иван, а затем увидел лежащего на кровати налётчика. – А я тебя где-то видел… Точно, ты же из дружков покойного Пивра!
Это был тот горбоносый, имя которого Иван не счёл необходимым узнавать. Остальные налётчики неизвестны, а четвёртый присутствующий – это, вероятно, врач Асам. Во всяком случае, об этом говорит скальпель в его руках.
– Сука… – процедил горбоносый. – Сука ты… Сукин ты…
– Не скажу, что рад тебя видеть, – произнёс Иван. – Но вы пытались сжечь мою мастерскую, поэтому я чувствую, что в праве пристрелить вас всех на месте.
Врач отмер:
– Что?! Я не позволю вам убить их!
– Револьвер у меня, – напомнил Иван. – Поэтому мне решать, кто сегодня умрёт или останется жив. Но, вы правы, лучше посмотреть, как себя поведёт закон. Если он вообще присутствует в этом городе.
Собрав оружие, представленное двумя паршивого качества револьверами, Иван вышел на улицу и расстрелял их барабаны в ближайшую песочницу. Стража, если прохлопала первые выстрелы, не должна пропустить такое. Лучший в мире способ привлечь правоохранительные органы – стрельба рано утром.
– Почему вы приняли этих людей? – спросил Иван, вернувшись в номер. – Вы знаете, что они собирались сделать?
– Мой долг, как врача… – начал Асам.
– Это я уже слышал, – прервал его Иван. – Ваш долг, как врача, обязал бы вас примчатся к моей мастерской, где заживо сгорали бы люди? Вы бы кинулись в пламя, чтобы вытащить кого-нибудь из них? Рискнули бы?