Нет покоя нечестивым (СИ)

– Я покажу тебе способ, при котором не остаётся, – пообещал Иван.
Вероятно, дух-трава у них долгое время была религиозно-культовой вещью, а сочноземельщики ещё не распробовали всю «прелесть» местной наркоты, поэтому не внесли толику прогресса в её употребление.
В кузнице они вновь застали неустанно работающих Ргина с сыном, в очередной раз долбящих молотком очередную заготовку.
– Дай ему всё, что он попросит, – велел старейшина.
Ивану было нужно немного, поэтому он сразу приступил к работе. Распилив первую попавшуюся ветку, он получил примерно шестисантиметровый кусок, в котором шилом проковырял отверстие, в которое вставил примитивное ручное сверло, лежавшее среди инструментов на верстаке. Просверлив в ветке отверстие, Иван раскалил шомпол от винтовки в горне и всесторонне обжёг стенки отверстия. Далее он выбрал подходящий сучок, отпилил его и выковырял в нём, с помощью ржавой стамески, гнездо под дырявую ветку. После того, как стало ясно, что всё стыкуется, он наковырял в сучке чашу под наркоту, обжёг её, а затем выжег раскалённым шомполом канал для воздуха, ведущий прямо в основание чаши. Скрепив две части, Иван получил трубку для курения чего угодно.
Получилось дерьмо, которое никто, пребывая в своём уме, курить не станет, но для местных сойдёт.
– Так, – кивнул Сай, принимая трубку в руки. – И что теперь?
– Дух-траву помещаешь в чашку, поджигаешь и тянешь через трубочку, – объяснил Иван.
– Ага… – достал старейшина кошель с наркотой. – Ргин, дай мне огня.
И, естественно, Сай захотел проверить всё прямо на месте. Он набил чашку до отказа и поджёг траву поданной кузнецом лучиной. Закашлявшись, он с наслаждением закрыл глаза и сделал следующую затяжку.
– Кха! Деревом дерёт… Кха-кха! – просипел старейшина. – С бумагой было лучше… Кха-кха-кха!
Иван пожал плечами.
– Кхм! Кхм! Но это тоже хорошая придумка, – наконец-то взял себя под контроль Сай. – Будет тебе ещё пять патронов.
– Когда? – спросил Иван. – Я всё сделал. Мне нужна моя награда.
– Тебе торопиться не следует, – произнёс Сай. – Поживи у нас немного, скоро привезут ещё больше сломанных винтовок. Починишь их – получишь коня.
Вот этот поворот Ивану не понравился. Он буквально чувствовал, что в этих словах таится кидалово. Бизнес, в котором он был почти всю свою жизнь, вырабатывал чутьё на такие вот моменты. У тех, у кого такое чутьё не вырабатывалось, естественным образом выбывали из бизнеса.
– Я честно выполнил свою работу, – сказал Иван.
– Да, – кивнул старейшина. – Но я предлагаю тебе выгодную сделку.
– Мне нужен мой пистолет, патроны и еда на неделю, – повторил Иван запрос.
– Всё это будет… – улыбнулся старейшина. – Но…
Он осёкся, увидев что-то в глазах Ивана. Тот опомнился и быстро вернул себе прежнее выражение. Многим людям из его прошлой жизни не нравился его взгляд, который у него появлялся сразу же, когда он слушал слова, с помощью которых его пытаются кинуть.
– Не забывай, что ты мой гость, – старейшина вновь расслабился.
– Я сделал всё, что от меня требовалось, – вздохнул Иван. – Мне нужен пистолет, патроны и еда.
Повисла пауза. Затуманенный разум Сая медленно обрабатывал информацию и выдавал готовые решения. Поэтому дурман в серьёзном бизнесе приносит только ущерб.
– Хорошо, ты получишь всё это, – наконец-то решил старейшина.
– Сейчас, – потребовал Иван.
– Хорошо, сейчас, – кивнул старейшина. – Ргим! Дай ему его пистолет!
Кузнец внимательно посмотрел в глаза старейшины, потом кивнул и сходил за пистолетом. Его не было несколько минут, но после этого он вернулся с блестящим маслом пистолетом.
Иван принял оружие, собственноручно выпрямленную накануне обойму и поместил всё это в самодельную кобуру.
– Патроны, – потребовал Иван.
– Идём, – сказал старейшина.
