Мы – Tanzwut. Эра Тьмы (СИ)

Как ни странно, он ощущал лишь легкий дискомфорт, который не шел ни в какое сравнение с болью, что он испытывал несколько секунд назад. Всадник смог вытянуть из ожога все мучение. Это достаточно долгая процедура, но ради облегчения стоило и подождать. С губ Кралла сорвался короткий стон, который он постарался тут же оборвать. К счастью, Всадник опять сделал вид, что ничего не заметил.
— Эмбер показала мне, как вы сражались, — все так же негромко говорил Всадник, но от этого вкрадчивого голоса Кралл почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Я кое-что заметил. Тот демон, что с черными длинными волосами, творящий мощные звуковые волны. Кто он?
— Они называют его Шумоном, — прошипел тигр, болезненно жмурясь от действий Темного, который продолжал обрабатывать его ожоги. — Но он очень слаб, его хватает только на один-два удара. В сражениях использует Силу только под конец, чтобы оторваться от нас.
— Я вспомнил его, — внезапно произнес Всадник, коротко усмехнувшись. — Хитрый ворон, улизнувший от меня. Если его правильно обучить и дать собирающие амулеты, он мог бы стать сильным боевым демоном.
Древний замолчал, о чем-то задумавшись. Кралл молчал, его не просили сейчас говорить. Не стоило отвлекать хозяина от мыслей. А про себя демон вспоминал то старое-старое событие, которое почти выветрилось из головы. Тигр не считал, что какой-то сбежавший слабый демон являлся важной частью истории, чтобы ее стоило запоминать. Но раз Всадник считает, что в этом есть смысл, значит, так и есть. Темный никогда не делал ничего просто так.
— Думаю, мы сможем помочь друг другу, — криво ухмыльнувшись, зубастая щель-пасть раскрылась, обнажая внутренний яростный огонь. — Шумону будет интересно мое предложение, он достаточно умен для того, чтобы оценить его по достоинству.
***
Проснулся он внезапно, почувствовав, будто кто-то толкнул его в бок. Тойфель рывком поднял голову, ошалело оглядевшись по сторонам. Но вокруг было тихо и пусто. Из приоткрытого окна лился нежно-оранжевый свет заходящего солнца. Судя по всему, проспал он до самого вечера.
Тойфель так и остался на том же месте, где себя помнил — на полу гостиной возле дивана. Рядом дремал Штефан, тихо посапывая. Наверное, именно он во сне случайно лягнул Тойфеля пяткой. Дневная жара спала. Теперь отдохнувший рогатый чувствовал себя гораздо лучше. Его живот требовательно заурчал, призывая съесть что-нибудь стоящее.
Тойфель осторожно поднялся на дрожащих ногах. На диване, возле которого он спал, расположился Рене, свернувшись калачиком. Тот устал настолько, что даже не проснулся от шороха над ухом. Тойфель посчитал, что будить его не стоит. Он сразу направился к кухне, стараясь не издавать лишнего шума.
За столом, сгорбившись, сидел Брудер Шлаф. Он опустил голову на столешницу, подложив под нее ладони, мирно спал, ни на что не обращая внимания. Пожалев его скрюченный позвоночник, Тойфель положил ему на плечо ладонь, собираясь разбудить. Пусть уж он лучше либо составит ему компанию, либо пойдет спать в кровать. Тойфель не хотел его напугать, однако попытка не увенчалась успехом. Шлаф все равно вздрогнул, приподнял голову, обводя непонимающим взглядом кухню.
— Я голоден, как медведь после спячки, — признался ледяной, когда понял, где находится.
Тойфель молча с ним согласился. Вся стая в последний раз ела только утром перед выходом на улицу. И то немного, потому что из-за жары кусок в горло не лез. Сейчас же казалось, что в желудке образовалась бездонная яма, которая поглотит все, что угодно. На гремящие звуки из комнаты вышел широко зевающий Алекс.
— Шумон не идет? — Поинтересовался Тойфель, предполагая, что оба демона были в комнате.
— Он уже ел и сказал, чтобы до утра его не трогали, — пояснил Алекс, хорошенько потягиваясь. — Ему сильно досталось в драке.
Вскоре к ним подтянулись остальные, такие же сонные и голодные. Алекс с Рене даже не смотрели друг на друга, что очень тревожило Тойфеля, хотя обычно всегда находили, о чем поболтать. Он надеялся, что вскоре они все выяснят и помирятся. А пока его голова была забита совершенно другими мыслями.
 
