Мы – Tanzwut. Эра Тьмы (СИ)

Рене прищурился, кинув тень от ресниц на глаза. Мир начал расплываться, вокруг пестрой толпы поплыли прозрачные человеческие ауры. Рядом дрожало алое облако Тойфеля. Паук увидел, что кот тоже имел обычную бесцветную душу. Конечно, Темный Всадник был достаточно мощным, чтобы скрыть сущность своих подопечных, но это могло обмануть других только тогда, когда Тень не использует способность. Поэтому можно было смело утверждать, что кот был самым обыкновенным земным животным.
Но внезапно что-то изменилось. Когда Штефан едва-едва прикоснулся к тучке на ножках, ее аура изменилась. Она перекрасилась в черно-белую, полностью копируя Близнеца. Рене подумал, что ему, наверное, показалось. Он тряхнул головой, стараясь отогнать наваждение, но ничего не изменилось — то же черно-белое облачко висело над котом. А Штефан гладил животное, легко улыбаясь, даже не подумал о том, чтобы получше разглядеть того, с кем общался.
Рене подошел ближе, желая разобраться. Кот, заметив приближение еще одного человека, с любопытством взглянул на демона. Паук с удивлением увидел, как по монохромному облаку поползли темно-лиловые пятна, похожие на ауру самого Рене. Штефан, наконец поняв удивление брата, и сам прищурился, изучая наблюдение. Паук окликнул Тойфеля, приглашая и его взглянуть на чудеса.
— Похоже, как минимум, коты могут видеть демонов, — задумчиво произнес рогатый, наблюдая за алыми пятнами, которые, как в лавовой лампе, плавали в разноцветном киселе из аур. — Причем он даже не выделяет нас среди людей. Одинаково относится ко всем. Как будто и не видит разницы между двумя расами.
— Даже животные понимают это лучше людей, — засмеялся паук, наклонившись погладить кота, когда тот подошел к нему и боднул головой в ногу. — Раз не обижают, то контакт наладить можно.
— Эй, Рене, глянь сюда, — неожиданно раздался звонкий голос откуда-то из-за спины. — Ты только посмотри, кого я встретил!
Обернувшись, демон заметил вдалеке Алекса, который подпрыгивал на одном месте, на мгновение возвышаясь над головами прохожих, активно размахивал руками, стараясь привлечь внимание братьев. Заинтригованный, Рене направился к Лани, не дожидаясь остальных. Когда паук приблизился, он понял, что Алекса действительно сопровождал мужчина, которого Рене узнал.
Преклонного возраста, невысокий, плотного телосложения мужчина с жидкими седыми волосами. Он спокойно стоял возле Алекса, время от времени поправляя очки в прямоугольной оправе, что постоянно соскальзывали с острого носа. Рене точно понимал, что всегда узнает этого человека. Тот самый мужчина, которого они с Алексом встретили еще весной.
Именно он вернул музыкальные инструменты, что прошли через века, демонам. Великий человек, который сохранил память о настоящем прошлом. Может быть, он был единственным на свете. И он был так похож на умирающего инквизитора, которого музыканты встретили в средневековом городе, когда, жертвуя жизнями, спасали человечество от смерти.
— Много наслышан о вас и ваших успехах, — мужчина дружелюбно обратился к Тойфелю, когда оба подошли ближе. — Рад, что вы не останавливаетесь и продолжаете свое дело.
Рене быстро взглянул на вожака, ожидая его реакции. Скажет ли он, что инструменты сломаны? Судя по лицу Тойфеля, тот и сам был в растерянности, его взгляд нервно бегал из стороны в сторону. Сказать правду — значит расстроить человека. А раз тот сохранил память о былом, то наверняка прекрасно знает, что болезнь снова поражает мир. А соврать — значит предать целое поколение людей, что буквально единственные, кто осознает, что именно происходит на Земле.
— Инструменты сломаны, — севшим голосом признался Тойфель, стыдливо опустив глаза. — Они погибли в бою с Тенями, спасая нас.