Они пошли к дому Сая, но от Ивана не ускользнуло, что сын кузнеца куда-то метнулся через задний выход кузницы. Увидел он это мельком, поэтому был шанс, что никто не заметил, что Иван это увидел.
Не собираются они отпускать его просто так. Но это было понятно изначально. Потому что у них нет никаких объективных причин это делать.
 
Чужак пришёл, надо было его захомутать и поработить сразу, но он оказался полезным. Поэтому старейшине показалось разумнее использовать его, посулив за работу щедрую награду. Иван всё это понимал с самого начала, поэтому, временно, принял правила этой игры, но никогда не забывал, что он в гостях.
Значит, его скоро будут брать. Возможно, прямо у дома старейшины.
– У тебя дома есть патроны? – спросил Иван.
– Да, конечно, – легко подтвердил Сай.
– А если серьёзно? – усмехнулся Иван и тихо вытащил штык, приставив его в область под левой лопаткой старейшины. – Вот настолько серьёзно.
– Мы ведь отнеслись к тебе по-доброму, Иван, – начал лечить его Сай.
– Поэтому сын кузнеца побежал сообщать другим воинам, что пора меня хомутать, – произнёс Иван. – Я сразу понял, что отпускать меня вы не собираетесь. Поэтому не трать слова напрасно, а говори по делу. В доме есть патроны к моему пистолету?
Старик взял паузу. А может, просто плохо сейчас соображал.
– Нет, – ответил он.
– Значит, веди меня туда, где я могу их получить, – вздохнул Иван. – Ты не подумай, меня не так просто убить. У тебя нет таких воинов, которые убили стольких, скольких убил я. Моими жертвами можно населить небольшой кишлак.
– «Кишлак»? – не понял старейшина.
– Поселение, – пояснил Иван. – Я убил многих и убью ещё больше, если потребуется. Не вынуждай меня вновь совершать военные преступления…
Последнее старейшина, видимо, тоже не до конца понял, но на этот раз Иван не стал пояснять. В этом языке нет понятия «военное преступление». Что бы ни делалось на войне, у этого народа преступлением не считается. Потому что это война.
Они дошли до невзрачного серокаменного дома со встроенной лавкой. За лавкой стоял гладко выбритый лысый мужчина в чёрной тунике.
– Шамиу, дай этому человеку тридцать патронов для пистолета Диба, – попросил старейшина.
Видимо, этот похожий на Маузер пистолет называется пистолетом Диба. Не очень полезно, но любопытно.
– Как скажешь, почтенный, – поклонился лысый.
Это, видимо, торговец, потому что он вытащил картонные коробки с патронами, после чего набил три полные обоймы по десять патронов.
– Заряди, – велел ему Иван, положив на стол свой пистолет.
– Я не умею, – сказал торговец.
– Тогда я проткну спину твоему старейшине, – вздохнул Иван. – Чтобы он не смог воспользоваться своим кинжалом. А затем я проткну тебе шею, потому что ты мне совсем не нужен. Итак, ты умеешь заряжать пистолет?
Торговец молча зарядил пистолет.
– Теперь положи его на стол, – приказал ему Иван. – И отойди на два шага назад.
Когда лысый сделал всё, что велено, Иван взял пистолет и положил в кобуру. Две обоймы он поместил в карманы.
– Положи еды на неделю пути вон в ту сумку, – приказал Иван торговцу. – Не больше, но и не меньше. И вон тот бурдюк с водой передай.
Торговец взял перекидную сумку, вывалил оттуда содержимое, оказавшееся связками гвоздей, обмотанных шпагатом. Тоже товар. Лысый положил в котомку вяленое мясо, обёрнутое тряпками. Как понял Иван, здесь точка снабжения воинов, где они пополняют запасы перед вылазками.
– Идём дальше, – сказал он старейшине, перекинув котомку через плечо и взяв бурдюк.
– Что ты будешь делать? – спросил Сай. – Тебе всё равно не уйти.
Дурман практически сошёл с его разума, то есть говорит он почти трезво. Впрыск адреналина, вызванный испугом, здорово прочищает мозги. Так пьяные люди, совершив что-то экстремально необдуманное, чудом избежав последствий, практически мгновенно трезвеют. Здесь произошло что-то вроде того.
– Уйти можно всегда, – усмехнулся Иван. – Все, кого ты пошлёшь за мной, умрут. Необязательно быстро. Я не буду брать их коней, но заберу патроны и оружие, столько, сколько сочту нужным.