Они потеряли свои инструменты. Во время побега о них никто не вспомнил. Даже если они так и остались лежать во дворе, то часть все равно была сломана так, что своими силами не восстановить. И все равно никто не горел особым желанием бежать на место сражения и искать там инструменты. А это значило, что демоны потеряли единственный возможный источник заработка.
Алекс утверждал, что у них нет выбора, необходимо переходить на новый этап плана. Тойфель знал, что рано или поздно этот момент должен был настать, но не ожидал, что все случится так быстро и безвозвратно. Но тех денег, которые были у них в распоряжении, все равно бы не хватило на покупку новых инструментов, на которых еще нужно было научиться играть.
Конечно, существовал вариант взятия инструментов напрокат, но в долгосрочной перспективе это было очень дорого. Демоны еще долго обсуждали что же им делать дальше. Мысли об их дальнейшей судьбе навязчиво крутились в голове Тойфеля. Он думал, что не уснет всю ночь от волнения и тревоги, однако за день он настолько вымотался, что дурные мысли мигом вылетели у него из головы, когда он закрыл глаза.
  
Глава 12. Семена тьмы
 
Утро выдалось солнечное. Яркие лучики просачивались сквозь густую листву деревьев, бросая веселые золотистые пятнышки на подоконник в кухне. Первым проснулся Алекс, понимая, что больше не сможет сомкнуть глаз. Он потряс тяжелой от долгого сна головой, направился на кухню, чувствуя, что ему просто необходимо выпить чаю.
События прошедшего дня перемешались у него в голове так, что он даже не понимал, как быть дальше. Алекс был сбит с толку заявлением Тени по поводу Рене, а действия самого паука не поддавались никакому объяснению. Для него стало ударом то, что тот, кому он доверял свою жизнь, мог оказаться предателем.
Рассеянно гоняя в кружке чайный пакетик, Алекс пялился в окно, наблюдая за движением на улице. Люди шли куда-то по своим делам, машины быстро проносились по дороге, оставляя за собой вонючие облака выхлопных газов. Голова демона была занята мыслями о прошедшем дне. Раз за разом перед глазами вставали яркие образы сражения. Раз за разом он обдумывал поведение Рене, пытаясь понять хоть что-то.
За своими мыслями Алекс еле заметил, что в кухню вошел сам Рене, игнорируя присутствие Лани. Он намеренно не смотрел на него, потянулся за другой кружкой в подвесном шкафу. Алекс оценивающе оглядывал брата, чувствуя нарастающее внутри раздражение. Он вел себя так, будто ничего и не произошло, даже не пытался хоть как-то оправдаться.
— Я думал, ты сбежишь под покровом ночи к своему хозяину, — не удержавшись, ядовито съязвил он.
Рене вздрогнул, но даже не обернулся. От конвульсивного движения посуда в шкафу загремела. Паук, наконец, достал кружку, молча двинувшись к чайнику. Алекс ощущал, что тот еле сдерживался, чтобы не огрызнуться в ответ. Он с мрачным удовольствием подумал о том, что Рене чувствует свою вину, поэтому не осмеливается вступить в словесную перепалку.
— Ну да, конечно, кто бы тогда шпионил для Всадника? — Продолжал рычать Лань. — Хочется же выслужиться перед ним, да?
Рене стукнул кружкой с чаем по столешнице, расплескав немного жидкости. Он судорожно, до побеления костяшек, сжал сосуд, еле держа себя в руках. Алекс слышал его тяжелое дыхание и видел потемневшие от злобы глаза. Непонятно было, что до сих пор его удерживало, чтобы он не набросился.
— Не смей так разговаривать со мной, — еле выдавил из себя Рене, чуть не задыхаясь от ненависти.
— Что вы тут устроили?!
Алекс даже не заметил, как в дверном проеме появился сонный Тойфель, привлеченный звуками ссоры. Он переводил недоуменный взгляд с одного демона на другого. Лань стиснул зубы, не понимая, как вожак мог быть таким слепым по отношению к Рене. Неужели он успел забыть о том, как тот собирался его убить?