Мы – Tanzwut. Эра Тьмы (СИ)

Тойфель вытянул вперед дрожащую руку и осторожно коснулся кончиком пальца до щеки Шлафа. Она была холодная, лицо словно искусно выточено из куска льда. От места прикосновения по серебристым узорам инея пролегли тонкие трещины, как будто морщины. Они расползались по всему телу маленькими змейками, тихо похрустывая от каждого небольшого движения.
Раздался короткий хруст, который мгновенно оборвался. Тойфель застыл от неожиданности, одернув руку от лица демона. Все трещины разом расширились. Тело ледяного рассыпалось на тысячи мельчайших сверкающих серебристых осколков, которые с мелодичным звоном разлетелись в стороны. Тойфель еле успел прикрыть лицо ладонью, чтобы острые кусочки льда не вонзились ему в глаза.
Рогатый растерянно оглядел рассыпанные по земле маленькие кристаллики прозрачного льда, которые весело поблескивали разными цветами, как осколки стекла. Тойфель снова взглянул на Пиро, который, казалось, очнулся от глубокого сна. Он безучастно осмотрел россыпь льда, а затем повернул голову к вожаку. Тот с изумлением понял, что в глазах Пиро полыхает жгучая неудержимая ненависть.
Оба почти одновременно вскочили на ноги. Огненный сжал ладони в кулаки, воззрившись сверху вниз на испуганного Тойфеля. Тот вжал голову в плечи, стараясь стать маленьким и незаметным. Начал медленно пятиться назад, не сводя взгляда с лица Пиро, которое перекосило от гнева.
Огненный остановился. Вознес руки к небу, запрокинув голову назад. Яростный рев заложил уши Тойфеля. Он видел, как вокруг Пиро распустился алый цветок пламени. Языки огня жадно лизали его тело, собирались полностью проглотить. Тойфель, как завороженный, смотрел на это, не смея подойти ближе. Пламя кружилось в неистовом танце, а затем, поднявшись, с головой накрыло Пиро, выбрасывая в воздух сноп пылающих искр. Тойфель пригнулся, защищая голову от раскаленных ошметков.
В тот же миг рев прекратился, захлебнувшись в самом себе. Рогатый с опаской поднял голову. Но перед ним уже ничего не было. Глаза видели только пустой двор, все так же залитый кровью. Лишь горстка темного пепла сиротливо лежала под ногами Тойфеля, напоминая о том, что только что произошло. Но ее тут же развеял по воздуху легкий порыв ветра.
Тойфель стоял на месте, все еще не понимая, что произошло. Ветер слегка покачивал его из стороны в сторону, мрачно завывая в темной листве деревьев, которые были рассажены в этом дворе. В голове не было ни одной мысли, тело будто налилось свинцовой тяжестью. Тойфель чувствовал, что ужасно устал, ему хотелось спрятаться от всего внешнего мира и больше никогда-никогда не высовываться.
Он не верил в то, что с ним происходит, все это казалось каким-то длинным и очень детальным кошмарным сном. Казалось, вот сейчас он проснется — и все останется позади. А весь пережитый ужас так и останется в памяти не больше, чем одним из многих неприятных кошмарных снов.
Но ничего не происходило. Он так и продолжал стоять на открытой местности, погруженный в свои невеселые мысли. Внутри него вдруг поселилось какое-то странное ощущение, которое не позволяло сорваться в отчаяние. Какая-то слабая надежда на то, что еще не все потеряно.
Вдалеке Тойфель разглядел два силуэта. Они двигались рядом, почти вплотную друг к другу, шли в противоположную сторону от Тойфеля, все отдаляясь и отдаляясь. Демон сорвался с места, стремясь нагнать уходивших. Он точно знал, что это оставшиеся в живых братья, которые, наверное, не заметили его самого в тумане.
— Шумон! Алекс! Подождите! — Закричал он, боясь, что и те исчезнут.
Силуэты остановились. Когда Тойфель приблизился, он только лишь убедился, что не ошибся со своими выводами. Его братья действительно были живы. Он поймал их вопросительные взгляды. Слова застряли где-то в горле, когда выражение лица Алекса сменилось с вопросительного на презрительный. Он окинул Тойфеля с ног до головы испепеляющим взглядом, брезгливо скривившись, отвернулся. Взгляд Шумона выражал полнейшее разочарование в своем вожаке. Он печально качнул головой, а затем быстро отвел взгляд.
 
