Нет покоя нечестивым (СИ)
Пустынники, к слову, тоже имеют своё мнение о том, как надо дальше жить, поэтому отделились от державы и совершают набеги на прилегающие сочноземельные регионы. Виг, когда напали бандиты, в первые секунды считала, что это были пустынники. Но это оказались «свои».
Также существуют более мелкие движения и объединения, каждое из которых точно знает, как надо лучше всего обустроить державу. Десятки их. Всё это самобытное разнообразие напоминает бурлящий котёл, раздирающий фактически расколотую страну на ещё более мелкие кусочки.
Не стоит также забывать об интервентах.
Есть тэнство Фрайтана, пославшее в западные регионы поддержку для принца Клота, признанного тэном и государственным советом. С острова на восток Саскохора было отправлено сто пятьдесят воздушных броненосцев, пятьдесят тысяч штыков пехоты и двести сухопутных броненосцев, что бы последнее ни значило.
Виг сказала, что сухопутные броненосцы – это машины, покрытые бронёй. Бронемашины? Танки? Пока Иван не увидит их своими глазами, выводов делать не будет. Виг вот вживую их никогда не видела.
Есть республика Флиар, поддерживающая Республиканский Альянс, но расположенная к югу от Саскохорского королевства. Эти вторглись в южные регионы, говорят всем, что за синеодёжных, но активно грабят и убивают мирных жителей – правда, всё это со слов газет красноодёжных. Так или иначе, но двадцать тысяч штыков и десять броненосцев Флиарской республики размещены в крупных городах южных регионов и местные с этим ничего поделать не могут.
Газеты, к слову, развозят практически все стороны, имеющие воздушные броненосцы. В поселение Виг периодику привозили из Ерана, крупного города на северо-западе от их текущего местоположения. Ей особо было нечего делать, поэтому она собирала все периодические издания, поступающие в поселение. Иногда информация в разных изданиях была противоречива, поэтому Виг только и оставалось, что делать выводы самостоятельно и на основе логических умозаключений.
Также существует Империя Аулахор, крайне милитаристская страна, где на троне сидит император Улис II, крайне обеспокоенный тем, что проклятые буржуи устроили революцию и тем самым вызвали брожения среди его революционно настроенных слоёв населения. Их разгоняют дубинками, шлют в ссылки, но они продолжают устраивать митинги и вообще разводят безобразия с непорядком. Цель Улиса II – уничтожение Республиканского Альянса. Он близко снюхался с фельдмаршалом Бургом, оказал ему особое доверие и вверил интервенционный корпус численностью в двести тысяч штыков, а также примерно триста воздушных и шестьсот сухопутных броненосцев. Прямого канала между центральными регионами и Аулахорской империей нет, так как в восточных провинциях орудует принцесса Бисет, теоретический самозваная. Полупартизанские действия её армии делают невозможным налаживание надёжного и бесперебойного снабжения, поэтому у военных определённые трудности с оружием и боеприпасами.
На этом интервенты кончаются, так как остальные страны решили, что лучше выждать, посмотреть, чем дело закончится. У всех полно своих проблем, поэтому лезть в чужие – плохая тактика.
Ещё Иван узнал, что сами они находятся в очень неудачном месте – на границе юго-восточных песков.
На севере война, на юге пустынники, на востоке пустынники, а на западе город Еран, где можно хоть как-то прожить, пока его не захватит какая-нибудь из сторон.
Ивану было индифферентно, куда идти, но хотелось цивилизации, поэтому он решил ехать в Еран, где можно выгодно продать винтовки и пистолеты, а также обзавестись ночлегом с едой.
Винтовок у них теперь было аж пять штук, если считать ивановскую, но на продажу он готов выставить только четыре из них. Ещё есть два ружейных обреза, пистолет неизвестной модели, а также странная хрень, точного определения которой не сможет дать даже компетентный специалист.
Странная хрень внешне напоминала пистолет, собственно, им и являлась, но была крайне, крайне странной. На привале посреди валунов, Иван попытался разобрать эту штуку. Разбор был, в целом, успешным, но он чуть не прострелил себе руку.