Мужчина тут же помрачнел, переняв настроение рогатого. Он и сам отвел взгляд, погрузившись в какие-то глубинные мысли. Рене заметил, что к ним начали подходить братья. Наверное, поняли, что время прогулки подходит к концу. Шлаф уже несколько минут стоял в стороне, не приближаясь к Тойфелю. Пиро и Шумон, держа в руках бумажные пакеты, доверху набитые сладостями, с любопытством слушали разговор, многозначительно переглядываясь друг с другом. Звуковой даже пытался расправиться с большим мармеладным червяком, но, похоже, тот был сильнее.
 
— Думаю, мне удастся их восстановить, — наконец проговорил потомок инквизитора, легко улыбнувшись.
Неожиданно лицо мужчины озарилось одухотворенностью. Он, пользуясь возможностью поговорить с живыми легендами, начал рассказывать о том, что происходило после исчезновения демонов. Как оказалось, почти все люди, оправившись от шока при виде Темного Всадника, поспешили забыть обо всем, что возрождало ужасные воспоминания. В том числе и семерых загадочных музыкантах. В памяти людей осталась только сцена о том, как толпы людей начали неистово танцевать, что и привело к окончанию эпидемии неизвестной болезни. С тех пор это явление по одной из версий принято называть «пляшущей яростью».
— Пляшущая Ярость… — эхом повторил Тойфель, задумчиво почесав подбородок.
Вдруг какая-то активность недалеко отвлекла Рене. Он вновь почувствовал какую-то странную тревогу, которую не разделял никто из братьев. Паук начал взволнованно озираться по сторонам, пытаясь понять, что именно его его обеспокоило. Он бы мог проигнорировать это ощущение, но опыт показал, что все-таки стоит доверять своему шестому чувству. Особенно сейчас, когда каждая мелочь может стать решающей не только в победе над врагом, но и в выживании.
Внимание Рене привлекло скопление радующихся людей в пестрых костюмах. Они стояли кругом, освободив место для чего-то по центру, звонко и ритмично аплодировали, выкрикивая подбадривающие слова. Рене воровато обернулся на разговаривающих братьев с мужчиной, убеждаясь, что те не заметят, если паук ненадолго отлучится. К счастью, толпа находилась не так далеко. Ничего страшного не произойдет, если демон посмотрит на оживление одним глазком.
Подойдя ближе, Рене встал за спинами людей, приподнявшись на носочки. В круге танцевала девушка. Совсем еще юная, среднего роста, крепко слаженная. Пышные кудрявые огненно-рыжие волосы рассыпались по плечам. Несмотря на широкие плечи и мускулистые оголенные руки, ее движения были изящными и плавными, но при этом буквально кричали о воинственности и стойкости. Нечего хитрить, танцовщица действительно была привлекательной.
Но совсем другое занимало внимание Рене и, наверное, остальных зрителей. За спиной у девушки были сложены исполинские медные крылья, отливающие золотом в свете праздничных огней. Воздушные крупные перья легко колыхались под порывами ветерка, в такт отточенным танцевальным движениям. Все это приводило в неописуемый восторг празднующих зевак.
Девушка обернулась. Рене содрогнулся, взглянув ей в лицо. Оба глаза были затянуты неестественной белесой пеленой, казались слепыми. Но люди этого не видели. Для них была доступна лишь простая иллюзия — может, они смотрели в голубые глаза, а может, в зеленые, что очень подошли бы под образ ведьмы. Но Рене не обмануть. Он видел лицо Тени. Эмбер.
Сегодняшняя ночь была возможностью для нечисти проявить себя. С одной стороны, это была безопасность среди людей. С другой — угроза от вражеских демонов. В эту ночь можно было использовать Силу свободно — этим Эмбер и занималась, а люди наверняка были полностью уверены в том, что крылья искусственные. Самое страшное было то, что обычные прохожие были в опасности.
Эмбер заметила Рене. Ее белесые глаза по-странному засияли. Паук почувствовал, как по спине пробежались мурашки. Шрам на груди, оставленный гарпией после ночного нападения, болезненно заныл. Тень коротко махнула рукой в приглашающем жесте. Рене не показалось, она действительно зовет его? Похоже, все-таки нет. Люди, заметив, что танцовщица узнала одного из зрителей, одобрительно загудели, расступаясь в стороны. Рене будто физически ощутил, как у него вспыхнули щеки и уши от смущения. Его застали врасплох, не оставив возможности уйти.