Демоны, не сказав ни слова, снова продолжили свой путь, отходя от Тойфеля все дальше и дальше. Вскоре густой туман поглотил их силуэты, оставив рогатого одного. Его совсем сбили с толку, он совершенно растерялся, на какой-то миг даже позабыв, где находится. Но затем осознание густой горячей субстанцией обволокло его с ног до головы, мешая нормально дышать.
Он остался совсем один. Потерял всю свою стаю. Все надежды были разбиты вдребезги. Тойфель тяжело задышал, чувствуя, как к горлу подкатывает плотный комок. Он не смог защитить своих братьев. Не смог довести дело стаи до конца. Подвел всех, кто был ему дорог. Так какой же из него вожак?!
Не отдавая себе отчета в действиях, Тойфель сорвался с места, кинулся бежать. Неважно куда. Неважно зачем. Лишь бы подальше от этого треклятого двора, в котором жизнь за короткое время потеряла весь смысл. Он бежал вперед. Его ноги отбивали ритмичную дробь. В груди бешено колотилось сердце. Легкие разрывало от недостатка кислорода. Набегающие слезы душили его.
Тойфель не обращал внимание на то, что густой бледный туман заползал ему в нос и уши. Не останавливался, когда упругие низкие ветки деревьев нещадно хлестали его по лицу, а глаза застилала выступившая кровь. Он спотыкался о камни, лежащие на дороге. Падал наземь. Но снова и снова упрямо поднимался, продолжая бежать.
Тойфелю было наплевать на все, что происходило вокруг. Для него перестал существовать весь мир. Грязный, пыльный, израненный, он взвыл побитым зверем, которого загнали в ловушку. Никто не придет на его горестные вопли. Тойфель снова запнулся о какой-то корень, растянулся на сырой земле. Не найдя в себе больше сил подняться, он подтянул ноги ближе к груди, весь сжался. От безысходности он разрыдался, как маленький беспомощный ребенок, потерявшийся в огромном несправедливом мире.
— Тойфель! — Услышал он чей-то далекий возглас, прежде чем волна тьмы накрыла его с головой.
  
Глава 11. Трещины
 
— Тойфель! — Оклик повторился где-то у его носа.
Он с трудом разлепил слезящиеся глаза. Сколько можно уже вырубаться? Кто-то бесцеремонно отвесил ему звонкую пощечину, из-за которой перед глазами поплыли разноцветные круги. Наконец, Тойфель смог сфокусировать взгляд. Перед ним маячило встревоженное лицо Рене, который напряженно в него вглядывался, словно пытался что-то найти.
— Живой, — бросил демон куда-то вбок, легко отскочив в сторону.
— Жаль, ненадолго, — фыркнула гарпия, чьи исполинские медные крылья были изящно сложены за спиной.
Тойфель потряс головой, стараясь сбросить с себя странное ощущение, будто он проспал несколько часов, а теперь даже не понимает, где находится. По его щекам текли ручейки слез, которые он тут же постарался незаметно смахнуть. Он сидел на коленях, его со всех сторон окружали твердо стоящие на ногах Тени. Так близко, что, казалось, только и ждут того, чтобы его растоптать. Тойфель с мрачным удовольствием отметил, что все они выглядели потрепано.
И только сейчас до него дошло, что он видит всех своих братьев. Пусть и были они подавленные, раненые и уставшие, но все живые, все рядом. Получается, все то, что Тойфель видел до этого, было ненастоящим? Он ощутил странное спокойствие внутри себя. Даже угрожающая реплика Эмбер ни капли его не пугала, хотя она явно дала понять, что щадить никого не собирается.
Тойфель осторожно огляделся, стараясь не привлечь к себе лишнего внимания резкими движениями. Тени смогли замкнуть всю маленькую стаю в плотное кольцо. Рядом, еле держась на ногах, стоял Штефан. Выглядел он до боли жалко, наклонил голову, уставившись себе на ботинки. Его даже никто не держал, как будто прекрасно знали, что ничего сделать он не сможет.
Чуть поодаль лежал Алекс, распростертый по земле. Сверху на нем сидел Тень с тигриными полосками, прижимая так, что тот даже не мог поднять головы. Рядом на руках демонов безвольно повис Шумон, не имея сил пошевелиться. Но по открытым темным глазам, которые метали молнии, можно понять, что тот был в сознании.