Пистолет, как выяснил Иван в ходе разбора, был многозарядным, конкретно на сорок патронов. Внутри стального корпуса, скреплённого болтами, была натянута цепь с мелкокалиберными патронами особой формы. При первом нажатии спускового крючка происходило смещение цепи и патрон становился напротив ствола. Второе нажатие вдавливало патрон в ствол, чтобы создать обтюрацию. Далее, до чего Иван догадался не сразу, нужно было сдвинуть специальный рычаг, ничем не похожий классический спусковой крючок, который накалывал инициирующий заряд иглой, после чего происходила детонация пороха и выстрел.
Убойность этого порождения дерьмовой инженерии была очень низкой, но кожу пробить и впиться в мясо хватит.
Скорострельность мало отличалась от револьвера, так как для выстрела надо было сделать три последовательных действия, что, в условиях интенсивного боя, неприемлемо много.
Надёжность цепной системы под большим вопросом, так как перезарядка в полевых условиях может привести к проникновению внутрь песчинок или даже грязи.
А сама перезарядка – это длительный и неоднозначный процесс. Она предполагает, что болты, крепящие крышку к корпусу, должны быть по-быстрому раскручены, а патронная цепь извлечена. Впрочем, если не удастся убить противника за сорок выстрелов, то нет никакого смысла браться за перезарядку, так как ещё сорок выстрелов вряд ли помогут. Потому что этот пистолет полное дерьмо.
Но Иван рассчитывал выручить за него неплохие деньги, потому что патронов к нему было аж двести шестнадцать штук. Хоть как-то стреляющее оружие лучше, чем никакого оружия, а тут формально неплохие характеристики…
– Я устала сидеть в седле, Иван, – пожаловалась Виг. – Давай сделаем привал?
– Это может быть опасно, – Иван посмотрел назад, на отчётливые следы лошадей в сухой земле. – Если нас преследуют…
– Да не преследует нас никто, – отмахнулась Виг. – Кому надо гнать людей в такую даль? Вдруг, это не мы убили тех разбойников?
– Но убили-то мы, – не поддержал её Иван. – Нет, надо ехать дальше. Потерпи ещё десять километров.
– Тогда мы уже доедем… – недовольно пробурчала Виг.
– Значит, отдохнёшь сразу же в комфортных условиях, – усмехнулся Иван. – Расскажи мне про Еран.
– А что рассказывать-то? Город как город… – Виг всё ещё была недовольна тем, что ей нельзя слезть с лошади и посидеть на земле.
– Сколько там жителей, есть ли электричество, какова численность гарнизона? – задал Иван серию вопросов.
– Да я там не особо часто бывала, – произнесла Виг, задумавшись. – Но там не меньше десяти тысяч жителей, электричество есть, а гарнизон… не знаю.
– Ясно, – кивнул Иван.
Так получилось, что Виг сидела дома, по понятным причинам, практически не участвуя в социальной жизни, но зато часто читала газеты и изредка попадающие ей в руки книги. Иван, к слову, попробовал прочитать агитлистовку от красноодёжных, по словам Виг, призывающую к присоединению к «единственной легитимной власти», но увидел лишь замысловатые кракозябры. Из этого можно сделать вывод, что Ван не умел читать.
Это нормально на нынешнем уровне развития. Слышал Иван, что в Российской империи, ближе к 1917 году, грамотных, в среднем по стране, было не более 30–35 %.
Советы, к 1960-м годам, повысили грамотность населения до 98 % с лишним. Тогда стало нормальным явлением, что все встреченные на улице совершеннолетние люди умеют читать и писать, а неграмотные обычно живут в самых глухих уголках тайги.
Здесь же… Здесь Виг научилась читать и писать только в четырнадцать лет, причём самостоятельно, в течение двух лет после потери нижних конечностей.
Как она потеряла ноги – это непрояснённый вопрос. Иван не стал спрашивать, потому что это ему не слишком интересно, а сама Виг не горела желанием рассказывать.
– Научи меня читать, – попросил вдруг Иван.
– Что? – посмотрела на него Виг. – Зачем тебе это?